Обезьянка

Дорогов Геннадий

Эмма позвонила в пятницу вечером.

– Боря, какие у тебя планы на завтра? – спросила она.

– Хочу к дочурке наведаться, – он попытался произнести это безразличным тоном.

– У меня к тебе просьба: отложи поездку. Ты мне будешь очень нужен завтра.

– Что за необходимость? Тебя не было почти всю неделю.

– Боренька, я потом всё объясню. А пока обещай мне, что завтра вечером будешь дома. Разве ты не соскучился по мне? – спросила она полушепотом с той волнующей хрипотцой, от которой у Бориса всегда захватывало дух.

Эмма появилась у него на следующий

день в шестом часу вечера. Открыв дверь, Борис не сразу узнал её. Перед ним стояла блондинка с длинными пышными волосами в красивом брючном костюме изумрудного цвета. Макияж и накладные ресницы завершали общую картину, создавая впечатление, что перед вами совершенно незнакомая – роскошная женщина. Борис впустил гостью в квартиру, с удивлением разглядывая её. Но не только внешний вид делал её трудно узнаваемой. Вопреки своему обыкновению Эмма щебетала словно птичка. Даже голос у неё стал какой-то высокий и звонкий.

– Собирайся, милый. У нас мало времени, – торопила она Бориса.

– Да объясни же, наконец, что случилось?

– Одна солидная фирма отмечает в ресторане юбилей. Скоро начнётся банкет. Нам надо спешить.

– Ты работаешь в этой фирме?

– Нет. Но там, кроме работников, будут приглашённые. У меня есть два входных билета.

– А нам обязательно надо быть там?

– Для меня это важно. И, пожалуйста, оставь вопросы на «потом». Мы можем опоздать.

Когда Борис был готов, Эмма внимательно оглядела его.

– Пожалуйста, милый, не возражай, но я хочу немного преобразить твою внешность.

Она извлекла из своей дамской сумки тёмный парик и накладные усы.

– Эмма, что еще за глупости? – Борис упрямо замотал головой. – Не делай из меня шута.

– Шута из тебя никто не делает. Ты ведь ещё даже не знаешь, как будешь выглядеть, а уже шумишь. Давай сделаем маленькую пробу. Посмотришь на себя в зеркало, оценишь свой новый вид, а потом уже будем решать, как лучше.

Борис уступил. Закончив с этим делом, Эмма удовлетворенно посмотрела на него.

– Какой красавчик! Просто вылитый Михаил Боярский! Тебе определенно идут усы, подумай над этим.

Борис подошёл к зеркалу. Пожалуй, она права, выглядел он намного лучше.

– Ладно, – махнул он рукой. – Пусть опять будет по-твоему. Ты из меня верёвки вьёшь.

Народу в ресторане было много. Фирма представляла собой крупную сеть магазинов. Борис и Эмма легко растворились в этой большой шумной толпе. Банкет начался традиционно. Сначала прозвучали торжественные речи «за процветание», потом началось шумное застолье, перемежаемое танцами. Примерно через час-полтора веселье вступило в ту стадию, когда пиджаки и галстуки становятся помехой для своих владельцев. Юбиляры резвились на полную катушку, уже мало заботясь о внешней стороне приличий. Во время одного из танцев несколько пар постепенно объединились, образуя большой круг. Главу фирмы вытеснили в центр этого круга. Две хорошенькие девушки буквально висли на нём. В хоровод вливались всё новые пары. Кольцо стало сжиматься и вскоре превратилось в весёлую свалку.

Эмма с Борисом танцевали рядом. В какой-то момент

она повернулась так, что Борис оказался спиной к этой куче народа. Левой рукой Эмма крепко обняла его за шею, прижалась к нему щекой. Её правая рука скользнула куда-то вниз. Потом что-то произошло. Кажется, был хлопок. Конечно, никакого хлопка Борис не слышал – было слишком шумно, но он словно почувствовал его.

Вдруг Эмма зашептала ему на ухо:

– Здесь так душно! У меня кружится голова. Давай уйдем отсюда.

Не дожидаясь ответа, она повернулась и пошла к выходу. Борису не оставалось ничего другого, как пойти следом за ней. Когда вышли из ресторана, Эмма взяла его за руку и торопливо повлекла за собой в тёмный двор.

– Не отставай, милый, у нас мало времени.

– Да что произошло, чёрт возьми?

– Потом, Боренька, всё потом. А сейчас нам надо спешить.

Вслед за ней он вошёл в подъезд ближайшего дома. Эмма достала из дамской сумки полиэтиленовый пакет. В него она уложила свой парик, ресницы и изумрудного цвета пиджак. Та же участь постигла парик и накладные усы Бориса, которого все эти действия дамы стали всерьёз беспокоить. Они покинули подъезд и, пройдя через двор, вышли на противоположную улицу. Пакет с вещами Эмма выбросила в мусорный контейнер.

Вскоре им подвернулось такси. Эмма сказала водителю, куда ехать, и машина тронулась в путь. Когда подъехали к перекрестку, где-то рядом послышался вой сирены. Мимо них на большой скорости одна за другой промчались две милицейские машины и почти вслед за ними – неотложка. Пожилой таксист сокрушённо качнул головой и сердито проворчал:

– Опять кого-то грохнули. Ну и жизнь пошла, бляха-муха!

Остальной путь ехали молча. Борис сильно нервничал, чувствуя в душе неясную тревогу. Время от времени он поглядывал на свою спутницу, пытаясь что-нибудь понять по её лицу. Но Эмма с невозмутимым видом жевала свою чёртову резинку. За квартал от дома, где жил Борис, она попросила водителя остановить машину.

Когда такси отъехало, Борис шагнул к ней.

– Эмма!..

– Не провожай меня, – сказала она.

– Объясни, что произошло.

– Завтра всё узнаешь. Обязательно дождись меня. Никуда не ходи и не делай глупости.

Этой ночью Борис долго не мог уснуть. Только ближе к утру сон одолел его. Проспав почти до двенадцати часов дня, он поднялся с тяжелой головой. Настроение было отвратительным, делать ничего не хотелось. Чтобы как-то отвлечься от тревожных мыслей, Борис коротал время у телевизора, переключаясь с одного канала на другой.

Информация, прозвучавшая в местных новостях, заставила его вздрогнуть и замереть на месте. Девушка-диктор сообщила, что вчера вечером в ресторане был застрелен владелец крупной сети магазинов города. Она назвала ресторан, в котором вчера провели время Борис с Эммой. Смутные подозрения Бориса приобрели чёткие зловещие очертания.

Эмма пришла ближе к вечеру. Едва она вошла в комнату, Борис подошёл к ней вплотную.

– Я знаю, что вчера произошло, – сказал он угрюмо.

Эмма вынула из сумочки пачку пятидесятирублевых купюр и бросила её на журнальный столик.