Обещай помнить
Шрифт:
Я с подозрением смотрю на неё, но решаю отложить этот разговор на потом. Мы сможем пообщаться более открыто, когда между нами не будет этого непроницаемого барьера. Ещё раз поклонившись, я разворачиваюсь, готовый вернуться в офис с широкой улыбкой на лице. И уже предвкушаю, как буду рассказывать ожидающим меня друзьям о том, что только что произошло.
5
ДЖУЛИЯ
Холодный ветер из кондиционера слегка обжигает мою обнажённую и вспотевшую кожу, когда я выбираюсь из-под простыней. Но лежать на полу, покрытом темно-синим и белым полосатым ковром, одно удовольствие. Моё
Огромные окна позволяют увидеть зелень штор, которые словно выделяют этот номер в самом сердце города, известного во всем мире как каменные джунгли. Интерьер также примечателен, и не раз, когда я бывала здесь, я терялась, глядя на него и думая о том, как много мне пришлось бороться за право наслаждаться им. Ведь простое изменение в моём детстве могло бы сделать этот номер самым дорогим в Бразилии и превратить его в мой парк развлечений.
Я провожу руками по своим распущенным волосам, откидываю их назад и, скрутив, завязываю узел на макушке. Тихо чертыхаясь, я вынуждена ступить босыми ногами на холодный черный мраморный пол.
— Ты не собираешься пригласить меня? — Вопрос задан достаточно громко, чтобы я услышала его даже на таком расстоянии, и я не могу сдержать улыбку.
— Ты же знаешь, что тебе не нужно приглашение, — так же громко отвечаю я, улыбаясь, когда захожу в душевую кабину и оставляю дверь открытой.
Под мощными струями душа я не замечаю, как шелестят простыни, когда Томас встаёт. Но меньше, чем через минуту он уже стоит в дверях ванной и наблюдает, как вода стекает по моей коже.
Его высокое и мускулистое тело, полностью обнажённое, покрыто тонким слоем пота. Даже в расслабленном состоянии его член внушителен, а узкие голубые глаза на безбородом лице с полными розовыми губами дают мне представление о том, какие слова я сейчас услышу.
— Я не могу поверить, что больше не смогу видеть тебя.
— Насколько я помню, я разрешила тебе сделать несколько снимков. — Я поджимаю губы, и Томас улыбается, направляясь ко мне. Он снова останавливается, словно действительно запечатлевает в памяти вид моего тела под водой.
— Эти фотографии были твоим способом извиниться за то, что ты отвергла меня. — Это заставляет меня смеяться.
— Я не должна извиняться за это. Это был подарок. — Просто отвечаю я, и его улыбка становится шире.
— Мне будет этого не хватать. — Тихо говорит он, наконец-то делая шаг в душ. Его руки почти сразу же обхватывают меня, и я поднимаю голову, чтобы встретиться с ним взглядом, когда обвиваю руками его шею.
— Моей восхитительной личности?
— Твоего характера. — Поправляет он, и мы смеёмся вместе. — Ты должна позвонить мне, когда поедешь в Австралию.
— Ты был единственной причиной, по которой я летала в Австралию, Томас.
— Мы могли бы продолжать так и дальше. Я бы отправлял самолёт, и агентству не нужно было бы ничего знать. Я бы платил тебе напрямую. Я удвою текущую сумму. — Он предлагает одно за другим, а я провожу рукой по его щеке и медленно глажу её.
Прикосновения Томаса больше не ограничиваются моей талией. Его руки медленно скользят по моим ягодицам, прежде чем сжать их, а затем медленно и чувственно прокладывают путь вдоль моей спины.
— Нет, — отвечаю я, не объясняя причины и не говоря, насколько возмутительно предложение действовать за спиной агентства. Я не обязана, и в этом нет необходимости.
— Тогда мне лучше насладиться этим прощанием, не так ли?
— Ты действительно умный мужчина, — шепчу я, вставая на цыпочки и приближая свои губы к его губам всего на несколько миллиметров. Я облизываю свои влажные губы, и мой язык нежно касается его. Его прикосновения к моему телу становятся
— Очень умный, — повторяю я за мгновение до того, как его губы накрывают мои.
***
Я отрываю взгляд от экрана своего iPad, который лежит на обеденном столе, и, повернув голову слева направо, чувствую, как груз часов, проведённых за этим занятием, давит на мои плечи. Я провожу пальцем по стеклу очков для чтения и тру глаза, а другой рукой инстинктивно массирую шею. Возможно, пришло время сделать перерыв.
Я отодвигаю стул, и звук моих ног, скользящих по кафелю в квартире, кажется мне раздражающим. Определённо, мне нужно отдохнуть. Поднявшись, я поворачиваю голову и двигаю плечами, стараясь немного расслабить напряжённые мышцы. Но мой разум по-прежнему сосредоточен на той же информации, в которой я тонула всего пять минут назад.
Телефон подпрыгивает на стеклянной крышке стола, и я поднимаю взгляд, только чтобы увидеть ещё одно сообщение в группе для девочек. На самом деле, это ещё одна угроза. И ещё одно, которое я собираюсь проигнорировать.
Возможно, я провела последние сорок восемь часов, погруженная в изучение всех документов, которые я получила от Braga Participacoes S.A. после подписания всех необходимых контрактов и соглашений, включая соглашение о конфиденциальности. То, что начиналось как подготовка к работе, превратилось в настоящую одержимость после первых шести часов, которые я провела, изучая графики, конфиденциальную информацию и краткосрочные и среднесрочные планы расширения. Возможно, мои подруги правы, беспокоясь и угрожая выломать дверь моей квартиры, если я не появлюсь в ближайшие шесть часов. Но я просто не могу остановиться.
Это как будто я снова оказался в университете, где мой любимый предмет был посвящён анализу истории бизнеса компаний за последние десять лет. Хотя я прекрасно понимаю, какой компании принадлежат все записи, которые сейчас находятся у меня, я просто не могу остановиться. И, честно говоря, изучение этой информации не причинит мне никакого вреда. Ещё никто не умирал от того, что плохо спал и питался в течение двух дней или недели. Я, конечно, не умру, и, видит Бог, в своей жизни я попадала в гораздо более опасные ситуации, чем эта.
К тому же, знания – это оружие, которое, как я подозреваю, мне понадобится. Эурико Брага, как любезно хотела напомнить мне Кристина, — недалёкий человек, или мудак, как она его назвала. Генеральный директор «Браги» – женоненавистник, расист, мелочный и недальновидный. Удивительно, что он до сих пор не арестован, ведь бразильское правосудие предпочитает искать виновных в других местах, когда преступление совершается теми, у кого набиты карманы.
На самом деле, я до сих пор не совсем понимаю, почему выбрали меня, а не одного из многих мужчин, которые, я уверена, также претендовали на должность операционного директора. У этого человека, вероятно, есть скрытые мотивы для найма меня, и я просто надеюсь, что они связаны с рекламой, а не с какими-то сексуальными соображениями. Я бы, наверное, умерла от отвращения, если бы мне предложили пройти тест на диване с таким мужчиной. Да, я не идеальна, но я не выбирала себе такую жизнь. Эурико неоднократно высказывал своё убеждение в превосходстве мужского интеллекта. Он также утверждал, что женщины должны получать меньше, потому что им нужен отпуск по беременности и родам, у них менструации, и поэтому они менее продуктивны. Однако, моё внимание привлекло его предложение о восстановлении исторических памятников. Он считал, что если чернокожие хотят получить историческую компенсацию, то правительство должно обеспечить их обратными билетами в Африку.