Обними
Шрифт:
– Майрон же обещал тебе выходной.
– Майрон… – красивые губы изломились в невеселой ухмылке. – Майрон уехал с подружкой к родителям и не снимает трубку, а его долбанные столы доставили раньше срока.
– Это не твоя проблема, – строго заметила Хлоя.
– Думаешь? – Амрита сделала еще один глоток из чашки и со стуком отставила ее на стол. – Полагаю, мне надо привыкать. Скоро он сделает ей предложение, потом женится, и на меня ляжет куда больше его проблем, чем сейчас. Женатым мужчинам ведь нужно
– Тебе тоже нужно успевать спать…
– Хах… – смешок вышел настолько ядовитым, что мог бы убить. – Сейчас мне нужно принять и проверить мебель в новый офис. Мэттью, – она, наконец перевела взгляд на Мэтта, вспомнила, что здесь есть еще кто-то. И во взгляде снова появилась острота лезвия. От него можно было бы поёжиться, если бы не привычка. – Жду вас в понедельник вечером, время уточню позже. К тому моменту я составлю контракт, подпишем тогда же.
Деловой подход во всём. Под стать костюму. Это хорошо… Учитывая всю глупость сделки, хоть в чём-то надо создать видимость серьёзности. Мэтт коротко кивнул и поднялся со стула. Собеседование окончено.
– Как скажете.
– Ради пяти дней нужен контракт? – встряла Хлоя.
– Контракт нужен всегда, – заявила Амрита, поправив и без того идеальную манжету рубашки. – Обязанности должны быть обозначены. И запреты тоже.
Глава 5
Тишина и прохлада в квартире привычно окутали с порога. По сравнению с женским шумом и тропиками, которые устроила у себя Амрита Шетти, дома было даже как-то слишком тихо и холодно. Мэтт переступил порог квартиры, бросил ключ на полку шкафа и закрыл дверь. Ключ с эхом звякнул. Мэтт взялся за замок куртки и бросил взгляд в сторону закрытой двери спальни Иэна. Закрытой. Всё еще.
Он что, вообще не выходил сегодня?
– Иэн!
Ответа не последовало. Кто бы сомневался. Мэтт стянул куртку, повесил на крючок и двинулся в сторону закрытой двери с приклеенным фиолетовым стикером «отвали». Это обновка. Вчера стикер был желтым и написано на нём было «Мэтти, иди в (з)ад». Беда стикеров в том, что их легко сорвать, а придумывать что-то более крепкое Иэну лень.
Мэтт поднял кулак, замахнулся, чтобы постучать, но передумал. Рванул за ручку и с силой толкнул дверное полотно. Остановился на пороге.
В комнате, как обычно, царил вселенский бардак. Одежда на спинках кровати, на открытой двери шкафа, на батарее под окном. На подоконнике. Клочки бумаги на полу, рядом с пластиковой корзиной. Пыльная гитара в углу, развал на кровати. В центре всего этого катаклизма – стол с пустыми грязными чашками, компьютером и техникой.
И человек за ним.
Он согнулся над графическим планшетом, очки в роговой оправе съехали на кончик тонкого, немного крючковатого носа, а рука выводила что-то на небольшом
Даже не поднял лохматую каштановую голову.
Так и есть. Вряд ли он завтракал.
– Оглох? – Мэтт вскинул брови и привалился плечом к косяку.
Иэн не дёрнулся. Рука с пером аккуратно провела линию и оторвалась от планшета. Только теперь брат поднял взгляд и посмотрел на Мэтта поверх очков.
– Там бумажка к двери приклеена, – пробормотал он в светло-каштановую бороду.
Перо от планшета ткнулось в сторону стикера. Мэтт взглянул на распахнутую дверь, протянул руку и рванул на себя записку. Она громко хрустнула в кулаке.
– Больше нет, – лёгким движением он запустил ком в корзину. Бам. Попал. – Когда ты последний раз ходил на улицу?
Иэн позу не сменил.
– Зачем?
Хороший вопрос.
– Зачем? – Мэтт отлепился от косяка, медленно прошел к столу. Одним движением продел палец в «ушки» сразу трёх чашек и поднял.
Фарфор звякнул. Иэн, внимательно следящий за Мэттом синими глазами, будто очнулся. Перо отлетело на дерево стола, брат расправил широкие плечи, забросил руки за голову и с силой потянулся.
– Не мне же нужно постоянно искать работу, – проскрипел он.
Его спина звучно хрустнула.
Аргумент, конечно, исчерпывающий.
Если не напомнить Иэну, что за стенами вообще-то есть жизнь, он может выходить из дома только ради встреч с заказчиками. В современных реалиях даже это необязательно, всё можно оговорить в переписке, так что Иэн ходит на улицу почти с пинка. Ему хватает грязной комнаты, стола и кофе. Графическому дизайнеру этого вполне достаточно для существования. Он как куст в кадке. Не забывать поливать и иногда общаться, чтобы не загрустил и не умер.
Кажется, Мэтт начинал ему завидовать.
Он продел палец второй руки в еще три «ушка» и развернулся к выходу.
На самом деле они не родные братья, а кузены, но это неважно. Иэн живёт здесь последние пять лет. Не просто так: за еду и оплату электричества снимает у Мэтта эту самую комнату и имеет полное право устраивать в ней свинарник.
– Как собеседование? – Иэн последний раз хрустнул позвонками и уронил руки.
Если сказать ему правду, будет ржать, как гнедой конь.
– Нормально, – бросил Мэтт.
Оказавшись уже в проёме, услышал, как колёсики большого геймерского стула прокатились по полу.
– Нормально? – рычаще-скрипучий голос брата стал раздаваться ближе. – Тебя взяли?
– Ага.
Нужно попробовать уйти от него. Хотя не получится. Сам же влез в берлогу и поднял медведя. Мэтт свернул за угол, до слуха долетел звук шагов, но вот они прервались. Очевидно, Иэн повис на турнике в дверном проёме и подтягивается: еще один его способ не выходить из дома и неплохо существовать.