Обретенное счастье

Патни Мэри Джо

– Лишить себя возможности распоряжаться собственной жизнью – разве это лучше?

– Если мне придется работать на султана, у меня будут деньги, авторитет и относительная свобода. Все не так уж плохо. – Он пожал плечами. – Кто знает, может быть, мне стоит остаться на Востоке? Может быть, Господь хочет оградить меня от возвращения в Лондон, где, вполне возможно, я разобью свой лоб, пытаясь прошибить стену.

– Вас там ждут неприятности?

Он неуверенно пробежал пальцами по волосам.

– Не сказал

бы, что неприятности, но я ненавижу Англию так же сильно, как и люблю. Я мечтаю вернуться туда и вместе с тем понимаю, что это безумная затея.

– Что ж, если стена окажется непробиваемой, вы сможете уехать в Америку. Из ваших рассказов я поняла, что вы любите эту страну, приютившую вас.

На его лице расцвела улыбка.

– Вы правы. Когда я разделаюсь со своими английскими призраками, я вернусь домой.

– Несомненно, вы разберетесь с этими призраками так же успешно, как разбираетесь со всем остальным, – уверенно заявила она, думая о тех испытаниях, через которые он прошел ради нее.

– Призраки – это не по моей части. Вот, например, шторм или тайфун – с этим я могу справиться запросто.

Его шутка разрядила возникшее между ними напряжение, и они оба почувствовали, что испытания сблизили их. Если все пойдет хорошо, еще два дня, и они окажутся на «Хелене». В присутствии членов его команды им придется вести себя как капитан и леди, хотя плен наложил на нее неизгладимый отпечаток и теперь она стала совсем другим человеком. Однако на судне им придется сохранять безопасную дистанцию.

Но в эту ночь никаких дистанций не существовало. За прошедшие дни и ночи она изучила ритм его дыхания, гладкость его кожи, его тонкий юмор. Они стали товарищами в этом страшном и странном приключении, и она никогда не забудет его, как бы ни сложилась ее жизнь. Он, будучи мужчиной, наверное, не способен испытывать такие сильные чувства. В его жизни наверняка было много разных приключений, но дай Бог, чтобы риск, которому он подверг себя ради ее спасения, утолил ту печаль, которая не отпускала его с тех пор, как он потерял любимую жену.

Отмахнувшись от этих мыслей, она произнесла:

– Я надеюсь, что вашим последним испытанием будет плавание.

Он рассмеялся.

– Я тоже. Это был бы хороший финал в нашем состязании.

Любой финал, который бы позволил им вместе покинуть Мадуру, был бы для нее самым лучшим.

Рана на левой руке, полученная в схватке с султаном, все еще давала о себе знать, но тем не менее он был готов принять участие в последнем испытании. Еле сдерживая нетерпение и чувствуя, как замирает ее сердце от страха, Алекс стояла справа от него, прекрасная в роскошных одеждах из мерцающего узорчатого шелка. Преодолев злость, вызванную недавним поражением, Хасан теперь выглядел притихшим и задумчивым.

Когда Гэвин взял

многогранник для последнего броска, султан заметил:

– Когда игра закончится, мне будет не хватать этого волнения, но Шень Ю будет рад моему возвращению к государственным делам.

– А вот я вполне насытился волнением. – Гэвин сжал игральную кость в кулаке и бросил ее в последний раз.

Шень Ю взглянул на символ:

– Поклонение богине.

Не успел. Гэвин спросить, что это значит, как Хасан холодно произнес:

– Удача опять сопутствует вам, капитан. Боги посылают вам испытание, которому позавидовал бы любой мужчина.

Гэвин нахмурился:

– Что означает поклонение богине?

– Вы должны продемонстрировать свою мужскую силу, вступив в сексуальную связь с вашей рабыней.

Первой реакцией Гэвина было недоверие. Нет, наверное, он чего-то не понял. Но Алекс смотрела на него с таким же ужасом, какой испытывал и он сам. Ему предлагалось силой заставить ее?..

Под ложечкой у него засосало.

– Не верю, что вы говорите это всерьез. Это отвратительно. Против всех божеских и человеческих законов.

– Вы так думаете, Пуританин? – хмыкнул Хасан. – Какая наивность! Наши законы более древние, чем заповеди вашего христианского Бога. Победитель в этой игре должен быть могущественен во всем! Он должен быть в состоянии зачать сыновей и населить ими землю. Вот почему это испытание часть «львиной игры». Вы должны выступить публично – или проиграете. – Он усмехнулся, не скрывая злорадства. – Сделайте над собой усилие ради свободы женщины. Я-то думал, вы с радостью воспользуетесь такой возможностью.

Если вспомнить, сколько он уже сделал ради Алекс, Гэвин давно ее заслужил. Но, проклятие, его дед был шотландским викарием, мать – женщиной строгих правил, и он сам привык в жизни руководствоваться высокими нравственными принципами.

– Хорошо, если я должен доказать свою мужскую силу, приведите девушку из лучшего притона в порту. – Он скорее согласится подцепить какую-нибудь болезнь, чем сделать это с Алекс.

– Это должна быть миссис Уоррен, и никто другой, – процедил Хасан.

Гэвин обратился к буддийскому священнику как к судье.

– Господин Дакса, а что скажете вы? Если я решусь на это, то совершу преступление перед обычаями моего народа.

Монах колебался, обдумывая ситуацию.

– Вся эта игра посвящена этой женщине. Вы пошли на большой риск ради ее свободы, ваши судьбы переплелись. Задание называется «поклонение богине». Для вас она богиня – следовательно, единственно возможный выбор.

Гэвин согласился с логикой монаха, но это не остановило его.

– Если это должна быть она, я отказываюсь.

– Нет, Гэвин, нет! – Голос Алекс прорвался сквозь возмущенный гул толпы. – Взгляните на меня.