Обещания
Шрифт:
— Кенни, — позвала Луиза, ее искреннее выражение лица было наполнено счастьем и искренностью.
Сосредоточившись на «здесь и сейчас», я быстро пошла вперед, заключая Луизу в объятия. Без всякой причины, или, может быть, по миллиону причин, когда мы обнялись и я закрыла глаза, поток слез потек по моим щекам.
Мы с Луизой не виделись с моего последнего дня в Боулдере в «Полотне греха», до того, как Стерлинг увез меня в Канаду. За десять лет нашей дружбы это была самая долгая разлука. И все же в этот миг мы воссоединились.
Мне хотелось верить, что наша дружба была настоящей.
Когда мы отстранилась, наши глаза встретились, и я сказала:
— Я так по тебе скучала.
Прежде чем она успела ответить, голубые глаза Луизы закрылись, и выражение ее лица изменилось. Со стоном она сжала губы.
Джейсон вышел вперед, улыбаясь мне, когда он потянулся к руке Луизы.
— Дыши, красавица. Дыши.
Когда я отошла от кровати, Люси подошла ко мне и обняла за талию.
— Я же сказала, что мы близки к родам.
Я боролась со своим инстинктом отпрянуть от ее прикосновения, наблюдая, как моя лучшая подруга преодолевает схватку.
Через минуту или больше хватка Луизы на руке Джейсона ослабла, и она повернулась ко мне.
— Господи, они становятся все сильнее. — На ее губах появилась улыбка. — Я так рада, что ты приехала. Я надеялась, что ты это сделаешь.
Я не смогла сдержать улыбку. Моя лучшая подруга была сильной и позитивной даже в разгар родов.
— Конечно, — сказала я. — Я же говорила, что ты не сможешь меня удержать. — Я посмотрела на Джейсона. — С вами обоими все в порядке?
Он кивнул.
— Скажи ему спасибо.
Благодарность Джейсона и предыдущие слова Стерлинга скрутили мои внутренности. Было больно осознавать, что, в то время как Джейсон благодарил Стерлинга, я была человеком, ответственным за их травмирующие события.
— Скажу.
— О чем ты говоришь? — спросила Люси.
Прежде чем мы успели ответить, лицо Луизы снова сморщилось, и она потянулась к руке Джейсона. Когда она отходила от очередной схватки, дверь в ее комнату открылась и вошли двое людей, оба одетые в хирургические костюмы.
— Леди и джентльмены, я думаю, нам пора. — Одна из женщин посмотрела на меня, новое лицо в комнате. — Я доктор Горман. Мы следили за мониторами.
Я отступила назад, когда другой человек, я предположила, что это медсестра, надела латексные перчатки и подошла к изножью кровати. Ее руки скользнули под простыню, заставляя меня чувствовать себя немного неловко, как будто я была тут лишней. Прежде чем я успела заговорить, это сделала медсестра.
— Да, десять сантиметров. Шейка раскрыта. — Она посмотрела на Луизу и доктора Гормана. — Мы готовы потужиться?
Я подумала, что использование медсестрой местоимения «мы» неправильно. Хотя я никогда не
Голубые глаза Луизы метнулись от медсестры к Джейсону.
Взгляд, которым они обменялись, был одним из самых нежных выражений безмолвной преданности, которые я когда-либо видела. Просто быть наблюдателем наполняло мое сердце радостью.
Луиза кивнула, Джейсон убрал ее длинные каштановые волосы с раскрасневшегося лица.
— У тебя получится.
Луиза повернулась в нашу с Люси сторону.
— Я люблю вас обоих…
Я подняла руки.
— Я буду снаружи, в приемной. Я дам им всем знать, что настало время шоу.
Бледные щеки Луизы порозовели.
— Частное шоу, но мы дадим знать, как только Кеннеди Люсиль дебютирует.
При упоминании имени ребенка Люси потянулась к моей руке.
Вместо того чтобы вздрогнуть, я сжала ее руку. Затем я вернулась в приемную. Как только я миновала двойные двери, в смежном коридоре меня встретило молчаливое выражение лица. В отличие от взгляда Джейсона на Луизу, у Стерлинга оно было более мрачным, менее обожающим и больше вопрошающим.
— Тебя не было некоторое время, — сказал он низким, рокочущим тенором.
— Уверена, что за моими трекерами следят. Я была недалеко.
— Чтобы держать тебя…
Я приложила палец к его сильным губам.
— Ребенок на подходе. — Моя улыбка стала шире. — Спасибо еще раз. Я бы не успела сюда к родам, даже если бы летела коммерческим рейсом.
Его губы дрогнули.
— Особенно с заездом в Уичито.
— Да, я хотела бы избежать этого.
Его рука обвилась вокруг моей поясницы, пока мы вместе шли в зал ожидания.
Я поговорила со всеми.
— Они выгнали меня.
Все взгляды обратились на меня.
— Уже пора.
Комната гудела от возбуждения.
Оглянувшись на Стерлинга, я спросила:
— Мы можем выйти отсюда на минутку? Мне нужно кое-что сказать Риду.
Стерлинг стиснул зубы и расправил плечи.
— Патрик?
— Конечно. Он все узнает.
Как я уже много раз говорила, у этих троих был общий мозг.
Как только мы втроем оказались в почти пустом коридоре, почти, потому что я заметила, что один из мужчин из самолета небрежно читает журнал, сидя на стуле по соседству, я повернулась к Патрику и Стерлингу.
— Когда Люси впервые забрала меня, она спросила, в безопасности ли я.
Лоб Стерлинга нахмурился.
— С чего бы ей?
— Клянусь, — перебила я его, — я никогда раньше не слышала того, что она мне только что сказала. Она сказала, что когда я переехала сюда в шестнадцать лет, директриса школы спросила ее, будут ли они с Кэлвином присматривать за мной.
— Хочешь сказать, что у Люси Нельсон была информация, которую она только сейчас раскрыла? — спросил Патрик.
Я вздохнула.