Оборотень
Шрифт:
Облив снова всех ненавистью и презрением из кровавых глазниц, собрат по разуму торжественно замолк.
Первым опомнился капитан.
– Послушай, брат, по крайней мере, ты ведешь себя так, точно ты бессмертен. Ты забываешь, что на этот раз твой полет не совсем удался! Ты в наших руках, и мы можем повернуть назад, имея тебя как заложника. Посуди сам, зачем нам столько смертей? Зная вашу историю, человечество давно бы избавило вас от своих визитов.
– Человечество никогда не простит нам убийства своих сородичей, и оно никогда не избавится от любопытства, оно все равно захочет посетить нас, а к войне с людьми мы не готовы! Потому-то мы и посылаем на Землю
– Теперь наша жизнь не имеет уже никакого значения, - процедил холодно капитан, веря ему.
– Куда важнее жизни тех непосвященных, которые будут стремиться сюда снова и снова после нас.
– Я же говорю: человек невероятно любопытен и жаден, как животное, произнес инопланетянин с яростью.
– Запаяйте его намертво в барокамеру!- разозлившись, выпалил капитан, наполняясь решимостью и непроницаемым спокойствием.
– Будь, что будет, все-таки мы счастливей всех тех бедняг, на которых не хватило даже холодильных камер, - мы увидим эту прекрасную, жестокую звезду, населенную гранатовыми гуманоидами, которые ненавидят нас!
Серебристые пульсирующие сигналы донеслись из кабины автопилота, известив о приближении светолета к планете.
Через минуту показалась заветная зловеще-красная планета, теперь уже чужая и отталкивающая своей неизвестностью. Она мягко приняла светолет на свою поверхность. За окулярами простиралась пустынная местность, молчаливая и спокойная, без намеков на жизнь и враждебность.
Надев бронезащитные скафандры и вооружившись лучеметами, половина экипажа опустилась на лифте в нижний отсек светолета, откуда вездеход с ними был выплюнут на поверхность планеты. Полулетя, полускользя в пространстве, вездеход вывел астролетчиков к скоплению огней, светящихся вдали за фиолетовым сумеречным разливом не то болот, не то подобия нефти. Остановив машину, все вышли и гуськом, щелкая громадными башмаками по хрупким панцирям каких-то, кишащих сплошь и рядом, лопающихся организмов, пошли по направлению к огням, светящимся в млечно-синих сумерках.
Несомненно, огни принадлежали городу гуманоидов, которые, судя по только что услышанным словам их представителя, должны были немедленно схватить пришельцев-землян как своих заклятых врагов и учинить над ними расправу.
Однако, войдя в странный сизый город с зубчатыми конусоподобными зданиями, земляне испытали чувство одиночества и векового покоя вокруг. Город словно вымер; редкие огни, которые светили издалека землянам, оказались подобием фонарей из яркого светящегося гелиометалла с очень древней покосившейся конструкцией.
В домах, как и на улице, царили пустота и безмолвие. Толстая пыль покрывала замысловатый скарб исчезнувших жителей планеты, и никаких признаков жизни на протяжении нескольких обследованных кварталов!
Наконец земляне попали в бесконечно-огромное и, судя по обстановке, общественное здание, нечто вроде лазарета, а может быть, гигантского склепа, на каменных ложах которого лежали иссушенные останки существ, отдаленно напоминающих своего живого красноглазого собрата, оставшегося в светолете.
Пройдя дальше под гулкими сводами гигантского вместилища сухих мумий, земляне обнаружили, что их тысячи. Сомнений не было - город вымер от повальной эпидемии либо вследствие природных катаклизмов. Красноглазому было за что ненавидеть землян, возможно, ставших виновниками глобальной катастрофы на Брандуквазароэ.
Всем
Однако дальнейшие, более чем десятичасовые поиски на вездеходе и пешком не прояснили ничего, если не считать найденного в пустыне единственного живого маленького гранатового существа, не то ребенка, не то взрослого, истощенного до крайности. Они нашли также пустые светолеты своих сородичей. Все машины были в полной сохранности и готовности к старту. Любая из них, включая и устаревшие марки, стоила бешеные деньги. Кроме того, они воплощали собой угрозу Земле, ибо двух светолетов из девяти не было. На них-то и прилетели, видимо, мстители на Землю, чтобы выполнить страшную миссию по спасению своей вымирающей планеты от нашествий.
Вероятно, где-то далеко-далеко в глубине лесов и гор еще тлел сохраненный огонь жизни гуманоидов, переживших трагедию и преодолевших смертельную черту. Тем опаснее было оставаться здесь дальше, памятуя про оборотня и некоторых приметах мощной когда-то и, возможно, еще не затухшей цивилизации.
Отправив все светолеты на Землю под управлением автопилота и помня о внушенной им инопланетянином смерти, капитан, на всякий случай, сопроводил весь этот печальный эскорт магнитограммой, рассказывающей о всех происшедших событиях на пути к Гемме, а также всю историю предыдущих экспедиций.
Еще раз осмотрев и сфотографировав на прощание пустые города, земляне ступили на борт своего светолета, чтобы навсегда покинуть печальную звезду Брандуквазароэ или, как ее еще называли на Земле,- Гемма.
Все еще не веря в гипнотическую силу оборотня, внушившего якобы смерть всему оставшемуся в живых экипажу, полные сил и здоровья астролетчики, плотно позавтракав, включили автопилот и, бодрясь и подшучивая друг над другом, вышли в гиперпространство.
– Ну, вот мы почти и дома!
– воскликнул весело капитан и вдруг осекся, почувствовав страшную незнакомую боль в висках. Тоскливое предчувствие медленно овладело им. Но ведь он погибнет вместе с нами как заложник, подумал капитан, вспомнив про оборотня. Взглянув на приунывших и как-то сразу потухших членов экипажа, он понял, что с ними происходит то же самое. Смертельная бледность покрывала лица каждого, губы обметало, глаза, тускло провалившись, ушли в себя.
– Омар, нам нельзя умереть, оставив в живых оборотня, хотя он и герой, - спокойно произнес капитан, чувствуя, как жизнь уходит из его тела.
– Убей палача. Омар, он опасен для землян, убей!
– приказал он, не глядя на подчиненного.
Молчание, последовавшее в ответ, разгневало капитана. Оглянувшись назад, он увидел, что Омар мертв.
– Рат, убей ты!
– слабо произнес капитан, не в силах повернуться в сторону Рата.
Красноречивая немота, заполнившая светолет, давя со всех сторон, обступила капитана.
– Силен, - прохрипел капитан, все еще не веря в возможность такой простой смерти.
– Ганжа!
– позвал он.
– Роберт! Доктор!
Никто не отзывался.
Поняв, что это конец, капитан потянулся к отсеку с экспресс-устройством, собираясь взорвать светолет, но тело, как ватное, не слушалось его. Проклятый оборотень словно насмехался над ним, парализуя волю на расстоянии. На миг капитану почудились кровавые, пылающие ненавистью глазницы, торжествующие победу.
– Что ж... выходит, ты победил, - с мукой подумал капитан и вдруг, вспомнив о роботах, тихо засмеялся: машине не внушишь смерть, она лишена психики и магнетической зависимости от гипноза.