Оборотень
Шрифт:
Гнев исчез в то же мгновение. Игорь Сергеевич за годы занятий собой и своей психикой понял, что лучше не сдерживать эмоции, если уж они, несмотря на весь самоконтроль, возникли. Самое главное - не дать им овладеть всем существом, не нагнетать их. А так, пришло чувство, ушло, осталась память о нем, и затраты личной силы на такое положение вещей минимальны.
Кроме того, Пономарь прекрасно понимал, что все сегодняшние отказы - дело рук той самой организации, в логове которой он недавно побывал. И резкое поведение Марии Михайловны прекрасно вписывалось в те попытки изоляции,
После разговора с Простовой целитель вдруг осознал, как плотно за ним наблюдают. Ведь ему попытались перекрыть абсолютно все каналы, ниточки, ведущие в Хумск. Вплоть до самых мельчайших. Без ясновидения здесь явно не обошлось...
Задумавшись над этим, Пономарь понял и еще одну элементарную возможность. Его запросто могут попытаться устранить. И, поскольку "рог" на него навесить невозможно, это может быть сделано с помощью каких-то его знакомых...
2.
Чайник "Тефаль" натужно загудел и отключился. Игорь Сергеевич, исподтишка наблюдая за Изотовым, поставил две чашки, налил в них крепкой заварки, разбавил кипятком. Майор, как видел целитель, чувствовал себя достаточно сковано. Он тоже пристально следил за нехитрыми действиями Дарофеева, пытаясь не выдать своего смущения.
За два дня знакомства с экстрасенсом Сергей Владимирович так и не смог привыкнуть, что известный лекарь выглядит и действует так же, как и все прочие, обычные люди. Изотову всякий раз казалось, что за самым простым жестом Игоря Сергеевича стоит какой-то скрытый, непостижимый для непосвященных смысл. Но, если при знакомстве у майора и возникали какие-то сомнения в декларируемых возможностях целителя, то сейчас, после того как Дарофеев буквально за несколько часов нашел тех, за кем ФСБ охотилось на протяжении недель, авторитет Пономаря вырос в глазах Изотова до недосягаемых высот. И вот этот человек так запросто пьет чай, режет хлеб, говорит какие-то бытовые вещи.
Для Дарофеева же смущение майора не было чем-то необычным. Целитель не раз сталкивался с тем, что когда ему, в силу каких-то обстоятельств, приходилось принимать пациентов на дому, те, увидев Игоря Сергеевича в обычной обстановке, начинали хаметь, пытаясь тем самым показать, что они такие же люди, как и он, и очень удивлялись, встречая холодный отпор.
Но Сергей Владимирович, глубоко пораженный способностями Пономаря, хорошо держал дистанцию и наглеть, вроде, не собирался. Это нравилось целителю.
– И что же у вас случилось?
– Начал Игорь Сергеевич официальным тоном, но потом понял, что говоря с майором, как с пациентом, совершает ошибку и добавил более радушно, - Почему вас заставляют сдать дела?
– Сам ничего не пойму...
– пожал плечами Сергей Владимирович.
– Вроде все шло нормально. Преступников выявили, вина доказана...
– Но это не их вина...
– вставил целитель.
– Ну, да...
– поморщился Изотов, - я понимаю. Но не в этом же дело. Памятник, мой начальник, когда отдавал мне этот приказ был сам не свой. Я не подозревал, что на него можно как-то влиять, но на него явно надавили. Причем с очень высоких верхов... Иначе он бы просто послал указчика...
– Теперь кое-что для меня прояснилось...
– промолвил Дарофеев, созерцая вращение жидкости в своей чашке.
– Есть у меня догадка, которая объясняет происходящее. Но...- Игорь Сергеевич щелкнул языком.
– Поверить в нее вам будет сложно... Тем более проверить...
– А вы скажите, - усмехнулся майор.
– У вас хоть версия есть. А у меня ноль. Пустота.
– Хорошо...
– Вздохнул Пономарь.
– Только не отвергайте эту гипотезу с ходу...
– Договорились...
– В общем, как я подозреваю, какая-то организация хочет тихой сапой захватить власть в государстве...
– Но это...
– не выдержал Сергей Владимирович, но, вспомнив обещание, умолк.
– Невероятно?
– Закончил за него Дарофеев.
– Нет, дорогой мой! Особенно, если учитывать то, что все ее члены, как я подозреваю, сильнейшие биоэнергетики и могут без особых проблем "вешать" на любого человека свои программы, да так, что он и не подозревает, что пляшет под чужую дудку...
– Организация колдунов?
– Пробормотал Изотов и, посмотрев прямо в глаза Дарофееву, спросил: - А зачем им это надо?
– Вот этого я пока не знаю...
– А что эта организация существует - вы уверены?
– Все говорит именно за это. Я астрально побывал в их цитадели. Знаете, весьма неприятное зрелище. Они используют людей как живые консервы. Они подпитываются их биоэнергией и им все равно, что будет с их жертвами.
– Но это беспредел!
– Воскликнул Сергей Владимирович. Слова целителя, насколько невероятными они не были, вызвали у майора живой отклик, ему даже не пришло в голову усомниться в их правдивости.
– Да, - грустно кивнул Пономарь, - это преступление. Но доказать его невозможно. Нет такой статьи в Уголовном Кодексе...
– Но вы... Вы сможете с ними что-нибудь сделать?
– Один? Не знаю...
Хотя Игорь Сергеевич уже принял решение разобраться с этой группировкой, он не знал, хватит ли у него сил справиться с ними. Но уверенность дойти до конца у Пономаря была непоколебимой.
– А если не один?
– хитро улыбнулся майор.
– Тогда можно и повоевать...
Экстрасенс с самого начала разговора ждал этого момента. Он понимал, что Изотов не успокоится, получив нелепый приказ, и будет, на свой страх и риск, продолжать расследование.
– Считайте, что ваша армия выросла вдвое, - Сергей Владимирович сжал кулак и показал его невидимому противнику.
3.
Корень был вне себя от гнева. На него посмели надавить. И в чем!? По поводу разборок, которые он намеревался провести! Ему, Николаю Андреевичу Репневу, попытался указывать какой-то Харчо! Тот самый, из-за плохой подготовки боевиков которого замочили Кропаля!
Этот бывший мент внаглую заявил Корню, что была сходка девятки и там единодушно постановили, чтобы Репнев не маялся фигней, бросил искать заказчика убийства Кропаля и занялся делами управления Организацией, будто Корень и без того не убивал на это большую часть своего времени.