Обман

Уэстон Софи

Он моргнул. Он прямо не признал свою вину, но можно было видеть, что вопрос не пришелся ему по вкусу.

— Я не продам Хейс-Вуд, — решительно заявила она. — Я тебе уже говорила и сейчас еще раз повторяю. — Внезапно ее голос дрогнул. — Даже если ты вытравишь всех до последнего барсуков здесь. Так что езжай домой и забудь об этом.

— Но не прежде чем…

Эш вскочила на ноги.

— Я хочу, чтобы ты покинул мой дом. Немедленно.

Он проигнорировал ее требование.

—

Кто тебе сказал, что я знал о барсуках?

Эш небрежно отмахнулась.

— Человек, кому они небезразличны.

Он резко рассмеялся.

— Готов поспорить. Так кто?

Вряд ли это важно. Эш пожала плечами.

— Паджетт? — Голос был полон ярости.

— Он сказал, что приедет поговорить.

— Ну, уж нет. Это мы должны решить между собой.

— Ты меня не слушаешь. Я хочу, чтобы ты уехал.

Его голос стал настойчивым.

— Эш, ради всего святого. Поверь своему чутью.

Это ее чутье завело ее к нему в постель. Эш сухо рассмеялась. Он резко схватил ее. Она вырвалась, сбив стул. Джейк замер.

Эш отступила назад, поправляя майку. Слишком поздно. Джейк увидел то, что уже видела Эш: слабые, но все же заметные следы, которые оставляет одно тело на другом в процессе любви.

— О Господи, — сказал Джейк. Он совсем расстроился.

Она быстро отошла. Его черты неожиданно заострились. Глаза потемнели.

— Я сделал тебе больно. — Он утверждал, не спрашивал.

На этот раз он не был похож на спокойного и выдержанного бизнесмена.

— Эш, ты должна мне поверить. Я не хотел причинить тебе боль. — Голос его слегка дрожал.

Возможно, подумала Эш, это и правда. Но от этого не легче.

— Ты недостаточно хорошо меня знаешь, чтобы причинить мне боль, — сказала она. Она говорила тихо, но с очевидной злостью. — И пусть эта ночь не вводит тебя в заблуждение. Секса мало, чтобы узнать другого человека.

Джейк шумно вздохнул. Последовало напряженное молчание. Затем он протянул:

— О, я полагаю, что знаю достаточно о тебе, Эшли Лоуренс. У общения много форм. И на мне есть синяки, дорогая.

Их полные откровенной вражды взгляды встретились, но в ее глазах еще был стыд, его же — жесткие и злые.

— Твоя подруга Джоан считает, что вы с Питером Лоуренсом были идеальной парой, — сказал он немного погодя. — Мне думается, что после прошлой ночи мы оба знаем, что это далеко не так, верно?

Меньше всего она ждала таких слов. Эш охнула так, будто наткнулась на огнемет. Губы Джейка искривились в сухой улыбке.

— Я готов платить за свои ошибки. И с радостью. Но я не приму на себя наказание, причитающееся Питеру Лоуренсу, — сказал он. — Я не уйду, пока мы все не выясним.

— Я тебя ненавижу, — с

яростью сказала Эш.

Джейк заскучал.

— Скажи что-нибудь новенькое.

И тут вошел Тим Паджетт.

— Убирайтесь, — прорычал Джейк.

Взглянув на него один раз с остервенением, Джейк больше не поворачивался к нему. Эш вообще не смотрела на Тима. Она напряглась как натянутая струна.

— Эш, почему ты позволяешь ему так со мной разговаривать? — возмутился Тим.

— Я не могу… — начала она, стараясь сохранить спокойствие.

Но слишком поздно. Джейк смотрел на нее бешеными глазами. Она вдруг поняла, что он скажет все независимо от того, здесь Тим или нет. Она зашла слишком далеко.

Эш уже не смогла справиться с собой. И сбежала. Она хорошо понимала, что оба разъяренные мужчины смотрят ей вслед. Для нее это не имело значения. Если она не сможет остаться одна, она взорвется.

Позвав Расти, она пошла с ним к дальнему участку речки. Ей удалось пробыть одной минут сорок. Она как раз стояла на шатающемся камне, пытаясь достать из бурлящей воды водоросли, как услышала за спиной шаги. Она умышленно не обернулась. Бесполезно.

— Какого черта ты делаешь? — спросил Джейк Дейр.

Эш взглянула через плечо. По крайней мере, он был на этот раз одет. Надо признаться, даже во вчерашней рубашке цвета слоновой кости и бежевых брюках он выглядел идеально. Крутым, красивым и безумно злым. Ее камень качнулся, и она ухватилась за край.

— Уходи, — попросила она шепотом.

— Немедленно выходи на берег.

Ее подбородок сразу же задрался от этого командного тона.

— Не смеши меня.

— Ты стоишь, — спокойно сказал он, — на неспрессованной глине. Малейшее изменение в давлении воды, и она рассыплется.

Эш удивилась. Посмотрела вниз, на ноги. Вода бурлила вокруг них, но, к своей досаде, она поняла, что он прав.

Но признаться в этом она не собиралась.

— Почему давление воды должно измениться? Сейчас лето, если ты забыл. Уже несколько дней нет дождей.

— Ты про плотины слышала? — вежливо поинтересовался он. — Их строят, уровень воды поднимается, потом в один прекрасный день плотину прорывает — и, привет, никаких камней, на которых можно стоять.

Эш круто повернулась и воззрилась на него, уперев руки в бока.

— Здесь у нас не великая, серая и грязная Лимпопо. Это всего лишь маленький приток Темзы. Так что вряд ли я утону в двух футах воды.

Джейк окинул ее нелестным взглядом.

— Ты мне рассказываешь про реки? Я родился в Мемфисе. Там у нас классная река. А люди все равно продолжали тонуть в ручьях, где воды-то всего на три дюйма. Иди сюда.