Обещай мне
Шрифт:
— Теперь касается.
Майрон сделал паузу и спросил:
— Ты не забыл добавить «хмырь» и сказать: «Теперь касается, хмырь»?
По толпе снова прокатился шумок.
— Эй, мистер, возьмите ноги в руки и бегите! С Молотом так не шутят.
Майрон перевел взгляд на Рэнди.
— Нам надо поговорить сейчас. Пока никто не пострадал и дело не зашло слишком далеко.
Молот улыбнулся и шагнул вперед.
— Оно уже зашло слишком далеко.
Майрон не хотел разбираться с парнем в присутствии родителей. Это могло
— Мне не нужны проблемы, — сказал он.
— Ты уже их заработал, хмырь.
Одобрительные крики. Молот скрестил на груди массивные руки. Это было глупо. Майрону нужно было разобраться с этим, как можно скорее, пока родители ничего не замечали. Но друзья Молота стояли вокруг и ждали продолжения. Молот был самым крутым в их компании и не мог себе позволить отступить.
Скрестить руки на груди. Как картинно! И глупо!
Майрон атаковал приемом, который отлично срабатывал, если нужно вырубить противника быстро и эффективно. Его рука начала движение снизу — оттуда, где ее положение было естественным. Не нужно сгибать запястье, сжимать кулак, отводить руку назад и размахиваться. Самым коротким расстоянием между двумя точками является прямая линия, и забывать об этом никогда нельзя. Используя естественную скорость руки и элемент неожиданности, Майрон выбросил ладонь вверх и нанес удар в горло.
Удар был не сильным. Майрон стукнул ребром ладони в конкретное место. На человеческом теле есть несколько точек, которые особенно болезненны. Получив удар в горло, противник ощущает резкую боль. У него сбивается дыхание, он жадно хватает воздух открытым ртом и больше ни о чем не может думать. Но наносить удар надо с умом. Если ударить слишком сильно, то можно нанести серьезную травму. Удар Майрона был молниеносным, как выпад кобры.
Глаза у Молота закатились, а в горле застрял хрип. Следующим движением Майрона была подсечка, и Молот рухнул на землю. Майрон тут же зажал шею Рэнди в замок и потащил его в сторону. Тех, кто посмел шевельнуться, он остановил красноречивым взглядом, продолжая тащить Рэнди.
— Отпустите меня! — взмолился тот.
Но Майрону было не до сантиментов. Рэнди уже исполнилось восемнадцать, значит, он был совершеннолетним, верно? Никаких причин делать поблажки из-за молодости. Он затащил его за гараж за два дома дальше по улице и только там отпустил. Рэнди тут же стал массировать себе шею.
— Да что, черт возьми, вам от меня нужно?
— Эйми попала в беду, Рэнди.
— Она просто сбежала! Все так говорят! С ней сегодня даже общались по сети.
— Почему вы расстались?
— Что?
— Я спросил…
— Я слышал. — Рэнди немного подумал и пожал плечами. — Просто пришло время. Мы оба разъезжаемся по своим колледжам. Пришло время расстаться.
— На прошлой неделе вы вместе ходили на школьный бал.
— Да, и что из этого? Мы готовились к нему весь год. Смокинг, платье, арендовали с друзьями
— Почему вы расстались, Рэнди?
— Я же только что объяснил.
— Эйми узнала, что ты торговал наркотиками?
Тут Рэнди улыбнулся. Он был красивым парнем с обаятельной улыбкой.
— Вы говорите так, будто я болтаюсь в Гарлеме и сажаю детей на героин.
— Я бы поспорил с тобой об этом, Рэнди, но сейчас у меня мало времени.
— Конечно, Эйми знала об этом. И пару раз сама принимала участие. Все очень невинно. Я снабжал только нескольких друзей.
— И Кэти Рочестер входила в их число?
Он пожал плечами.
— Она обращалась ко мне несколько раз. Я ее выручал.
— Спрашиваю еще раз, Рэнди: почему вы с Эйми расстались?
Он снова пожал плечами и ответил, но уже другим тоном:
— Вам придется узнать об этом у Эйми.
— Это она с тобой порвала?
— Эйми изменилась.
— Изменилась как?
— Может, лучше спросить у ее отца?
Майрон насторожился. Эрик?
— Какое он имеет отношение ко всему этому? — поинтересовался он, нахмурившись.
Тот не ответил.
— Рэнди?
— Эйми узнала, что ее отец трахается на стороне. — Он пожал плечами. — После этого она сильно изменилась.
— Как изменилась?
— Не знаю. Как будто хотела досадить ему всем, чем могла. Я нравился ее отцу. Поэтому бах! — он снова пожал плечами, — и я сразу стал не нужен.
Майрон вспомнил, что говорил ему Эрик тогда ночью в тупике. Все сходилось.
— Она мне нравилась, — продолжал Рэнди, — и даже не представляете как. Я пытался вернуть ее, но мне это только вышло боком. Теперь между нами все кончено. Эйми больше нет места в моей жизни.
Майрон слышал, как их ищут. Он хотел снова взять шею Рэнди в замок, но тот отшатнулся и крикнул своим друзьям:
— Я в порядке! Мы просто разговариваем.
Рэнди повернулся к Майрону — его взгляд был ясным.
— Спрашивайте дальше. Что еще вы хотите знать?
— Твой отец назвал Эйми шлюхой.
— Это правда.
— Почему?
— А вы как считаете?
— Эйми начала встречаться еще с кем-то?
Рэнди кивнул.
— С Дрю Ван Дайном?
— Теперь уже не важно.
— Нет, важно.
— Да нет, честно, все это не важно. Послушайте, школа уже позади. Я еду в Дартмут, а Эйми — в Дьюк. Мама мне сказала, что школа совсем не так важна. Люди, которые в старшей школе были заводилами, часто в жизни превращаются в жалких неудачников. У меня все хорошо. Я это знаю. И я знаю, что для того, чтобы преуспевать и дальше, должен сделать следующий шаг. Я подумал… мы поговорили об этом. Мне кажется, Эйми была со мной согласна. Насчет важности следующего шага. И так получилось, что нас обоих приняли туда, куда мы хотели больше всего.