Обрученные
Шрифт:
Отец снова смотрит на небо и жестом приказывает рабочим ускорить дело. Мне надо возвращаться в школу, но я продолжаю наблюдать.
Я здесь не одна. Взглянув наверх, выше пропасти, заполненной трубами и книгами, я вижу еще одну фигуру в белом. Чиновник. Он тоже наблюдает. Проверяет действия моего отца.
Рабочие перетаскивают трубу для сжигания ко вновь подготовленной кипе. Обложки книг сорваны. Страницы, тонкие и беззащитные, падают на землю. Рабочие запихивают их в мусоросжигатель, наступают на них. Корешки трещат под их ботинками, как сухие листья. Это напоминает мне осень, когда из Сити доставляют
Один листок спасается. Порыв ветра, который возвещает приближение грозы, поднимает его вверх, почти до уровня моих ног. Я стою у края этого маленького каньона, который когда-то был библиотекой. Листок парит так близко, что я могу различить напечатанные на нем слова. Но ветер на мгновение стихает, и листок опять падает вниз.
Я оглядываюсь. Никто не смотрит на меня. Отец целиком поглощен уничтожением книг. Другой чиновник наблюдает за отцом. Самое время.
Я опускаю руку в карман и достаю листок, который мне дал дедушка. И выпускаю его из рук. Какое-то время он танцует в воздухе, затем тоже падает вниз. Свежий порыв ветра почти спасает его, но рабочий замечает его и поднимает трубу, которая всасывает листок из воздуха, всасывает слова из неба.
«Прости меня, дедушка».
Я стою до тех пор, пока труба не поглощает все страницы, пока все слова не превращаются в пепел и ничто.
Я слишком долго задержалась у библиотеки и опаздываю в класс. Ксандер ждет меня у главного входа в среднюю школу.
Он открывает тяжелую дверь и придерживает ее плечом.
— Все в порядке? — спрашивает он, пока я прохожу в дверь.
— Привет, Ксандер, — окликает его кто-то. Он кивает в направлении голоса и продолжает смотреть на меня.
Какой-то момент я думаю, что надо рассказать ему обо всем. Не только о том, что случилось у нас вчера и о чем он беспокоится, но всё. О лице Кая на экране, о том, что Кай видел в лесу, как я читала стихотворение, о самом стихотворении и о том, как я выпустила его из рук. Вместо всего этого я киваю. Мне не хочется сейчас ни о чем говорить. Ксандер меняет тему. Его глаза сияют.
— Я совсем забыл. Мне надо кое-что сказать тебе. У нас будет в субботу новый активный отдых.
— Правда? — Я благодарна ему за то, что он не расспрашивает меня о подробностях. — Какой-нибудь новый фильм?
— Нет, даже лучше. Мы будем сажать цветы в новые клумбы перед начальной школой и там же будем ужинать. Это называется... забыл слово, ах да — пикник. А потом нам дадут мороженое.
Энтузиазм в его голосе немного смешит меня.
— Ксандер, это не что иное, как приукрашенный бесплатный труд. Они хотят, чтобы мы сделали новые клумбы, и завлекают нас мороженым.
Он усмехается:
— Я понимаю, но приятно немного развлечься. Чтобы со свежей головой в следующий раз заняться играми. Так ты будешь сажать со мной цветы, правда? Я знаю, что места заполняются быстро, так что я записал тебя. Ты не
Легкая волна раздражения охватывает меня, оттого что он сделал это, не поговорив со мной. Но оно почти сразу исчезает, когда я вижу его смущенную улыбку. Он знает, что перешел некую черту, чего никогда не делал до нашего Обручения. Это его беспокоит — значит, все хорошо. Кроме того, даже если это и вправду приукрашенный рабочий проект, я бы действительно и сама на него сразу же записалась. И Ксандер это знает. Он знает меня и заботится обо мне.
— Все в порядке, — говорю я ему. — Спасибо. Он отпускает дверь, и мы оба входим в холл.
Где-то на задворках моего сознания возникает мысль о том, что будет делать сегодня вечером Кай. На работе ему не сообщат, что появился новый вид отдыха. А когда он вернется домой и узнает программу, все места уже будут заняты благодаря необычности мероприятия и мороженому. Однако мы могли бы записать его сейчас. Я подойду к любому школьному порту и...
Время. Звонок к уроку перекрывает громкоговорители в холле. Мы с Ксандером ныряем в дверь класса, проскальзываем к своим партам, достаем ридеры и скрайбы. Обычно на практических занятиях рядом с нами сидит Пайпер, но сегодня я ее не вижу.
— А где Пайпер?
— Я хотел сказать тебе. У нее сегодня распределение на работу.
— Ее распределили? И куда?
Но звенит второй звонок, и я узнаю это только после урока. Теперь у Пайпер будет профессия. Некоторые получают распределение раньше, например Кай, а остальные — после дня своего семнадцатилетия. Нас вызывают одного за другим, и мы уходим, и вскоре в средней школе не остается никого из нашего выпуска.
Надеюсь, что ни Ксандера, ни Эми еще долго не вызовут. Без них здесь будет по-другому, особенно без Ксандера. Смотрю на него поверх склоненных голов. Впился взглядом в инструктора, будто это самое любимое им на свете занятие. Пальцы бегают по скрайбу; он нетерпеливо трясет ногой, всегда готовый к поглощению новых знаний. С ним трудно сравниться — он так находчив и так быстро все схватывает. Что, если его вскоре распределят и я останусь одна?
Время бежит так быстро. До моего семнадцатилетия мне казалось, что я медленно иду по дороге, на которой мне знаком каждый камешек, каждый упавший на нее лист. Я ощущала приятный покой и ожидание чего-то нового одновременно. Теперь мне кажется, что я бегу с максимальной скоростью и тяжело дыша и что мне никогда не добежать до моего Брачного контракта. Замедлится ли когда-нибудь мой бег?
Стараюсь не смотреть на Ксандера. Даже если он первым получит распределение, мы все равно останемся парой, напоминаю я себе. Он не собирается оставить меня. Не знает, что в тот день я видела на экране лицо Кая.
Понял бы меня Ксандер, если бы я рассказала ему все? Думаю, что понял бы. Вряд ли из-за этого расстроились бы наше Обручение и наша дружба. Как бы то ни было, я не хочу рисковать ни тем, ни другим.
Перевожу взгляд на инструктора. За ее спиной окно, а за ним — тьма. Небо закрыто тяжелыми низкими тучами. Интересно, как они выглядят с вершины Большого холма? Можно ли взобраться выше облаков, чтобы посмотреть на дождь оттуда, где светит солнце? Сама того не желая, я вдруг вижу на холме Кая с лицом, обращенным к солнцу. На мгновение закрываю глаза и вижу себя рядом с ним.