Обитель страха
Шрифт:
Арабелла была уверена, что мисс Харрисон, как, впрочем, и большинство окружающих, придет в ужас от одной только мысли, что она купалась в общественном месте, пусть даже в таком, где ее никто не мог видеть. Мать Арабеллы слишком часто выражала общепринятую точку зрения по этому вопросу.
"Девочке не пристало купаться у всех на виду, словно мальчику или мужчине, – говорила она. – Вряд ли кто-нибудь одобрит такое поведение".
"А никто и не узнает, – отвечал отец. – Если, конечно, ты не расскажешь".
"Подозревать
И сейчас Арабелла, зная, что рядом с ней только Бьюла, которая полностью на ее стороне, вошла в воду. Ощущение прохлады на обнаженном теле явилось как потрясение, но это было потрясение от восторга. Она поплыла через озеро, а потом назад к девочке, не сводившей с нее взгляда широко распахнутых глаз.
– Смотри, Бьюла, сейчас я стану дельфином!
Арабелла кувыркалась в воде, погружалась в прохладную глубину и, стряхивая волосы с глаз, появлялась на поверхности.
– Еще! Еще! – заливаясь хохотом, кричала Бьюла.
– Знаешь, что я сейчас сделаю? – сказала Арабелла. – Видишь вот эту скалу? Я заберусь на ее вершину и нырну оттуда в озеро.
– Нырнешь? – с любопытством переспросила девочка. Слушая Арабеллу, она узнавала множество новых слов.
– Да, нырну, как птичка. Я брошусь вниз, как ласточка, когда она хочет пить. Смотри, Бьюла!
Девушка побежала к скале. Пробивавшийся сквозь деревья солнечный свет бросал загадочные тени на ее белоснежную кожу. Поверхность скалы, этого векового памятника вулканической эры, часовым стоящего у озера, была ровной и скользкой, поэтому взбираться по ней было нелегко. Но вот все позади, и Арабелла вытянулась во весь рост на вершине, глядя вниз на Бьюлу.
– Нырять… нырять!
– Смотри, Бьюла! Я ласточка! – закричала Арабелла, широко, словно крылья, раскидывая руки. Внезапно ее внимание привлек какой-то звук, и она с ужасом увидела на другом берегу озера звенящую уздечкой лошадь.
Теперь, уже одетая в казавшееся холодным и влажным платье, она, опустившись на колени перед Бьюлой, надевала ей чулки и туфли.
– Бьюла… плескаться! – сердито требовала девочка.
– На сегодня достаточно. Послушай, Бьюла, не говори никому, что ты болтала ножками в воде, а я купалась. Это секрет. Секрет!
Маленькие глазки девочки вспыхнули: это слово ей было понятно.
– Бьюла знает два секрета, – продолжала Арабелла. – Помни, никому нельзя говорить, что мы с тобой делали.
– Бьюла знает… секрет, – нараспев повторила Бьюла, и девушке оставалось только надеяться, что она все поняла.
Арабелла надела на мокрую голову шляпу. Конечно, волосы не мешало бы чем-нибудь вытереть, сейчас же она их просто хорошенько отжала, благо после ее болезни они были не такими длинными. Потом, в замке, она высушит их как следует, пока мисс Харрисон будет почивать
– Прошу вас, едем домой! – прокричала девушка глухому кучеру. Да он и сам собирался возвращаться, о чем ясно говорила развернутая повозка.
Обратный путь оказался гораздо короче, и очень скоро повозка уже стояла у парадного крыльца замка. У Арабеллы вырвался вздох облегчения: фаэтона нигде не было видно, скорее всего, по Меридейл-парку проезжал какой-нибудь сквайр из поместья по соседству.
Только на миг там, на озере, ей стало страшно оттого, что джентльмен, так внимательно смотревший на нее с другого берега, мог быть маркизом Меридейлом. Но уже в следующее мгновение подобная мысль показалась ей нелепой: если бы маркиз собирался домой, он непременно известил бы об этом, и сейчас бы в замке все сбивались с ног, готовясь к его приезду.
Сейчас, когда чувство тревоги покинуло ее, Арабелла, ощущая на плечах влажные волосы, уже сожалела, что одевалась в такой спешке. Впрочем, изменить ничего было нельзя, поэтому она просто поблагодарила кучера и заставила Бьюлу сделать то же самое.
– Спасибо, – с подсказки Арабеллы почти гордо сказала девочка.
Старик покрутил свой чуб.
– С превеликим нашим удовольствием, миледи. Рад был нам услужить, – сказал он и поехал по направлению к конюшне.
Парадная дверь была открыта, но их никто не встречал. Арабелле пришлось подхватить Бьюлу на руки и самой внести в замок. Бросив прощальный взгляд на парк, она внезапно почувствовала страстное нежелание покидать залитую солнечным светом улицу.
И в этот миг на главной аллее парка появился фаэтон. Его желтые колеса сверкали, на украшенных серебром уздечках бежавших рысью гнедых лошадей играло солнце.
Арабелла с Бьюлой на руках прошла через зал и заспешила вверх по парадной лестнице.
– Вот вы где, мисс! – донесся до нее голос Розы, появившейся на пороге одной из спален второго этажа. – А я жду не дождусь вас. Ой, вы не должны таскать ее светлость по лестнице. Где этот Джордж, хотела бы я знать?
– Кажется, нигде поблизости его нет, – ответила Арабелла. – Отнесите, пожалуйста, леди Бьюлу к мисс Харрисон: я хочу пройти к себе.
– Конечно, мисс. Пойдемте, ваша светлость. Вы хорошо покатались? Куда вы ездили?
Во взгляде Бьюлы появилась хитринка.
– Секрет. Бьюла… не выдает… секрет.
– А я, стало быть, не должна спрашивать, верно? – задала вопрос Роза, поднимаясь с Бьюлой на следующий этаж.
Голоса их звучали все глуше и глуше, но Арабелла не торопилась в свою комнату: желание узнать, подъедет ли фаэтон к парадному крыльцу, удерживало ее на месте.
Мгновение спустя колеса застучали по гравию и лошади остановились. Перед глазами девушки мелькнуло розовое дорожное платье и изящная шляпка сидевшей рядом с возницей дамы, бросившийся к лошадям грум в цилиндре с гербом и темно-красной ливрее.