Обряд на крови
Шрифт:
Джоан снова кивнула.
– Что ж, тогда за работу. Еще уйму всего нужно сделать до начала съемок. Гуфи, марш в гримуборную и приведи себя в порядок.
Джейк кивнул.
– Они уже здесь?
В ее голосе послышалось легкое раздражение.
– Жизель с Эммой приехали.
Последовала недолгая, напряженная пауза.
– Что ж, Гарри, рад знакомству. Джоан ничего, но она загоняет вас до смерти.
Джоан швырнула в него яблоком. Джейк перехватил снаряд в воздухе, зажал в зубах и помахал нам, выходя.
– Угощайтесь, мистер Жердина, – сказала Джоан. – А потом пойдем собирать аппаратуру.
– Я
Она повернулась, держа в руках две тарелки с хрустящими хлебцами. На фрукты она даже не смотрела.
– Какой-то вы наивный! Артуро, поди, не проснулся еще. И захватите эту коробку печенья. Нехватка сахара у меня в крови может стоить вам головы.
По короткому коридору она провела меня в гулкое, напоминающее пещеру помещение – студию. Декорации размещались на невысоком, неосвещенном пока помосте и изображали, судя по всему, безвкусно обставленную спальню. Перед помостом стояли аккуратным рядком несколько черных пластиковых контейнеров и стоек с прожекторами. Джоан принялась открывать контейнеры, не забывая через каждые три-четыре движения класть в рот что-нибудь съестное.
– Славное местечко, – заметил я.
– Зверею я от этого славного местечка, – отозвалась Джоан, не переставая жевать. – Предыдущие арендаторы называли себя торговцами компьютерными программами. Вранье. Они всю проводку здесь поменяли на куда более мощную, чем нужно для их бизнеса. У меня неделя ушла на то, чтобы хоть как-то наладить работу, пришлось превратить их бывший спортзал в подобие гримерных, но даже так это ни к черту не годится.
– Ну, законов физики не изменить, – сказал я.
– Аминь, – рассмеялась она.
– Значит, вы, типа, инженер? – спросил я.
– По необходимости приходится, – кивнула она. – Я ставлю декорации, налаживаю свет, электричество. Даже водопровод иногда. И, – добавила она, открывая очередной контейнер, – камеры. Подключайтесь, мистер Грызун; ваша помощь будет очень кстати.
Я подождал, пока она не вынула все детали из контейнеров. Уверенными, говорящими о долгом опыте движениями она собрала несколько камер и штативов, давая мне по ходу дела пояснения, и я постарался в меру сил помочь ей.
Работали мы в приятном неспешном ритме – такого со мной не бывало, наверное, с тех лет, что я провел на ферме в Хог-Холлоу в Миссури. И потом, это оказалось интересно: в конце концов, современная техника остается для меня совсем неведомой областью.
Видите ли, те, кто обладает некоторой властью над первобытными силами творения, находятся в неважных отношениях с физикой. Хуже всего дело обстоит с электроникой: она ведет себя совершенно непредсказуемо… хотя нет, чаще всего она просто вырубается напрочь. Техника постарее более устойчива – в этом одна из причин того, что я разъезжаю на «фольксвагене-жуке», собранном еще в годы Вьетнамской войны. Однако новые виды изделий – видеокамеры, телевизоры, сотовые телефоны, компьютеры – погибают мучительной смертью, стоит им побыть немного в моем присутствии.
В том, чем мы занимались, имелся некий размеренный ритм, успокаивающий нервы. Собирать детали в определенном порядке, вставлять разъемы в предназначенные для них гнезда, стягивать пучки проводов клейкой лентой, чтобы они не спутались…
– И как все это должно работать? – поинтересовался я. – В смысле, что дальше?
– Свет, – вздохнула она. – Чертово освещение… самое занудное занятие. Свет должен быть отлажен так, чтобы никто не казался гладким до блеска или, напротив, морщинистым. А как покончим с этим, предоставим технику отлаживать звук, а сами займемся актерами.
– В переносном смысле, надеюсь?
Она фыркнула.
– Да. Некоторые из них вполне ничего – этот твердолобый Гуфи, например. Но если не подгонять их время от времени, ни за что не приведут себя в надлежащий вид к началу съемки. Грим, костюмы – все такое.
– Ага. А некоторые еще и опаздывают, – предположил я.
– Скрамп – наверняка, – буркнула, почти прорычала Джоан.
– Кто-кто? – заинтересовался я.
– Триша Скрамп. Актриса.
– Вы ее недолюбливаете?
– Терпеть не могу эту самовлюбленную, эгоистичную сучку! – с наслаждением произнесла Джоан. – Строит из себя принцессу, и все до одного в съемочной. группе прекрасно понимают, что им нет нужды торопиться или трезветь к сроку, потому что Ее Похотливое Высочество все равно не соблаговолит притащить свою царственную задницу вовремя. Так и чешутся руки выдрать ее как следует…
– Мне кажется, вам не стоит так уж сдерживать свои эмоции, – заметил я.
Она от души рассмеялась.
– Извините. Последнее дело вовлекать новобранцев в старые политические дрязги. Наверное, я просто огорчаюсь из-за того, что мне пришлось снова с ней работать. Как-то я этого не ожидала.
Ага… Неприязнь к порностарлетке. То самое, что мы в своем бизнесе называем термином «мотив». Джоан не производила впечатления человека, способного хладнокровно наводить смертельную стрегу, но я на горьком опыте убедился в том, что умелый лжец способен казаться воплощенной невинностью вплоть до момента, когда вонзит тебе нож в спину. Поэтому как добросовестный следователь я копнул глубже в поисках информации.
– Почему так?
Она тряхнула головой.
– Уйдя из «Силверлайт стьюдиз», чтобы основать собственную фирму, Артуро нажил кучу врагов.
– А что вы думаете на этот счет? В смысле, об этом его шаге?
Она вздохнула:
– Артуро – идиот. Он неплохой человек и хотел как лучше. Все, кто работает с ним сейчас, рискуют оказаться в черных списках у «Силверлайта».
– Даже Трикси? Я хочу сказать, если она и правда звезда, разве студия не хотела бы переманить ее обратно?
Джоан наклонилась проверить подключение и догнала в разъем штеккер, который я только что вставил.
– Да вы не обдолбанный часом? Она звезда с ограниченным сроком годности. Они найдут ей замену, не моргнув.
– Вас послушать, так она довольно решительная девушка.
Джоан покачала головой:
– Не путайте глупость со смелостью. Хотя, пожалуй, она достаточно глупа, чтобы полагать себя слишком ценной и незаменимой.
– Не будь я проницательным, сказал бы, что вы ее недолюбливаете.
– Люблю я ее или нет, это ничего не меняет, – возразила Джоан. – Если я должна работать с ней, значит, буду работать.