Обманутые сердца

Биггз Шерил

Линн опустилась на стул, отодвинутый для нее Трекстоном, и налила себе холодного чая.

– Немного покаталась. Так, ничего особенного. Внимание присутствующих привлек стук в дверь, и все сразу замолчали. Занна торопливо вышла из столовой, чтобы открыть входную дверь. Спустя несколько секунд экономка доложила:

– Миссис, к вам мистер Мурден.

Эдвард Мурден вошел в столовую, не дожидаясь приглашения, и направился прямо к Евгении.

Взгляд Линн перебегал с Евгении на Эдварда, она старалась вспомнить все, что рассказывала Белль об этом человеке. Из бумаг Браггетта, дневника Евгении и рассказов Магелины

Тутант они узнали довольно много и пришли к выводу – у Эдварда были веские основания желать смерти Томасу Браггетту. Линн отхлебнула охлажденного чая. Однако, вопреки логике, говорящей, что Мурден может быть убийцей, трудно было плохо подумать об этом человеке, имея представление о реальном облике Томаса Браггетта и видя, с какой любовью смотрит на Мурдена Евгения.

Миссис Браггетт встала, позволила Эдварду поцеловать себя в щеку и весело рассмеялась.

– Эдвард, позволь представить тебя нашей гостье. Белль, познакомьтесь с моим старинным и очень дорогим мне другом Эдвардом Мурденом. Эдвард, мисс Белль Сент-Круа.

Эдвард грациозно склонил голову, поднес руку Линн к губам и поцеловал.

– Мадемуазель Сент-Круа, это честь для меня, – сказал он приятным, низким голосом.

Мурден был высокого роста, хорошо сложен, каштановые волосы аккуратно зачесаны назад, лицо аристократически красиво и изящно. Линн отметила, что для человека, чье состояние пущено на ветер, а точнее, в карман Томаса Браггетта, он был очень хорошо одет. Коричневый костюм сшит из отличного сукна, рубашка из качественного шелка, а бриллиантовая булавка на бледно-голубом галстуке и золотое кольцо с бриллиантом на пальце выглядели дорогими.

– Ах, mon amour, – он обернулся к Евгении. – Я не собирался заезжать, но так получилось, что направляюсь в «Бараторию» и проезжал мимо. Приглашаю тебя завтра вечером в оперу.

– С удовольствием, – с улыбкой нежно отозвалась Евгения.

Эдвард поднес к губам ее руку.

– Вот и хорошо. Тогда заеду за тобой завтра в семь.

– Эдвард, власти допрашивали тебя еще раз? – тень беспокойства омрачила лицо Евгении.

Тот тихо рассмеялся и пожал ее руку.

– Нет, моя дорогая. Как я уже говорил на первом допросе, я играл в покер в «Звезде», когда твой покойный муж получал билет в ад.

– И остальные это засвидетельствовали? – спросил Трекстон, вмешиваясь в разговор.

Эдвард посмотрел на молодого человека.

– Я сожалею, мне не следовало разговаривать с сенатором Браггеттом в такой резкой манере, но все подтвердили мои слова.

Трекстон удовлетворенно кивнул.

– Отлично.

– А теперь, дорогая, я должен идти, – Эдвард взял Евгению за руку, увлекая за собой.

В этот момент в столовую вошел Трейс:

– Извините за опоздание.

Линн вдруг стало легко и радостно. Трейс здесь. Она улыбнулась ему, а он занял свое место во главе стола напротив места Евгении. От его близости по телу девушки начало разливаться приятное тепло, и Линн покраснела.

– Белль, – он откашлялся, окидывая ее долгим, внимательным взглядом. – Я собирался пригласить вас на утреннюю прогулку верхом, но когда Занна вошла в вашу комнату, вас уже не было, – он начал накладывать еду на тарелку.

– Ах, – в единственном слове отразилось испытываемое ею в данную минуту отчаяние. – Я бы с радостью, – ее глаза сияли. – Мы можем сделать это завтра?

Из-под

нахмуренных бровей Трекстон бросил на девушку пристальный взгляд.

– Ну конечно, – отозвался Трейс. – С огромным удовольствием.

Из коридора, ведущего в кухню, вошел Тревис и встал, как вкопанный, уставившись на Линн.

– Как вам удалось меня опередить? Девушка непонимающе смотрела на него.

– Что вы сказали? Он подошел к столу.

– Я готов поклясться, что видел вас в городе перед самым отъездом домой.

Хотя сердце было готово выпрыгнуть из груди от паники, Линн попыталась изобразить благодушную улыбку.

– Нет, я ездила на прогулку, но не в город, – она посмотрела на Трекстона и вежливо улыбнулась. – Должно быть, в городе живет женщина, ужасно похожая на меня. По крайней мере, на первый взгляд, – она нервно рассмеялась и принялась теребить салфетку, лежащую на коленях. – Это довольно ранятно, когда есть двойник, которого принимают за тебя, как вы считаете?

– Да, – заметил Трекстон скептически. – Вы совершенно правы.

Глава 20

Белль стояла в галерее и наблюдала за аукционами, проходящими в вестибюле отеля. Те уже заканчивались, потому что день близился к вечеру, и у каждого аукциониста оставалось для продажи по одной-две вещи.

– Прошу прощения, мисс Боннвайвер, – Энтони ДеБрассе слегка прикоснулся к ее плечу.

Белль обернулась и сразу же узнала его по смуглой коже и акценту.

– Мистер ДеБрассе, – отозвалась она. – Или вы предпочитаете, чтобы я называла вас Маркони?

Он смущенно улыбнулся.

– Вы раскрыли мою ложь.

– Да, но не понимаю, зачем вы это сделали, – девушка осмотрелась по сторонам, чтобы еще раз убедиться, что магазины закрылись и в галерее никого нет. – Вам ведь отлично известно, что среди бумаг из шкатулки мистера Браггетта нет ничего на имя Маркони.

– Но мне необходимо было выяснить, станете ли вы вообще просматривать их, если согласитесь мне помочь.

– Понятно, – Белль повернулась к перилам и посмотрела вниз, в вестибюль. – Ладно, я не нашла никаких бумаг на имя мистера Маркони, но нашла ваши, мистер ДеБрассе. Вы ведь нелегально находитесь в этой стране, а мистер Браггетт угрожал раскрыть правду, верно?

– Да. У меня, как бы это выразиться, не все в порядке со здоровьем. По этой причине официальные власти Нью-Йорка отказали в виде на жительство и отправили назад в Италию. Но…

– Но вам удалось найти способ вернуться.

– Да, но только благодаря помощи моего народа. Моя болезнь не заразна – больное сердце. У меня осталось мало времени, сеньорита Боннвайвер, и слишком много нужно сделать для моего народа. Прошу вас, вы мне поможете?

– Возможно.

– Отдадите бумаги?

– Да, мистер ДеБрассе, но мне нужно кое-что взамен.

– Я не богат, сеньорита Боннвайвер.

– Деньги мне не нужны. Вы прожили в Новом Орлеане несколько лет?

Тот кивнул. Белль продолжила:

– Мне нужна информация. Особенно меня интересует Эдвард Мурден и Харкорт Проскауд. Для начала, – с улыбкой добавила она.

Итальянец подошел и встал рядом с девушкой. Ни один из них не смотрел на другого.

– Одно время оба были богатыми людьми, пока Томас Браггетт путем различных махинаций не лишил их состояния.