Обещай помнить
Шрифт:
Я вытягиваю шею и нажимаю на кнопку переключения передач, останавливая машину, но продолжая движение. Звук царапает моё горло, издавая почти урчащий звук, когда я с усилием и небрежностью выдыхаю его из лёгких. Повинуясь импульсу, я нажимаю на педаль газа спортивного автомобиля, и рёв двигателя эхом отражается от стен и панелей вокруг меня, наполняя мои вены адреналином и ощущением контроля, в котором я так нуждался. К сожалению, это длится недолго. Ровно столько времени, сколько нужно, чтобы жужжание стихло, как будто его никогда и не было.
Прошёл почти месяц с момента моего
Я уже собирался выйти из машины, когда на соседнем месте припарковался «Порше», и мои брови непроизвольно приподнялись от удивления.
Это был Porsche Taycan – электрический, с задним приводом и мощностью триста двадцать четыре лошадиные силы. Он разгоняется с места до сотни всего за 5,4 секунды, и я не мог отвести взгляд от красного кузова, восхищаясь каждой деталью: контурами, фарами и даже колёсами.
Я был так загипнотизирован машиной, что едва заметил, как открылась дверь. Если машина заставила меня забыть о том, что я собирался сделать, то женщина, вышедшая из неё, превзошла все мои ожидания. Она заставила меня забыть обо всём, кроме необходимости покинуть машину, потому что в этом мире не было ни единого шанса, чтобы я не рассматривал её.
Длинные ноги женщины были скрыты под белой юбкой-карандашом, которая элегантно подчёркивала каждый изгиб от талии до икры, идеально сочетаясь с костюмом того же цвета. Её светлокожее лицо обрамляли тёмные волосы, доходившие до плеч. Они были распущены и украшены чёлкой на уровне бровей. Нос был маленьким и вздёрнутым, губы едва очерчены, а глаза скрыты от меня за квадратными солнечными очками.
Я открываю водительскую дверь, и звук привлекает внимание женщины, как он привлёк бы внимание любого другого человека. Наши взгляды встречаются, когда я выпрямляюсь, опираясь на крышу своего автомобиля. На мгновение женщина словно замирает, словно чего-то ждёт от меня. Однако всё происходит так быстро, что я хмурюсь, гадая, не показалось ли мне это, и прихожу к выводу, что, вероятно, так и есть.
— Хорошая машина, — делаю я комплимент, и она слегка улыбается.
Губы, которые раньше были слишком плотно сжаты, чтобы я мог их описать, теперь полностью раскрываются, и я беззастенчиво восхищаюсь ими. Конечно, её рот словно создан для греха. Не знаю, откуда у меня эта уверенность, но любой другой вариант кажется неподходящим для женщины, стоящей передо мной, хотя всё, что я о ней знаю – это то, что у неё отличный вкус в автомобилях.
И я это знаю, потому что улыбка, которую она дарит мне в ответ на мой комплимент, не просто лёгкая, она полна высокомерия и словно говорит: «Я знаю», хотя я ещё не имел удовольствия слышать её голос. Брюнетка слегка наклоняет голову, рассматривая мою машину, прежде чем ответить.
— Твоя тоже неплоха, — говорит она, слегка прикусывая нижнюю губу. — Ferrari V8? Она — восхищённо кивает. — Классический.
— Тогда моё бедное сердце не выдержит, оно будет вынуждено влюбиться, — улыбаюсь ей своей натренированной улыбкой, перед которой, как я знаю, ни одна женщина не устоит. Или, по крайней мере, не смогла бы устоять, потому что в ответ на мою улыбку снова появляется высокомерная улыбка, предшествующая словам.
— Я думаю, мне лучше уйти. В конце концов, мы же не хотим, чтобы это произошло, не так ли?
— Ух ты! А теперь ты разбиваешь мне сердце.
— Ты поправишься.
— Поправляюсь? — Я кривлю губы в улыбке, которая обычно сводит женщин с ума. Но, к моему удивлению и одновременно с этим странному удовлетворению, незнакомый ценитель автомобилей не реагирует на это, лишь очаровательно смеясь. Мне так хочется увидеть её глаза. Какого они цвета? И сколько из её мыслей они выдают? Все? Ничего? Их скрытую версию? Судя по её губам, я бы выбрал последний вариант. — Я не так уверен в этом.
— Что ж, прими мои самые искренние пожелания.
— А что, если я хочу обратного? — Я говорю прямо и вижу, как на её милом личике появляется странное удивление.
— Поверь мне, ты этого не хочешь.
— Если ты собираешься говорить мне, чего я хочу, а чего нет, то сначала хотя бы пригласи меня на ужин. К счастью для тебя, я сегодня свободен. — Она разражается смехом, и это меня подбадривает. — Ну же? — Настаиваю я, и женщина слегка наклоняет голову, обращая на меня все своё внимание. Улыбка не сходит с её соблазнительных губ. — У тебя есть все преимущества. Позволь мне хотя бы взглянуть в твои глаза? Давай уравновесим шансы.
— Преимущество? Я просто парковала свою машину.
Я цокаю языком.
— Ты украла моё сердце, потом разбила его, а теперь думаешь, что я смогу с этим смириться. Минимум, что ты мне должна, это позволить мне видеть твоё лицо свободным и ясным. Мне нужна чёткая мысленная картина на будущее, когда я буду страдать от любви в компании своей лучшей бутылки бурбона.
— Если ты так обращаешься с незнакомыми женщинами, которые попадаются тебе на пути на парковке, я сильно сомневаюсь, что бутылка виски будет твоей единственной компанией сегодня вечером.
— Я никогда не говорил, что она будет единственной.
— Идиот, — обвиняет она, но в её тоне, вопреки смыслу этого слова, слышится одобрение.
— Видишь? Ты продолжаешь это делать, снова и снова! Думаю, я мог бы сделать тебе предложение прямо сейчас. — Она запрокидывает голову и счастливо смеётся, прежде чем бросить на меня взгляд, который, как я могу только догадываться, выражает уважение, потому что она снимает очки. Её рука решительно тянется к оправе аксессуара, и я тут же задаюсь вопросом, всё ли она делает с таким же самообладанием и решимостью, или же она из тех, кто полностью контролирует свою жизнь, но любит подчиняться в постели.