Оборот первый
Шрифт:
— Что-то мне подсказывает, что бы ему здесь не обрадовались, — сымпровизировал я.
Получилось удачно. Андреас хмыкнул, кивнул и вновь задумчиво затянулся сигарой.
— Вы ведь можете устроить внеочередной срочный конгресс, — решил я перейти к конкретике. — Это, собственно, почти всё, о чём мы просим.
— Что? Конгресс? — растерялся Андреас.
— Ну да. Шарль говорит…
— Так. Всё, хватит. — Андреас решительно ткнул сигарой в пепельницу. — Если я сейчас же не услышу голос Шарля…
— Да не вопрос вообще.
Я натыкал
— Слушаю тебя, Костя?
— Ага, я тут с Андреасом. Он хотел тебя слышать. Вот я и…
— Здравствуй, Шарль, — перебил меня Андреас. — Как твои огурцы?
— Ка… Какие огурцы? — обалдел Шарль. — Здравствуй, Андреас. Сколько лет, сколько…
— Да-да, я помню нашу последнюю встречу. Где это было? Кажется, в одной из теплиц Интерии?
Шарль долго молчал. Потом ответил:
— А. Кажется, понимаю. Сначала ты хотел выяснить, человек я, или просто запись. А потом решил удостовериться, что я — именно Шарль, а не посторонний человек, говорящий через голосовой модулятор. Мы никогда не были в теплицах Интерии. Ну, по крайней мере, я не был. Однако готов поверить, что огурцы там растут превосходные.
Андреас усмехнулся. Из браслета тоже донеслось нечто, напоминающее смешок. Однако расслабляться эти двое не собирались. Они просто друг друга узнали.
— Ну и что за чушь с этой Дианой Стил? — спросил Андреас. — Всё, что они говорят…
— Ты можешь верить каждому их слову, — сказал Шарль. — Ситуация крайне серьёзна. Диана нужна мне, как воздух. Она и прибор, с которым её взяли. Ты помнишь, над чем я работал, когда…
— Работал? — резко переспросил Андреас.
— Да. Извини, я говорю о нашей дружбе в прошедшем времени. Это… Я просто не хочу тебя оскорбить, Андреас. Я близок к завершению изобретения, которое навеки обелит моё имя во всех Высших мирах. Но без помощи Дианы, боюсь, мне понадобятся ещё долгие годы…
— Ясно, — кивнул Андреас. — Ну и что у вас за план? О каком конгрессе идёт речь?
— О, это самое интересное! — оживился Шарль. — Вы ведь уже познакомились с Фионой?
— Имел такую честь, — буркнул Андреас, и слово «имел» из его уст прозвучало как-то двояко. А может, мне просто показалось. В конце концов, он же — интеллигентный человек, культурный гражданин, с бородой.
— Так вот, — продолжал Шарль, — она будет звездой конгресса по вопросам о правах Нижних миров, миров категории С. Ты вправе назначить внеочередной конгресс, зарегистрировать Фиону, как посла, а Константина, как её секретаря. И на охрану конгресса выделят большую часть человеческих ресурсов. А в это время…
— Ты сошёл с ума, — сказал Андреас, дослушав план до конца. — Это может стоить мне карьеры.
— Хочешь сказать, что не выкрутишься из такого смешного переплёта? — фыркнул Шарль. — Не пудри мне мозги, Андреас. В тот раз ты ушёл очень красиво. И если бы только я упомянул тебя хоть словом…
— Заткнись! —
Глава 45
Прокураторий был заведением интересным. Что внешне, что по сути. Пока мы к нему добирались, Андреас многое порассказал.
Высшие миры были до такой степени Высшими, что власть, как таковая, требовалась лишь в очень редких случаях. Преступлений было ничтожно мало, поэтому полиция переводила бабушек через дорогу, а суд по местным вопросам созывали раз в год, не чаще. Экономика сама по себе работала чётко и стабильно, как часы.
«Ну конечно, — мысленно усмехнулся я, — чего б ей не работать. Наклепали себе батареек, с которых энергия так и хлещет, всем с избытком хватает».
— Вы зря так скептически относитесь, — заметил Андреас, увидев выражение моего лица. — Да, первое впечатление о нас, которое высказывают граждане Нижних миров — бездельники.
— А разве это не так? — покосилась на него тян.
Мы находились в магазине одежды, где пришлось-таки озаботиться покупкой костюма, да не одного, а сразу двух. Купили-то быстро, но приходилось ждать, пока местные мастера что-то придумают с отверстием для хвоста.
— Вовсе нет, — сказал Андреас. — У нас все работают. Но не потому, что работа необходима для выживания, как в Нижних мирах. А просто потому, что труд — естественная потребность человека.
— А почему на одних работах работают люди, а на других — куклы? — спросил я.
— Куклы? — удивился Андреас.
— Ну, в космопорту, там, такие…
— Ах, вы про клонов… Ну, видите ли, некоторые непопулярные профессии можно было передоверить машинам. Однако этот эксперимент провалился. Слишком часто возникали нестандартные ситуации, и искусственный интеллект оказывался в тупике. Однако люди не хотели идти на эту работу…
— И зарплатой высокой не заманишь — никому деньги не нужны, — догадался я.
— Совершенно верно, — кивнул Андреас. — Тогда придумали сделать это частью обучения на Творцов. Собственно, отличная тренировка мозга. В течение дня несколько переключений между различными несложными профессиями. Стремительная смена декораций, условий, если можно так выразиться, игры…
— То есть, так студенты практику проходят? — уточнил я.
— Можно и так сказать. И потом, пока Творец не подтвердит Высшую категорию, он раз в год обязан отработать месяц на должности удалённого оператора. Большинство воспринимают это даже как отдых. Труд Творцов тяжёл, а что может быть проще, чем выдать туристу электронную карту?
— Эту должность скоро вообще упразднят, — сказал я с умным видом. — Обращений почти нет. Поставят автомат для выдачи цилиндриков.
Андреас посмотрел на меня с удивлением, но ничего не сказал. Что ж, приятно сознавать, что мне известно побольше, чем бородатому аборигену. Хоть в каком-то вопросе. Пусть озадачится, это полезно.