Обещания

Ричардсон Нэнси

Массивные руки ухватили Анакина за ворот комбинезона, и насильно подняли его на ноги. Все это показалось ему дурным сном, и он попытался проснуться. Тахири рядом встряхнули точно так же. Это был не сон. Льдисто-синие глаза Анакина оценили ситуацию. Их окружили безумно рычавшие и ворчавшие Рейдеры.

— Тахири, — громко спросил он, — Ты в порядке?

— Прекрасно, — сонным голосом отозвалась Тахири. Вместе их подвели к Сливену, сидевшему в одиночестве на песке.

Что случилось? — подумал Анакин, пытаясь стряхнуть с себя замешательство, которое он почувствовал при пробуждении.

— Должно быть, время настало, — ответила Тахири.

Анакин заметил, что вокруг них расстилалось бледно-розовое

мерцание рассвета, мягкие золотые пески словно выросли. Кажется, пора проснуться, угрюмо подумал он. Сливен кратко кивнул Анакину и Тахири, затем позволил пяти Рейдерам подвести их к ожидавшим неподалеку бантам. Большие животные стояли тихо, их длинные, косматые коричневые шкуры ниспадали вниз, к песку. Джедаи-ученики были только-только улажены на спине Бангора, как громкое ворчание сообщило бантам, что настала пора ехать. Анакин отметил, что Тахири ни разу не оглянулась назад, на Сливена, пока они брели меж дюн унылого розоватого цвета. Он не заметил, как Тионна наблюдала за ними, пока они удалялись от становища, маленькая Рыцарь-Джедай, окруженная толпой Рейдеров. Если бы Анакин мог видеть Тионну, он был бы встревожен взглядом, полным беспокойства и опасения, написанным на её лице. День прошел, за ним другой. Единственным звуком в пустыне был хруст копыт банты. Ландшафт тянулся бесконечно, всё то время, пока Бангор следовал за пятью Рейдерами все дальше в пустыню. Группа делала остановки по два раза в каждый из дней: в первый раз они сделали остановку, пока длился удушливый жаркий полдень, чтобы выпить воды, и пожевать коричневые глыбы продовольствия, которые на вкус отдавали чем-то мерзким, о чем Анакин не хотел даже думать; и во второй раз — ночью, когда солнца зашли, и в пустыне стало настолько холодно, что его пальцы оцепенели.

Тогда Анакин забился вместе с Тахири под тонкое одеяло, которое дали Рейдеры. Тем днем, группа быстро проехала мимо низких, с цветным песком гор. Анакин ощутил страх, удивительный для жестоких Рейдеров. Он был слишком разгорячен, и слишком устал, чтобы спросить Тахири, чего им бояться в этих местах. Теперь, пока они лежат возле Бангора, чтобы согреться под темным ночным небом, Анакин был слишком истощен, чтобы спросить её еще раз. Он наблюдал за тем, как Тахири гладила потрепанную шею ее банты. Существо уставилось на Тахири мягкими карими глазами, и Анакин ощутил связь между ними. Он провалился в сон без снов. Мысли о том, как он и Тахири выживут в пустыне без продовольствия и воды, скользили, оставаясь без ответа, к песку. Они ждали бы в этом месте до завтра. В Дюнном Море не было воды, ни капли. Не то что бы Анакин ожидал увидеть здесь настоящее море, но они путешествовали через «морское» — обширное пространство пустыни, которое простиралось на протяжении тысяч километров. Было трудно представить, что эта область могла быть более бесплодна, чем пустыня и Юндландские Пустоши.

Но, так или иначе, Дюнное Море существовало, и они плыли по нему, сумрачно думал Анакин, глядя на бесконечный песок, стелившийся по дороге. На полпути, в течение третьего дня путешествия, Рейдеры начали ехать более медленно, осторожно. Какая опасность может поджидать их здесь? — задавался вопросом Анакин. Его мысли были прерваны, когда один из Налетчиков залаял, и все приостановили бант. Должно быть, время для завтрака, безучастно подумал он. Анакин соскользнул с Бангора, и помог Тахири спуститься. Высокая температура не уменьшилась с началом дня. Волосы Тахири слиплись в клубок из-за пота, губы её потрескались под действием бьющих по каравану лучей солнц. Как только оба ребенка спустились на землю, один из Рейдеров схватил веревку Бангора, и потянул банту к себе. Взметнув клубы песка, Рейдеры развернули своих бант, удаляясь все дальше от Анакина и Тахири, искупав тех в душе из сыпучего песка. Ни один из них не сдвинулся с места, пока они наблюдали за тем, как Рейдеры отдалялись все дальше и дальше от них. Они видели, как Бангор изо всех сил пытался отстать от группы,

рвался к Тахири, но его крепко-накрепко привязали к другому банте. Рейдеры взобрались на дюну, и исчезли из виду.

Анакин оглядел Дюнное Море, расстилавшееся перед ними, сквозь щелочки глаз. Он и Тахири сидели посреди бескрайней пустыни. Над ними неуклонно пылали солнца-близнецы Татуина. В поле зрения не было никаких форм жизни. Только солнце и песок. Песок и солнце.

— Предложения? — вопросил Анакин Тахири.

— Ночью, следы, оставленные бантами, были на песке, — начала Тахири. — Давай следовать за ними, пока они не исчезли. По крайней мере, мы пойдем в правильном направлении.

— Начало положено, — слабо сказал Анакин. — Что касается еды и воды…?

Тахири ответила, — Это будет зависеть от того, на что мы натолкнемся.

Что-то ярко сверкнуло в её зелёных глазах. Анакин вспомнил кое-что из того, что он читал о Песчаном Народе. Выживание для них было правилом. Выживание любой ценой. Он потащился за Тахири. Они поднимались и спускались по дюнам, их глаза цепко впились в отпечатки копыт бант, которые уже начинали исчезать на продуваемых ветром песках. Прошло несколько часов, солнца-близнецы Татуина уже начали подниматься на небосвод. И вдруг, без предупреждения, след исчез, и Анакин с Тахири остались в одиночестве посреди пустыни, теперь уже, действительно, одни.

Или был тут еще кто-то? Анакин задался этим вопросом, поскольку ощущение опасности пронзило его спинной хребет подобно молнии. Одни ли они были здесь, в этом месте?

Песок под ногами Анакина заколебался. Прежде, чем у него появился шанс убежать, поверхность пустыни загрохотала и пошла волнами. Тахири оступилась, упала на песок около него, затем покатилась вниз, к песчаной яме в нескольких метрах от них, которую ни один из учеников-джедаев не заметил в затухающем свете солнц.

— Что случилось? — завопил Анакин.

Руки Тахири цеплялись за песок, пока она продолжала скользить. Ее маленькие пальцы пробегали сквозь песок, но цепляться за него было так же бесполезно, как хвататься за воду. Её ноги съехали до края ямы, и во вспышке пыли она исчезла из виду. Анакин бросился вперед, смотря в яму. Падение Тахири было прервано маленьким каменистым выступом, буквально за метр от края ямы. Анакин настиг её, и едва-едва, кончиками пальцев, сумел ухватить её за руку. Он попробовал удержать Силой песчаный холм, но это было всё, что он смог сделать, чтобы она не упала. Изумрудные глаза Тахири закрылись от страха. Анакин потянул сильнее, и медленно начал вытягивать её из ямы. Тахири врыла колени в грязные стены, на время перестав скользить вниз.

Внезапно, ноги Тахири кто-то схватил снизу. Она забарахталась, пытаясь хоть обо что-нибудь опереться, затем издала тихий вопль, заметив, что начала скользить вниз, к выступу.

— Дай мне руку! — закричал подруге Анакин.

Тахири снова схватила его руку. Но кое-что заставило ее на секунду промедлить перед тем, как их пальцы встретились. Сердце её ёкнуло в волне страха, и она упала на колени, выпав при этом за пределы досягаемости Анакина. Толстое, красновато-коричневое щупальце появилось из глубин ямы, и взвилось в воздух. Тахири застыла от ужаса.

Щупальце слепо хлестало по краям ямы, ища добычу, которую уж, несомненно, учуяло. Еще три щупальца взметнулись вверх и присоединились к первому.

— Тахири, хватай руку! — закричал Анакин. Тем не менее, его подруга не двигалась. Я не могу достать ее, Анакин думал с растущим расстройством и ужасом. Анакин подполз ближе на животе, врыл пальцы ног в песок, и наклонился в яму.

Он спустился ниже и схватил комбинезон Тахири. Существо в яме ощутило его движение, и направило щупальца к ученикам — джедаям. Анакин затаил дыхание, его пальцы застыли на костюме Тахири. Щупальца скребли по стенам ямы, ища, ища. Я должен достать ее из ямы, думал Анакин. Он едва не впал в панику, заметив, что щупальца приблизились к ней. Тахири медленно обернулась к другу.