Обреченная
Шрифт:
– Если это здесь, в Транзитории, то база, вероятно, скрывается на одной из этих вершин, под облаками. Однако это еще не объясняет, что должно произойти в случае аварии. Такой небесный трап при падении должен рассыпаться по всем окрестностям.
Марсель посмотрел на Драммонда.
– А может быть, и нет, - возразил тот.
– Допустим, вы хотите заставить его упасть. С минимальным ущербом для поверхности внизу. И что вы станете делать?
– Понятия не имею, Джон, - ответил Бикман.
– Но думаю, надо разделять трап в точке, соответствующей наибольшей высоте, до которой тот может подниматься,
– Рухнет на запад…
– …в океан, - завершил фразу Бикман, барабаня пальцами по столешнице.
– Это вполне возможно. Если бы у нас был какой-нибудь опытный инженер, черт подери! А зачем кому-то намеренно заставлять его падать? Я хочу сказать, эта штука является первостатейным архитектурным кошмаром!
– А может быть, они все же овладели спайковой технологией и ни в чем подобном не нуждались. Или, возможно, это и было реализовано как очень опасный проект. Полагаю, что такие штуки нуждаются в очень масштабном эксплуатационном обслуживании.
– Что ж, - пробормотал Бикман, пожимая плечами.
– В экваториальной полосе уйма гор. Пусть орбитальные аппараты повнимательнее исследуют эту зону. Почему бы нам не провести дополнительное сканирование и не посмотреть все, что удастся?
ДОКЛАДНАЯ ЗАПИСКА ДЛЯ КАПИТАНА
26 ноября, 14:27
От Билла
Туристический корабль «Вечерняя звезда» вышел из гиперпространства четыре минуты назад. Он взял курс к Малейве-3 и займет орбиту возле нее приблизительно через два часа.
Люди, отправляющиеся на борт туристических лайнеров, обычно перемещаются на челноках «З-О» (Земля-Орбита), которые применяют для вертикального подъема спайк, а для самого полета - стандартные химические реактивные двигатели. Посадочный модуль «Звезды» являл собой роскошный летательный аппарат, используемый редко и предназначенный для обеспечения всех удобств особо важным персонам, которые по коммерческим или политическим соображениям не хотели лететь вместе с толпой.
Корабль напоминал большого пингвина: черно-белый корпус с убирающимися белыми крыльями. Нос был тупым, почти квадратным, с названием «Вечерняя звезда», проставленным черными буквами под звездным водоворотом «Трансгалактик». Внутри были кожа и медь, маленький автоматический бар и выдвижной письменный столик, чтобы путешественники могли работать с документами или расслабляться, как им будет угодно.
Приняв решение послать вниз челнок, Николсон позаботился о том, чтобы остальные пассажиры «Звезды» не узнали об этом полете и не захотели попасть на борт посадочного модуля. В том числе он настоял, чтобы Макаллистер никому ничего не рассказывал. Вести о том, что известный издатель к тому же взял с собой журналистку, могли вызвать беспокойство и некоторое недовольство, а Николсон к тому времени связал себя обязательствами и ничем не хотел расстраивать именитого гостя.
Не впервые Макаллистер обнаружил, как выгодно слыть человеком, склонным к вулканическим вспышкам
Пилот по имени Кол Везерал, неразговорчивый мужчина, определенно сошел бы за преуспевающего менеджера похоронного бюро. У него были мрачные глаза, длинный нос и длинные пальцы, бегавшие по панели управления, словно по клавишам органа. Заупокойным голосом он ознакомил всех с предполетными инструкциями и информацией.
– Прошу занять места.
Пожалуйста, прежде чем пытаться передвигаться по кабине, проверьте текущую ситуацию на статусной панели над вашими сиденьями.
Мы хотим, чтобы вы получили удовольствие от экскурсии; так что, если что-либо вызовет ваш интерес, без стеснения спрашивайте обо всем.
Помимо всего прочего, он сообщил им, что на место они прибудут ранним утром.
Кейси выглядела озадаченной, и Макаллистер задумался, чем это вызвано - тем, что они посетят планету за несколько дней до краха, или его присутствием. Он подождал, чтобы она забралась внутрь, затем поднялся сам и уселся рядом с ней.
– Вы когда-нибудь прежде высаживались на какую-нибудь планету, мистер Макаллистер?
– осведомилась она.
Ни разу. Он не видел в этом никакого смысла. Он осознавал себя конечным продуктом трех миллиардов лет эволюции, специально приспособленным для жизни на Земле. Именно там он и предпочитал оставаться.
– Пожалуй, за всю жизнь первый раз моя нога ступит на чуждую почву, - ответил он журналистке.
Как оказалось, сама она уже ступала на другие планеты: посетила Пиннакль и Куракуа и еще не имеющий атмосферы спутник Куракуа с загадочным городом на его поверхности. «Осмотрела достопримечательности», - объяснила она.
Пилот закрыл люки. Включилось внутреннее освещение. С минуту пилот возился, склонившись над панелью управления, затем поднял руку и щелкнул парой выключателей, расположенных на панели над его головой.
– Сбрасываем давление в ангаре, - пояснил он.
– Через две минуты будем готовы к вылету.
Челнок слегка приподнялся.
– Вы молодец, - сказала Макаллистеру Кейси.
Он благожелательно улыбнулся. Ему нравилось благодетельствовать. А что может быть более лестным, чем признательность молодой женщины, которой он на время одолжил блеск и великолепие своего имени?
– Честно говоря, Кейси, - произнес он, - я рад, что вы ко мне обратились. Если бы не вы, я провел бы большую часть предстоящей недели в бистро «Навигатор».
Двигатели посадочного модуля завыли, а затем успокаивающе мерно заурчали.
Она улыбнулась. Макаллистер сделал карьеру, нападая в печати на женщин, а также бичуя преподавателей колледжей, священнослужителей, деревенщину, писателей левого толка и великое множество иных благодетелей человечества и поборников втаптывания людей в грязь. Он доказывал, что женщины обладают неправдоподобной анатомией, а потому неустойчивы и неуравновешенны. Они шагу не могут ступить без того, чтобы не вильнуть бедрами и не обернуться; вследствие этого любой разумный мужчина просто не может серьезно воспринимать даже самых блистательных из них.