Обещай мне рай
Шрифт:
«Да, — подумала Кэт, — было большой глупостью вернуться домой».
Она села в кресло около кровати и вытащила из прически шпильки, готовясь лечь спать.
После обеда она отправилась в свою старую спальню, которая казалась такой незнакомой и чужой. Здесь еще хранились воспоминания юности, но теперь не было ничего, что связывало ее с этой комнатой. Кэт посмотрела на улицу сквозь забрызганное дождем окно.
Она находилась в Беллингкорте уже два дня. Дождь начался в тот вечер, когда они с братом прибыли сюда, и с той поры не прекращался. Неослабевающий ливень, низвергающийся
Кэт рассеянно дернула застежку своего платья. Она оставила Аннетт в Брайтоне, не желая вводить служанку в свою семью. В любом случае горничная не выдержала бы здесь и дня.
После долгой разлуки семья встретила ее с большой радостью. Только младшие братья отсутствовали и не могли приветствовать ее. Саймон на деньги ее мужа приобрел звание офицера и поступил на службу в уланский полк, а Тимон поступил в Оксфорд тоже благодаря Томасу. Кэт раньше не знала об этом. Он не сказал ей, что начал помогать ее родным еще с прошлой осени, и заставил поклясться членов ее семьи, что те будут держать это в секрете.
Томас не оставил без внимания и ее сестер. Инид должна быть представлена обществу в этом сезоне и не могла нарадоваться этому. Даже маленькая Марианна беспрерывно рассказывала об удивительной щедрости мужа Кэт.
Правда, кузина Эммалина встретила Кэт довольно сдержанно и тотчас спросила, как долго та намеревается оставаться здесь, прежде чем снова воссоединится с «добрым мистером Монтроузом». Кэт постаралась развеять ее явные опасения, уверив, что скоро вернется в Уэльс.
…Она присела на кровать и начала медленно расшнуровывать сапожки. В течение двух дней Кэт пребывала в постоянном напряжении, подвергаясь нескончаемым расспросам ее милых сестер, и так устала! Нервы были на пределе.
Этим утром Маркус повел ее осматривать поместье, несмотря на дождь, и с гордостью демонстрировал различные усовершенствования, которые он осуществил. Ферма при усадьбе и конюшни были отремонтированы. Брат с гордостью показал большое стадо пасущихся в поле овец. Оказывается, он «взял денег взаймы у мистера Монтроуза и расплачивался ежеквартально по тарифу, согласованному кредитором и заемщиком».
Кэт отцепила колье, которое Томас подарил ей в день свадьбы, и осторожно провела пальцами по гладким шарикам.
«Надень его, дорогая, и жемчужины засияют особым блеском, соприкасаясь с твоей нежной кожей», — сказал он ей тогда.
Неужели это слова мужчины, готового покинуть свою жену?
В течение бессонных ночей в памяти возникали другие его фразы и поступки.
«Тебе еще не надоело мое общество?» — насмешливо спросила Кэт однажды в конце длинного, восхитительного дня.
«Дорогая, я с тобой отдыхаю душой. Ты мое спасение, мое милосердное пристанище, награда за все, что мне пришлось пережить».
Ее преследовали воспоминания о проведенных с мужем страстных ночах. Она так ясно представляла его сильное мускулистое тело, прижимающееся к ней! Его ласковые руки, доставляющие ей необычайное удовольствие!
«Отдайся мне до конца!» — шептал Томас, когда она выгибалась дугой под ним. Он доводил ее до исступления своей
«Чего ты еще хочешь от меня, милый?» — спрашивала она ошеломленно, когда он глубоко погружался в нее.
Томас пристально смотрел ей в глаза и усиливал толчки.
— Тебя! Твое сердце! Твою душу! Все твое естество!
Кэт привстала в постели, погрузила руки в волосы и тряхнула головой, пытаясь избавиться от этих воспоминаний. Огорчение постепенно сменилось смятением. Томас не мог так искусно лгать! Мужчина, заявлявший, что ненавидит притворство, не мог шептать на ухо женщине такие слова!
Однако Кэт явственно слышала, что он собирается покинуть ее! Не находя ответа на вопрос относительно своего будущего, она попыталась разобраться в сложившейся ситуации.
Может быть, Томас просто рассчитывал на удобный для них обоих брак, имея в виду такое сосуществование, когда муж занимается своими делами, а жена — своими? Может быть, намеревался жить отдельно, чтобы не надоесть друг другу? Может быть, недостаточно ясно обрисовал их будущее, когда делал ей предложение? Может быть, Кэт неправильно истолковала его планы, потому что очень хотела увидеть в них другой смысл? Может быть, его испугала ее привязанность? Господи, сколько сразу возникло вопросов!
Она ничего не могла понять. Знала только одно — она любит Томаса. Ему очень не хватало этого в жизни. Ее муж слишком критически относился к себе и ненавидел свое прошлое. Оно не должно довлеть над ним!
Забравшись под одеяло, Кэт устремила взор в потолок. В родном доме она не чувствовала спокойствия. Где же и когда она его обретет?
К утру сильный дождь постепенно перешел в моросящий. Кэт поднялась рано, измученная, не в состоянии снова встретиться с родными. Не желая обидеть их своим намерением побыть одной, она надела плащ и выскользнула из дома через заднюю дверь. Пройдя через огород и фруктовый сад, Кэт направилась к небольшому ручью, протекавшему вдоль границ их поместья. Густой воздух был насыщен запахом влажной земли, свежей травы и распускающихся почек деревьев. В тишине раннего хмурого утра особенно громко звучал невидимый хор птиц. Полусапожки Кэт и ее шерстяная накидка быстро покрылись влагой. Она остановилась, испытывая умиротворение, впервые после того, как оставила Томаса и приехала в Беллингкорт. Возможно, это уже не был ее дом, но тем не менее все здесь было так знакомо. Ею постепенно овладело спокойствие.
Она была готова принять Томаса таким, каков он есть. Кэт не будет больше мучить себя вопросами, на которые у нее нет ответа. Ее муж сказал Джайлсу, что покинет ее. Она готова смириться и с этим. Томас ведь заверял, что никогда не разведется с ней, потому что всем сердцем желает ее. Кэт радушно примет его, когда он появится, и будет довольствоваться тем, что тот предложит. Если она должна научиться жить, не завладев полностью сердцем Томаса, пусть будет так. Она выдержит и это.
Глубоко вдыхая свежий воздух, Кэт радовалась распускающимся листочкам, запаху весенней земли и травы.