Оборотень
Шрифт:
Рыжая бросила на Варяга долгий изучающий взгляд, а когда их глаза встретились, слабо улыбнулась. Варяг сразу успокоился. Шлюха! Обычная ресторанная шлюха. Он отлично знал этот профессиональный взгляд, которым они все владели в совершенстве – наверное, месяцами тренировались перед зеркалом под руководством опытной наставницы. Взгляд вызывающий и одновременно притворно робкий, манящий и осторожный… Что ж, если это не ловушка, то отчего бы не ответить. И Варяг улыбнулся – тоже заученной улыбкой-приглашением и показал взглядом на свободный стул за своим столиком.
Рыжая подошла
– Вы тут часто бываете? – спросил Варяг небрежно. – Только не говорите, что впервые, что шли по улице с подружкой и решили заскочить.
Она улыбнулась:
– Нет, не впервые. Я тут бываю три раза в неделю. Но вас я здесь раньше никогда не видела.
– Все правильно, я не местный.
– Но раз вы сидите в этом ресторане, то, значит не случайный посетитель, – лукаво улыбнулась pыжекудрая.
– Как вас зовут, догадливая барышня? – Варя вдруг ощутил пьянящее чувство беззаботности и свободы, такое ощущение посещало его в далекой юности, когда он знакомился с девчонками на улице.
– Лена.
Короткое слово больно резануло слух. Он невольно вспомнил свою Лену – оставшуюся в Москве, «грустную», как сказала дочка, Лену, которой пришлось из-за него пережить столько унижений и страха.
– А я… Андрей. – Варяг запнулся, вспомнив, что в этом городе он находится под именем Андрея Юрьевича Данилова.
– Так я не ошиблась, Андрей? – Рыжая Лена опалила его пламенем огромных карих глаз, опушенных черным бархатом длинных ресниц. – Вы здесь не случайный гость?
– Я вообще не случайный гость в этом мире, – попытался пошутить Варяг.
– О! – Она удивленно вскинула брови. – А вы философ!
– Знаете что, Лена. – Варяг отодвинул пустую кружку и поманил официанта. – Не хотите ли со мной прогуляться?
– По вечернему Невскому? Но такая прогулка обойдется… – начала Лена деловитым тоном.
– В штуку баксов уложимся? – оборвал собеседницу Варяг и по-хозяйски положил руку на ее плотно обтянутое короткой юбкой бедро.
Лена только усмехнулась.
Они лежали, разгоряченные, усталые от горячих ласк и бурного финиша, на широкой гостиничной кровати. Смятое одеяло сползло на пол. Владислав, прерывисто дыша, потянулся к бокалу с холодным шампанским и с наслаждением осушил его до дна. Лена села на постели по-турецки. Ее кожа была покрыта сверкающими бисеринками пота, растрепанная копна волос рыжим водопадом ниспадала на плечи.
По лицу блуждала легкая улыбка.
– Ну ты и горяч… – Она скользнула рукой по его животу и запустила длинные пальцы в завитки волос в паху, потом крепко обхватила его ствол. – Вон он какой возбужденный. Неужели еще не насытился? Или отвык от женского тела?
– Отвык, – согласился Варяг, обхватив ее тяжелые груди и принявшись лизать крупные коричневые соски. – Да и ты, Лена, чертовски меня распалила!
Ану– ка…
Он властно обхватил ее за талию и развернул, уложив на живот.
– Подними зад! – приказал он. – Выше! Встав на колени позади нее, Владислав снова ощутил прилив возбуждения. Он направил свой инструмент точно по нужному маршруту. Лена застонала.
– Что,
Лена не выдержала его напора и рухнула под ним, а он врезался в нее все глубже и мощнее, пока наконец не испытал мощный взрыв сладостной боли.
От переполнившего его ощущения блаженства он даже закричал. Лена проворно выскользнула из-под него и прикрыла ему рот ладонью.
– Тихо! А то охрана прибежит – решат, что я тебя тут убиваю…
– Почти убила… – Владислав прижал к себе ее горячее упругое тело и поцеловал в плечо. – Как же ты хороша! – Лучше прочих? – капризно нахмурившись, поинтересовалась рыжекудрая нимфа.
– Одна из лучших в Европе, – улыбнулся Варяг. – Ну что, отдохнем немного? Надо малость прийти в себя!
Он взглянул на часы. Было без пяти два. У него оставалось шесть часов свободного времени. Владислав с сожалением вспомнил о предстоявшей поездке в загородный дом для ветеранов МВД и нахмурился: провести день в обществе рыжей Лены было бы куда желаннее. Ему оставалось только одно – успеть до рас света насладиться роскошным телом Лены и ее умелыми ласками.
– Хочешь, чтобы я отработала твою штуку баксов по полной программе?
– засмеялась Лена и нащупала под одеялом его вновь набрякший влажный клинок.
– Нет, просто не хочу попусту терять время, отозвался он, зарываясь лицом в рыжий водопад волос. – Чтобы потом не было за него мучительно больно…
На следующий день Владислав отправился в дом ветеранов на вторую встречу со стариком Беспалым. Ночью его разбудил звонок Закира Большого из Москвы: дагестанский авторитет сообщил смотрящему, что воры, как и договаривались, скинулись и собрали приличную сумму – теперь можно было вплотную заняться поисками денег общака, похищенных с банковских счетов в Андорре. Но Варяг сказал, что немного задержится в Питере, где у него возникло серьезное дело. Какое – он не стал объяснять Закиру, сочтя, что ворам не стоит знать о его встрече с бывшим начальником самого страшного в стране лагеря строгого режима. Многие воры знали о Североуральской колонии не понаслышке, и тем из них, кто когда-то там парился, например дяде Толе, вряд ли эта встреча понравится.
Варяг оставил на дороге перед домом ветеранов неприметный «опель», который дал ему на время Фи лат, и в одиночестве зашагал к южному флигелю, где располагались «коммерческие» палаты. Владислав нашел Беспалого в палате № 1 – просторной комнате с тремя высокими окнами. Бармин не соврал – в палате стояли телевизор и холодильник и спальное место представляло собой не железную скрипучую кровать, а мягкую двуспальную софу. Тимофей Егорович сидел в кресле и ждал гостя.
– Спасибо тебе, Владислав, – с довольным видом прохрипел он. – Хоть помру в человеческих условиях. Сегодня ночью думал, дуба дам. Совсем хреново было. Ночную сестру вызывал, укол мне сделала. Ну, садись. А тебя, я вижу, мои байки-то заинтересовали, а?