Оборотень
Шрифт:
– Ладно, проехали, – мягко соскочить было сейчас лучшим решением. – Слушай, Ир… Вчера мы все обо мне, да обо мне… Я же ведь о тебе почти ничего не знаю…
– Что не мешает нам лежать в обнимку, – отметила Ира с добродушной усмешкой.
– Не, подожди, одно другому не… Ладно, фигню сказал… Ира! – возмутился Витя, второй раз меньше чем за полчаса покрываясь пунцом.
– Забавный ты, – улыбнулась Ира, нежно проведя рукой по его щеке. – Ладно, спрашивай, постараюсь отвечать предельно честно.
– Как
– Не уверена, что готова это рассказать…
– Слушай, – быстро начал Витя, поняв, что затронул у нее какие-то очень личные струны души. – Если ты не хочешь говорить, то не надо, я не настаиваю.
– Нет-нет, мне стоит рассказать… Тебе стоит. Ты единственный, кто поймет, – прошептала она, прижимаясь к Вите всем телом, что у того пошли мурашки. – Спасибо, что ты рядом.
Витя замялся. В его воображении мигом всплыла картина, как они встречаются после выписки. Как он дарит ей цветы, видит ее улыбку… Нечто в груди при этом довольно заурчало, будто всецело поддерживало эту перспективу. Но все же что-то также и не давало проникнуться этой картиной полностью. Витя будто чувствовал, что что-то пойдет не так. И это ставило крест на том, чтобы полностью поддаться эмоциям. Он не мог этого объяснить.
Витины рефлексии прервал стук в дверь. Это были двое полицейских. Причем одного, а точнее – одну из них Витя очень даже хорошо знал.
– Ну, здравствуй, Вить, – поздоровалась с ним капитан полиции Наталья Тихонова. – Мне сказали, что ты, скорее всего, здесь сейчас. Не обманули.
– Здравствуйте, тетя Наташ, – улыбнулся Витя, поспешно принимая вертикальное положение. С Сережиной мамой он всегда был крайне вежлив. Да и стеснялся он немного.
– Ирина, Вы, смотрю, еще здесь? Рада Вас видеть в добром здравии, – внезапно поздоровалась Наталья с Ирой. Та неуверенно кивнула и поспешно перевернулась на другой бок. А у Вити появилось миллион вопросов.
Наталья решила не обращать внимания на огорошенное лицо подростка:
– Как себя чувствуешь? – мягко спросила она.
– Весьма неплохо, – ответил Витя. – Тетя Наташ, вы Сережу не ругайте, он меня отговаривал уходить тогда, со мной пойти хотел, это я осел и это целиком и полностью моя вина…
– Так, Вить, – прервала его Наталья. – Сережу я не ругала. Он и так весь бледный вчера целый день ходил. Я же ведь не изверг, правильно?
– Ну да, – у Вити будто отлегло от сердца. За всеми этими событиями он даже и не думал, какой спектр эмоций мог переживать его лучший друг.
– Он к тебе зайдет сегодня после уроков, так что жди. Но я вообще здесь, чтобы задать тебе
– Да, не против, хотя рассказывать, по сути, нечего, – пожал плечами Витя. – Полиция ведь, насколько я знаю, не занимается бешеными животными.
– Да, это точно… Но зафиксировать твои показания в отчете я должна в любом случае. А поскольку… – Наталья делала небольшую паузу. – Поскольку другой выживший по некоторым причинам показаний никаких не дал, то остаешься лишь ты.
– Вы о той девочке? – спросил Витя. – Она все же жива?
– Да, жива, – как-то странно ответила Наталья. – В общем, Вить, простая формальность. Не более. Что ты можешь рассказать?
– Обычный волк. Черного цвета, большой только, – будто читая с листочка, ответил Витя.
– Никаких странностей в нем не видел? – на всякий случай спросила Наталья.
– Нет, – подтвердил Витя.
– Что ж, ладно. Сегодня же отправлю заявку в ветеринарный контроль. Другого выхода просто не остается. Животное надо ловить.
До Вити только сейчас дошло, что вряд ли ветеринарный контроль совладает с оборотнем. Да и вообще вряд ли в принципе кто-то на это способен. Своим молчанием он сейчас ставит под угрозу невинные жизни. Но что он может сделать? Раскрыться? И похоронить уже свою жизнь?
– Тетя Наташ, – тщательно подбирая слова, начал он. – Я только хотел бы Вас попросить, чтобы Вы сами не пытались что-то предпринять.
– С чего вдруг такая забота? – поинтересовалась она.
– Это животное очень опасно и…
– Вить, опасность – синоним моей работы, – попыталась она его успокоить. – Думаю, что я знаю, на что иду.
«Ох, да, знали бы Вы на что идете – не были бы так уверены», – подумал Витя.
– А если нет? – возразил он.
– Успокойся, – мягко улыбнулась она. – Ловить его все равно не я буду.
– Может, лучше вызвать национальную гвардию? – Витя все еще не терял надежды.
– Ох, насмотрятся фильмов, – покачала головой Наталья. – Вить, это обычный волк – подготовленные люди с ним справятся. Все, жди вечером Сережу. Рада, что ты в порядке.
Витя все еще попытался что-то сказать, но Наталья с другим полицейским уже удалились.
– Твою мать! – выругался он.
– Все хорошо? – спросила Ира.
– Нет, Ир, все далеко не хорошо… – Витя старался сохранять хладнокровие, но выходило это из рук вон плохо. – Тот волк… Я даже не уверен, волк ли это.
Вите безумно хотелось с кем-то поделиться. Кому-то высказаться. Но единственный, кто мог его выслушать – это был Сережа. Он хотел рассказать обо всем и Ире, но мозгом он понимал, что какие бы эмоции у него не были в отношении этой девочки – он не должен ей пока открываться на сто процентов.