Оборотень
Шрифт:
— Он не продаётся, — с серьёзным видом ответил мужчина, подходя ближе.
Я растерялась.
— А этот?
— И он тоже не продаётся.
— Пап… — Элина посмотрела на мужчину с тревогой, но тот даже не заметил этого.
— Почему? — я нахмурилась.
— Потому что это оружие, — серьёзно пояснил он.
— Да, я знаю, — кивнула я, соглашаясь. — Поэтому и хочу его купить.
— Девочка, — он тяжко вздохнул и посмотрел на меня сочувственно. — Никто и никогда не продаст ребёнку что-то опасное. Ни оружие, ни зелье, ни амулет, ни даже траву. Никто и никогда в нашем
Кажется, Элину тоже удивила такая новость, но я медленно кивнула. В целом, я лишь одобряла такой подход. Доказать же, что я умею обращаться с кинжалом… Глупо доказывать это кузнецу. Но даже если бы вдруг это могло помочь, я бы всё равно не стала этого делать.
Сейчас я даже не вспомню точно, когда учитель показывал мне приёмы обращения с этим типом оружия. Да и было то — пара занятий, больше для общего развития, чем реального получения навыка. И вероятность навредить кому-то вокруг в разы больше, чем показать что я что-то могу.
Стоило, пожалуй, подумать об этом самостоятельно. Подумать, а не поддаваться глупому и совершенно детскому желанию заиметь кусочек чего-то, напоминающего о доме. Совершенно глупому!
— Спасибо, что напомнили мне об этом.
Я исполнила реверанс, благодаря за этот маленький урок-напоминание, и, кажется, удивила этим не только Элину, но и продавца. И мимолётно поморщилась — вероятно, такое проявление благодарности вместо слов здесь не в ходу. И к тому же, забывшись, я вновь сделала его слишком хорошо.
— Элина, я думаю, здесь мне тогда делать нечего.
— А… Да… Наверно, — растерянно пробормотала девушка. — Пап, я пойду. Я обещала Мие показать, где можно купить одежду.
— Доброго дня, госпожа Мия.
— И вам, — я осторожно кивнула в ответ.
Негромко выдохнула, получив очередной кивок вместо удивлённого взгляда. И последовала за Элиной по извилистой дороге между прилавкой.
Надо будет уточнить у Реоны, каков этикет среди не-знати. Не хотелось бы вновь попасть впросак. Принцессу во мне не узнают, но статус деревенщины закрепится наверняка. А этого хотелось бы избежать. Да и Реона вряд ли обрадуется, если по городу начнут гулять слухи и сплетни о том, что её воспитанница не знает простейших правил поведения — эти сплетни навредят нам обеим, пусть и по разному.
— Вот это везение! — Элина с восторгом выдохнула, глядя вперёд, и показала мне на тёмно-синюю палатку. — Смотри!
На первый, на второй, да и на третий взгляд она не отличалась от своих соседок. Ну, может, ткань имела более насыщенный цвет и была плотнее, чем у соседних, но и только то.
— Там продаются готовые платья?
— Ага, — девушка согласно кивнула и, не получив от меня восторгов, с подозрением на меня посмотрела. — Ты что, не знаешь этот символ?
— Нет.
Я пожала плечами. До слов Элины я вообще не обратила внимания на вывеску возле палатки. Упущение и весьма неприятное — но меня оправдывает, что здесь и без того слишком ярко и многоцветно. Я такого обилия цветов даже на балах во дворце не видела, что уж говорить про лес, который пестрел сотнями оттенков коричневого и зелёного.
— Эта швейная мастерская из столицы!
— Ты говорила, что швея это дорого, —
— Так ведь это не ателье, — Элина с улыбкой покачала головой. — Готовые платья. Но их шьют в столице, под наблюдением и контролем швеи самой королевской четы.
Глаза девушки светились бескрайним воодушевлением, да и вся она излучала чистый восторг. Мне осталось лишь уважительно покивать.
Для меня такой восторг был странным. Само понятие «готовое платье» было странным. Но… Если так подумать, в моих уроках не было экономики. Никто и никогда не рассказывал мне о том, сколько стоят платья — особенно мои платья.
Хоть у меня и были достаточно скромные домашние платья, без вороха пышных юбок, но скромными они являлись лишь на мой взгляд. Сейчас же, когда я смотрела вокруг, то понимала что мои наряды в замке по-прежнему оставались весьма и весьма… Непростыми.
Мне кажется, даже слуги нашего дворца носили более дорогую одежду. Даже не по ткани дорогую, а скорее… Более качественную?
Я вздохнула. Этот вопрос тоже надо будет задать Реоне. Не хочу всё-таки, чтобы меня считали деревенщиной, не знающей простых вещей. И быть ей — тем более не хочу.
Снаружи палатка-ателье не особо отличалась от всех прочих. А внутри… Чем-то напоминало мою гардеробную. Пара очевидно богатых нарядов на манекенах и несколько расписных ширм, отгораживающих большую часть палатки.
Элина осматривалась вокруг и на её лице всё яснее проступало разочарование. Хотя она явно старалась его скрыть, получалось у неё не особо. Это было по-своему мило. И в такие моменты совершенно не ощущалось, что Элина старше меня на несколько лет.
Внутри, к слову, было совсем не пусто. Помимо трёх работниц, здесь было пятеро взрослых дам, которые выглядели гораздо более знатными, чем все виденные раньше.
— Ох, Элина, здравствуй.
— Доброго дня, леди Амираль.
Элина исполнила неуклюжий реверанс в ответ на приветствие самой младшей из покупательниц — она выглядела ровесницей Корнелии. Спутницы женщины благосклонно улыбнулись нам и вновь углубились в обсуждение нарядов с «их» продавщицей.
Не очень-то вежливо, но… Не мне на это указывать. Не уверена, что я в свою бытность принцессой вела себя лучше.
Оставаться здесь не особо хотелось. Сейчас я чувствовала себя не деревенщиной, а скорее… Обманщицей? Как будто снова надела чужое платье, чужое имя и лицо, и пытаюсь сделать вид что всё так, как и должно быть.
Я поморщилась — определиться, как следует себя вести, чтобы это выглядело естественно, не получалось. Сейчас меня спасало лишь то, что Элине и самой было неловко.
Выпорхнувшая к нам девушка-работница развила бурную деятельность. Предложила несколько вариантов, всячески окружила вниманием и заботой. От неловкости это не избавило, но в его проявлении мы с Элиной были удивительно солидарны.
Когда выяснилось, что на выбранные три повседневных платья выделенных Реоной денег хватает, я даже немного расстроилась. Но выдохнула с нескрываемым облегчением, сбежав из палатки с одеждой, держа в руках сумку с тремя новыми нарядами, бережно туда сложенными.