Облачко

Медведева Алёна

И тут же со всех сторон послышались благодарные слова от остальных воинов моего отряда.

Я с недоумением уставилась на них: не знаю, что нас спасло, но это точно не мои усилия. Темный был гораздо сильнее! Не знаю, смог ли бы с ним справиться и мой отец… Признаться в этом, разрушив охватившие всех чувства облегчения и ликования, не решилась.

– Нас спасло провидение, не я… – только и смогла прошептать. И тут же опомнилась и, отчаянно желая покинуть это место, поторопила: – Возвращаемся! Я больше не чувствую засады. Надо скорее вернуться

к обозу и добираться домой.

Больше неприятностей по пути не было. Дома рассказала отцу о происшествии, умолчав лишь о странном эпизоде, предшествовавшем исчезновению скрытого под маской темного (мои воины, подавленные темной силой, смотрели в землю). А вот отец, услышав о маске, вздрогнул! И тщательно выпытывал у меня подробности внешнего вида этого Пожирателя и ощущения от воздействия его силы. И чем больше деталей я припоминала, тем сильнее он мрачнел.

Обожженную кожу смогла рассмотреть, только уединившись в своей спальне. С чувством затаенной надежды и страха разделась. Встав спиной к зеркалу, обернулась и бросила на собственное отражение взгляд через плечо. Увы… Собранные в пучок на голове непокорные волосы позволяли отчетливо увидеть на коже странный рисунок-татуировку. Длинной строчкой из затейливых знаков и незнакомых символов она тянулась над лопатками.

Несколько напряженных минут я, затаив дыхание, всматривалась в свое отражение, отчаянно надеясь, что это какой-то обман зрения. Но… надежда угасла быстро. Что означает эта надпись, я не представляла. И боялась сознаться кому-нибудь в ее появлении.

Глава 2

Прошел почти год с той памятной для меня встречи на лесной дороге с отрядом врага, когда в наш замок явился… посыльный от темных. Среди бела дня черный дракон с горящими глазами и пылающей огнем пастью спикировал с неба, приземлившись прямо во дворе. Охранная магия его не задержала и стража не успела отреагировать на такое шокирующе нахальное появление вестника.

Спрыгнувший с шеи чудовища укрытый плащом воин лишь на мгновение замешкался, чтобы тут же уверенно двинуться в направлении зала, где находился мой отец. Лично я наблюдала эту картину, высунувшись из окна спальни и готовясь ударить по чужаку магией – вдруг он не один?

Но не успела, замерев вместе со всеми от читающейся в каждом движении мужчины несокрушимой убежденности в своем праве находиться тут. А уже через несколько напряженных минут прибежала служанка, передав требование отца немедленно явиться в общий зал. Там обнаружились мои родители и… гость.

– Лиара! – вид отца был грозен, а тон неумолим. – Повернись!

Немедленно подчинившись, я повернулась к нему спиной. Ткань платья затрещала в мужских руках, заставив меня обреченно сжаться: я знала, что увидят сейчас родные. За год странная надпись нисколько не поблекла. Придерживая спереди лиф руками, с ужасом вслушивалась в повисшую позади гробовую тишину.

– Правитель светлых тоже уведомлен, – по голосу я поняла, что сказал это незнакомец. – Он

признал возможность заключения брачного союза.

Услышав последние слова, я обмерла от ужаса. Конечно, я всегда знала, что как благородной светлой леди мне в свое время предстоит выйти замуж по велению отца или Правителя (случались и союзы, заключаемые на государственном уровне), но чтобы за темного?!

– У меня есть право не согласиться с… пожеланием Правителя, – голос отца прозвучал безжизненно. И я понимала причины, побудившие его отказать. Уже с полгода как от моего брата перестали прилетать магические вестники. А сейчас родителя хотели лишить и меня.

Мама, стоявшая чуть поодаль, за спиной отца, громко всхлипнула и не сдержала судорожный стон.

– По нашим законам девушка принадлежит жениху уже с момента выбора. Но брачная церемония возможна лишь после наступления двадцати лет, – вестник всем своим видом выражал абсолютное спокойствие. – Не отдадите добровольно…

Темный красноречиво развел руками: заберем сами. После его сегодняшнего демонстративного и дерзкого появления сомнений в успешности этой авантюры не возникало.

Отец гневно засопел, явно испытывая страстное желание придушить наглеца.

– Зачем Пожирателю в жены светлая волшебница?! – в итоге, не сдержавшись, зашипел он. – Выпить ее душу?! И вы считаете, я на это пойду? Никогда! Являйтесь – мы будем защищаться!

Темный, как мне показалось с укоризной, качнул головой, отвергая негодование моего отца.

– Он ее в жены выбрал, а не в плен утащил как добычу. Значит, так решил! Это большая честь для вас. (Родителя при этих словах перекосило). И выпить ее душу он уж точно не сможет – обряд свяжет их души воедино. Будет беречь и защищать.

– Верить обещаниям темных?! – отец был непреклонен. – Доверить им единственную дочь?! Вы меня кем считаете? Трусом?!

– Предвидя вашу реакцию, – спокойно, словно не стоял в одиночестве в твердыне заклятых врагов напротив едва сдерживающегося сильного мага, добавил темный, – меня просили передать семье невесты брачный дар от жениха.

Вынув из недр плаща неприметный сверток, вестник швырнул его на стол. Отец лишь протянул в его направлении ладонь и вздрогнул. Мама, не стерпев, кинулась к нему. Развернув мешковину, увидела… родовой меч и кинжал, принадлежащие моему брату.

– О нет… – выдохнула она.

Продолжая стоять неподвижно, уставившись на темного и сжимая руками разорванный лиф платья, я с трудом озвучила вопрос:

– Мой брат жив?

Язык слушался плохо, слишком много потрясений для одного дня.

– Да, госпожа, – на удивление, отвечая, темный поклонился мне, выражая почтение. И, переведя взгляд на хозяина замка, уже совершенно бесстрастным тоном сообщил: – Возможен обмен – брат на сестру.

– Тогда мы согласны! – опередив отца, я кивнула вестнику. Вернуть брата и предотвратить нападение на наш дом было важнее, чем сохранить мне жизнь. Словам темного про единение душ я тоже не поверила.