Обречённые. Дилогия
Шрифт:
На кладбище помимо нас ещё человек пятнадцать. Без понятия, знали ли эти люди нашу мать или просто пришли из любопытства, но они внимательно следят за процессом. Следят и раздражают. Хочется крикнуть «чего вы пялитесь?» и выгнать всех, остаться наедине со своим горем.
И только сейчас, когда я вижу, как засыпали гроб землёй, я в полной мере ощущаю всю ту боль, что копилась во мне эти дни. Оказывается, до этого я чувствовала лишь верхушку айсберга. Только сейчас мозг принял факт безвозвратной утраты мамы. Всё. Конец. Сейчас я прочувствовала, как часть моего сердца навсегда очерствела
Стивен прижимает меня к груди без лишних слов. А у меня и самой слов нет, как нет и крика. Моя боль достигла высшей точки – я беззвучно плачу, не в силах хоть как-то выразить своё внутреннее состояние. Леона держится противоположной стороны от могилы и, кажется, однажды даже посмотрела на меня с презрением. Словно она не верит мне и считает всё это игрой на публику. Сама она не проронила ни слезинки.
От земли пахнет сыростью. Мокрая притоптанная трава клонится к корням. Лёгкий ветерок шумит в ближайших кронах деревьев. Небо снова хмурится, предвещая дождь.
– Соболезную, – произносит один из мужчин, подойдя сбоку. Широкоплечий, слегка сутулый шатен, он всем своим видом выражает печаль. – Жаль, что она так много не успела.
Он не задерживается около нас и быстро отдаляется. Стивен крепче прижимает меня к себе, словно пытается забрать часть боли. Все слова, которые должны поддерживать, режут по живому. А что видят остальные? Просто слёзы. Просто солёную воду, стекающую по моим щекам.
Мужчина подходит к Леоне и у них завязывается разговор. Замечаю взгляд, которым она бегло стреляет в мою сторону. Активная беседа убеждает в том, что они видят друг друга не в первый раз – им явно есть о чём поговорить. Словно не желая быть подслушанными, они ведут диалог практически шёпотом. Моё любопытство тут же берёт верх, и я решаю, что позже нужно расспросить сестру об этом человеке. Я вспоминаю о тайной цели своего пребывания в Хосдейле и обвожу глазами присутствующих.
Внимание привлекает держащийся поодаль мужчина. Он выглядит загадочно, наблюдая за происходящим в стороне от других людей. Высокий, темноволосый, с небольшой проседью у висков, на вид лет сорока и с задумчивым выражением, словно застывшим на его лице. Что его могло связывать с мамой? Это мне ещё предстоит выяснить. Я щурюсь, запоминая его лицо.
Люди расходятся. Смотреть больше не на что. Из числа последних удаляющихся к нам подходит шериф.
– Примите соболезнования, – он снимает шляпу, обнажая свою лысую голову. – Вивьен покинула этот мир слишком рано.
Я открываю рот, чтобы спросить, но он и сам догадывается:
– Кайл Кросс, шериф Хосдейла. Это я звонил вам.
Втягиваю носом воздух, пытаясь дать мозгу такой необходимый кислород.
– Вы верите, что это самоубийство?
– Никаких улик, доказывающих обратное, не обнаружено, – Кайл виновато поджимает губы. – Но, если вдруг вы что-то заметите, что-то необычное… – он протягивает визитку, и я молниеносно хватаю её, словно ждала этого всю жизнь.
Моё подсознание уверено, что в случившемся
– Вы проверяли отпечатки с её ноутбука?
– Только её.
Значит, она сама удалила файлы расследования. Но зачем? Если только под дулом пистолета.
– Её психотерапевт подтвердил, что Вивьен последнее время была в тяжёлом психологическом состоянии и… – он старательно избегает моего взгляда.
– Психотерапевт?
– Да, Эндрю Уэст, – Кросс кивает в сторону мужчины, что держался всё время позади.
Так вот ты кто…
– Изначально она обратилась из-за проблем со сном, но потом стало хуже. Логично предположить, что это совсем сдавило её и… она не выдержала.
Шериф легонько хлопает меня по плечу и уходит, оставляя переваривать новую информацию.
5. ОДРИ
Наслаждаюсь тишиной, пока дом полностью в моём распоряжении. Родители уехали на костюмированную вечеринку для взрослых, так что до полуночи их точно можно не ждать. Так удивительно: через дорогу умер человек, а жизнь продолжает идти дальше, словно ничего не произошло. Даже как-то неловко. Раньше я не задумывалась об этом, мне не приходилось видеть смерть так близко.
Прислушиваюсь к стуку сердца, мысленно отмечаю каждый шорох занавески у открытого окна, улавливаю журчание образовавшегося от частых дождей ручейка неподалёку от дома. Просто лежу на кровати с закрытыми глазами и слушаю. Практически медитирую.
Жужжание мотора и захлопывание дверей. Поднимаюсь на ноги и осторожно выглядываю на улицу, чтобы не быть замеченной: соседи напротив вернулись с похорон. Сегодня с ними ещё парень, они вместе скрываются за входной дверью.
Почему мне так больно это видеть, если я толком даже не знала её?
Мимо дома, по тротуару, пробегает Кики – местная свободолюбивая кошка. Пару раз она забиралась к нам домой, выискивая что-нибудь из еды. Папа тогда жутко возмущался, что хозяева должным образом не заботятся о питомце.
Возвращаюсь взглядом к своей комнате и замечаю книгу с чердака. Ту самую книгу магии, которая долгое время пылилась без дела. Время для этого мне кажется более чем подходящим, нужно срочно отвлечься. На моём лице появляется хитрая ухмылка.
Вот и настало твоё время.
Осторожно беру книгу и забираюсь на кровать с ногами. В предвкушении облизываю губы.
Так… что тут у нас?
Глазами бегаю по списку заклинаний, решив начать с чего-то из раздела «средней сложности». А чего мелочиться! Я же могущественная ведьма, иначе и быть не может. Хотя, судя по внешнему виду, я бы больше сошла за вампира. Высокая, худая, тёмные волосы, бледная, за что спасибо вечно сумрачному Хосдейлу, и большую часть гардероба составляет, конечно, чёрный цвет. Ну чем не кровопийца из очередного сериала для подростков?