Обман
Шрифт:
Она наклонила голову и прислонилась к нему. Робость не давала ей понять. Он все сильнее сжимал ее талию. Сказал что-то себе под нос, но она не разобрала.
Эш все же подняла голову. Его глаза были очень темными.
— Думаю, пора уходить, — хрипло сказал он.
Глава 13
Еще окончательно не стемнело. Они вернулись к машине, стоящей в тени деревьев. Джейк
Эш не могла понять, что с ней происходит. Она внезапно стала ощущать себя любимой. Странное чувство. Оно делало ее еще более робкой. Она никогда раньше не ощущала себя любимой. Интересно, Джейк чувствует себя так же странно, как и она? Или это все часть его хитроумной стратегии? Наверное, его низменные мотивы могут проявиться в любую минуту.
Она хотела его спросить. Но в машине он снова взял ее за руку и не отпускал до самого дома. Эш поняла, что ей безразлично, часть ли это его стратегии или нет. Этот вечер не просто развлечение. Он останется у нее в памяти на будущее, когда он вернется к своим миллионным делам, а она будет выгуливать собаку и заботиться о барсучонке в одиночестве.
В машине они не разговаривали. Джейк ехал быстро. Эш мечтательно смотрела на его длинные, сильные пальцы на рулевом колесе. Когда они остановились около особняка, он выключил фары и повернулся к ней.
— Ты ведь, по сути, не знаешь большинства тех людей, верно? Хоть вы и соседи, ты не появлялась там многие годы.
Эш не знала, порицает ли он ее или нет. Она посмотрела на свои руки.
— Похоже, ты и так догадался. Ведь не ходили же они ко мне косяками, когда ты жил в доме.
— Но там все выглядело по-другому. — Он говорил задумчиво. — Я себя спрашиваю — в чем дело?
Несмотря на свои бурные фантазии по поводу сегодняшнего вечера, Эш сжалась.
— Я не люблю вмешательства в мою жизнь.
— Я тоже. Но это не значит, что мои соседи смотрят на меня, как на пришельца из космоса, когда я с ними сталкиваюсь, — откровенно заявил Джейк.
Он побарабанил пальцами по рулевому колесу.
— Молли считает, что ты винишь себя за тот несчастный случай, — сказал он ровным голосом. — Что ты наложила на себя нечто вроде епитимьи. Это так?
Эш вздрогнула.
— Прошло уже столько лет.
— Это не ответ на мой вопрос. — Он оценивающе взглянул на нее.
— Оставшееся жить часто чувствуют себя виноватыми, когда кто-то умирает. Особенно в молодые годы, — сказала Эш. — Я ходила к психотерапевту. Знаю всю терминологию.
— И, тем не менее, ты все еще живешь Бог знает в какой глуши и держишь всех на расстоянии вытянутой руки? Как спящая красавица в глубине своего непроходимого леса, — добавил он сухо.
Эш закусила губу.
— Ты преувеличиваешь.
— Все еще хуже. По крайней мере, если верить твоим
Она удивилась и слегка обиделась.
— Зачем им рассказывать тебе обо мне?
Он сверкнул зубами в темноте.
— Они видят — я проявляю интерес. Чего, похоже, нельзя сказать о тебе.
Неожиданно во рту у Эш пересохло. Все это переводило вечер из мира фантазии слишком близко к реальности. Той реальности, с которой она еще не научилась справляться. Пора отступать, подумала она.
— Мне кажется, пора идти в дом. Становится прохладно. — Она положила руку на ручку дверцы.
— Заперто. — Джейк был совершенно спокоен. — Полезная вещь — централизованная система запоров.
Эш возмутилась.
— Ты меня здесь запер?
— Я нас тут запер, — поправил он ее мягко.
— Ну, конечно, тогда другое дело, — саркастически заметила Эш.
Он хрипло рассмеялся.
— Я на это надеялся.
Он лениво протянул руку и привлек ее к себе. Он не пытался ее поцеловать, просто осторожно прижал ее к своему теплому боку.
— Ты напряжена как струна, — удивился он. — Что-то не так?
— Я полагаю, это очевидно. — Эш все дрожала. От гнева, уверяла она себя.
— Не для меня.
— Значит, ты еще более самонадеян, чем я думала. Я не уважаю насилие. Я хочу выйти из машины, — ровно сказала Эш. — Причем немедленно.
— Чтобы пойти в гараж и спрятаться там с барсуком? — Он дразнил ее, но голос был резким.
Эш не попалась на эту удочку.
— Если мне так вздумается.
— А как насчет того, что вздумается мне?
Вот он, его низменный мотив. Она вздрогнула и тут же отругала себя. Ведь она знала, что все это волшебство лишь временно.
— Я знала, чего ты хочешь, — с жаром заявила она. — Ты моего леса не получишь. Можешь держать меня здесь хоть до утра, до прихода молочника, я буду повторять одно и то же.
Его глаза сверкнули в полутьме машины.
— Весьма соблазнительно, — пробормотал он. Покачал головой. — Ты никому не доверяешь, верно?
Эш фыркнула.
— Мы тут никого другого не обсуждаем. Уж не хочешь ли ты сказать, что я должна доверять тебе?
Он ответил не сразу. Потом сказал странным, тусклым голосом:
— Ты могла бы сделать и куда худший выбор.
Эш цеплялась за свой гнев, как за спасительную соломинку. Оправданный гнев, говорила она себе, если вспомнить закрытые дверцы машины.
— Вот это вряд ли.
На секунду его губы сжались. Она могла это заметить при свете луны, пробивающемся сквозь деревья. Ей даже вдруг показалось, что она сделала ему больно. Но тут же поняла, что это просто смешно. Скорее всего, он разозлился. Ну, у него нет права злиться на нее. Она никогда не притворялась. К ней вернулось чувство самоуважения.