«обхсс–82»
Шрифт:
Закрылся в кабинке, оценил запах и комфорт старого плацкартного толчка, сделал все дела, заодно посмотрел в зеркало.
Ну! Все нормально! Соколов! Заботливая «белочка», знакомую физиономию выбрала. Возмужавший, гладковыбритый, по гражданке. Лицо стало прям реально больше. Крепкое такое, брутальное. Пухлых щек, как не бывало. Морщины появились немного. Попробовал свое плечо. Мммм… Нормально. Хорошая «белочка». Вот я теперь какой. Мужик.
Не, ну а что? Других вариантов не вижу. Выяснилось же. Ни в каком прошлом я не был. Валялся в провинциальной больнице. Рядом сидели мужики, каждый
Исаев, который отец Василий…Да, кстати. Вот этот момент был странный. Когда батюшка пришёл в больницу меня проведать и представился, мол, так и так, здравствуй, сын мой, я — отец Василий, на автомате, удивившись, спросил, а почему не Олег. Тут он выпал в осадок. Потому что, по идее, его имени до крещения, которое Исаев принял уже взрослым, знать я никак не должен.
— Мы встречались раньше? Знакомы? — Принялся он меня пытать. — Олегом звали до двадцати двух лет. Потом, после таинства Крещения, стал я Василием. Но ты, Станислав, откуда это знаешь?
У меня, если честно, было огромное желание сказать ему, да, встречались. В моем личном бреду. Но состояние на тот момент было такое, что не стал ничего отвечать. Плечами пожал и все. В принципе, мало ли. Может, как-нибудь в процессе моего спасения, когда этот пожилой человек, тащил меня, дебила, из машины, которая не просто вылетела с дороги, но еще и перевернулась несколько раз, он вслух говорил свое прежнее имя. Бред, конечно, но выяснять это не было никакого желания. А то реально велик шанс чокнуться. Нашлось логичное обьяснение, и прекрасно. Спать спокойнее буду.
Решил, все. Приснилось и приснилось. Нечего об этом заморачиваться. Лучше пусть останется версия, что мне армия померещилась в бреду, чем думать, будто я псих, который в разные тела и разное время перемещается. Поэтому быстренько разговор с батюшкой замял. За помощь поблагодарил. Если бы не он, могло как-то печально все выйти. За аварию извинился. Если бы не я, а точнее, моя пьяная дурь, вообще ничего бы не было. Пообещал больше за руль в таком виде не садиться. Да и вообще, подумать о жизни праведной.
А вот теперь, снова — здорова. Смотрит на меня из зеркала Соколов. Я подмигнул своему отражению. Вот будет номер, если отражение мне не подмигнет. Но Соколов в зеркале, слава богу, жест повторил.
В туалет начал кто-то ломиться, дергая дверь с такой силой, будто все, конец пришел.
Я повернул замок и вышел.
— Соколов, мляха муха, мылся ты там, что ли… Чуть не обоссался.
Один из дембелей, сонный и помятый, переминался с ноги на ногу. Он быстро проскользнул внутрь освободившегося помещения и закрыл дверь.
Я постоял, подумал. Интересная, однако, «белочка». Снова все очень похоже на реальность. А что, если…
Однако, тут же отогнал эти дебильные мысли. Нет, не «если». Сейчас меня там, в реальности откапают, в порядок приведут, и все станет хорошо. Побыстрее бы. Работать надо.
Я тряхнул головой, на всякий случай, вдруг мозги встанут на место, и пошел к своему месту.
Исаев и второй дембель тоже проснулись.
Вот,
Вот только с каждой минутой ощущение, что «белочка» на «белочку» не сильно похожа, становилось все крепче. В конце концов, я не выдержал.
— Исаев…Нук пойдём со мной. Покурим…
Я поднялся на ноги и направился к тамбуру.
Олег весьма резво двинулся следом. Похоже, желание поговорить было обоюдным.
Как только оказались вдвоем, он тут же хлопнул меня по плечу.
— Стас, е-мое, что за хрень происходит?
Исаев вытащил пачку сигарет, протянул мне. Мы закурили. Я соображал попутно, как бы сказать блаженному Олегу, что ситуация странная. Либо я — псих и он мой глюк. Либо…. Не знаю я, что еще тут может быть «либо».
— Так, Исаев, расскажи, неверное, мне все.
Выбрал самый оптимальный вариант. Пусть он говорит, а я послушаю.
— О…Ну, как все? Блин…Ладно. Дела у меня нормальные. Отец ждет домой. Вот планирую…
— Олег. — Я перебил Исаева, который явно мои слова понял слишком буквально. — Ты не обижайся, но сейчас вообще плевать, как у тебя дела, потому что у меня они хреновые. Расскажи все про нашу службу. Про то, что было.
Исаев подавился дымом и закашлялся. Пришлось несколько раз стукнуть его по спине. Не знаю, правда, зачем. Мало помогает. Наверное, рефлекс.
— Стас, что за ерунда? У тебя опять та же проблема? — Спросил он, как только восстановил дыхание.
— Опа! А вот это интересно…Какая проблема? Давай по делу.
Исаев вздохнул и рассказал. По делу. Дело выходило охренеть, какое интересное.
— Ну ты чего? После случая на полигоне, ты же вроде память потерял. Не совсем, конечно, не полностью, но с первого дня службы ничего не помнил. Я тебе в очень кратком варианте все события рассказывал и мы с тобой учебку, устав и все, что надо знать солдату, за несколько дней срочно прошли. Решили правду до конца не говорить. Ты в санчасти лежал две недели. За счет этого повезло. Физически то все нормально было. Просто поднатаскать тебя кое в чем пришлось. А остальные так и думали, просто немного подзабыл. Тут помню, тут не помню. Поэтому на некоторые моменты первое время глаза закрывали. Но ты очень упорно занялся этим. Вот и получилось все.
— Таааак… Ладно. Еще вопрос. Расскажи, с самого начала. Как все было. С первого дня прям. Понял? Проверить кое-что хочу. — Я анализировал то, что говорил Исаев, пытаясь выстроить это хоть в какую-то удобоваримую картину.
— Ну, как. Нас с пересыльных разных привезли. Потом учебка …
— Подожди. На пересыльном ты знал куда поедешь? — Перебил я Исаева. Просто данный момент был принципиален.
— Е-мое. Нет конечно. Не знали мы ничего. Ты уже мне этот вопрос задавал. Не знали, форму не выдавали. Вспомни. Говорили уже об этом.