Обещание
Шрифт:
Принцесса, несомненно, могла рассчитывать на всеобщее восхищение, если бы не одна маленькая деталь — она ехала на лошади по-мужски, и, разумеется, ее амазонка была короче, чем принято; из-под нее кокетливо выглядывала полоска заправленных в сапоги брюк. Но что поделаешь: седельные сумки не допускают таких вольностей, как длинные юбки и дамская посадка.
— Почему они так на меня смотрят? — не выдержав, спросила Стелла.
— Не каждый день увидишь на улице вооруженную женщину, сидящую на лошади по-мужски, — усмехнулся
— А стража?
— Стража — это святое дело.
Девушка промолчала и предпочла свернуть в тихий проулок.
— Теперь поищем Ниллу. Если ничего не случилось, она до сих пор живёт у родителей.
— А что могло случиться?
— Глупый вопрос со стороны молодого человека, — хмыкнула девушка. — К примеру, могла выйти замуж. Да мало ли причин, по которым они могли переехать! Давай не будем гадать, а просто поищем.
— Простите, — обратилась она к проходившему мимо дерингцу, — не подскажите, где находится дом графа Пиолет?
— С радостью, сеньора! Доедете до здания городского суда, выходящего боковым фасадом на этот переулок, и сверните направо по Тенистой аллее. Когда увидите дом под красной черепичной крышей с резным карнизом, смело поверните на улицу Эстраб. Дом почтеннейшего графа Пиолет будет по ней шестым по правую руку.
— Благодарю, любезнейший. — Стелла сунула ему в руку мелкую монету.
Дом графа Пиолет оказался банальнее, чем они ожидали. Не было ни затейливого сада перед высоким подъездом, ни лепнины на фасаде. Даже изящного оформленного дверного портала. Обыкновенный особняк, выкрашенный красной охрой. Сквозь плотно задёрнутые гардины одного из окон первого этажа падали на мостовую мягкие блики света, причудливо переплетавшиеся с яркими всполохами закатного солнца.
Принцесса спешилась, поднялась на крыльцо и несколько раз постучала в дверь специальным молоточком. Ей открыл полноватый слуга в сюртуке странного грязного цвета — то ли желтого, то ли зеленого.
— Прошу прощения, но хозяев нет дома, — с натянутой вежливой улыбкой сказал он. Видимо, не признал в ней знатную даму.
— И их дочери тоже? — Стелле не хотелось уходить отсюда, от этой приятной полоски света, пробивавшейся из-за полуотворённой двери.
— Которой, сеньора?
Этот вопрос озадачил девушку. Разве у них не одна дочь?
— Меня интересует юная графиня Нилла.
— Она давно здесь не живёт, сеньора, — удивлённо ответил слуга.
— Вышла замуж? — Пришла её очередь изумляться.
— Нет, сеньора. Она стала жрицей.
— Опять жрица! — невольно вырвалось у Стеллы. — И где же она живёт?
— Да храм-то Вы и сами найдёте! — фамильярно усмехнулся слуга и самым что ни на есть хамским образом закрыл перед собеседницей дверь, постаравшись подсластить своё деяние словами: — Доброй ночи, сеньора!
— Я такому даже полы мыть не доверила, —
Храм Джарфана путники отыскали быстро: его громада ясно выделялась на фоне прочих строений в сгущающихся сумерках. Правда, ворота оказались закрыты.
— Какой милый город! — съязвила Стелла. — Гостеприимнее я не видела!
— Можно подумать, что в храме Амандина ворот не запирают! Давай лучше постучим.
И они постучали. Сначала тихо, потом громче, чуть ли не барабаня по крепким доскам. На соседних улицах до хрипоты заливались лаем собаки, однако за воротами по-прежнему было тихо. Наконец на стук вышел сторож.
— Кто там?
Многообещающее начало ночи!
— Принц Страны гор и его спутница.
— Чего Вам? — похоже, высокий титул на него не подействовал.
— Нам хотелось переговорить со жрицей.
Судя по всему, легче выломать ворота, чем дождаться, когда их откроют. Но решительные меры не понадобились: в сад их всё-таки пустили.
Атмосфера способствовала здоровому сну, что тут же подтвердила Стелла, несколько раз сладко зевнув.
— Обождите здесь.
Сторож ушел, а друзья остались ждать, отчаянно борясь со сном всеми возможными способами.
Зашелестела трава, и к полусонным путникам вышла высокая молодая женщина.
— Это вы спрашивали меня?
— Да, мы, — встрепенулась принцесса. — Нилла, Вы меня не узнали?
— Нет, простите, но я Вас не помню.
— Как же, Нилла, а я Вас хорошо помню.
Жрица подошла ближе, подняла выше масляную лампу и вгляделась в лицо девушки. Стелла внимательно наблюдала за ней и по изменившемуся выражению лица собеседницы поняла, что здесь её ещё помнят.
— Неужели это вы, Ваше высочество?! — всплеснула руками Нилла и сделала неуклюжий реверанс.
— Конечно, я. Можно нам остаться на ночь?
— Конечно! Почту за честь.
— Позаботьтесь обо всём, — обратилась к сторожу жрица. — Я хочу, чтобы мои гости ни в чём не нуждались, — и добавила, обращаясь к уставшим путешественникам: — Прошу за мной.
Домик жрицы располагался по правую руку от храма и резко контрастировал с ночным сумраком, выделяясь, словно белый парус посреди морской глади.
Они вошли в холл. Его освещала только одна свеча, стоявшая на изящном треногом столике, но жрица отлично ориентировалась даже в темноте.
Через небольшую гостиную они прошли в жилые помещения. Щедрая хозяйка отвела гостям по отдельной комнате. Та, что досталась Стелле, выходила окнами на юг и сообщалась с крытой террасой посредством стеклянной двери, занавешенной плотной гардиной с увесистыми малиновыми кистями.
Пожелав хозяйке доброй ночи, принцесса разулась и, утопая в мягком пушистом ковре, подошла к кровати. Она несколько минут в раздумье посидела на постели, свесив ноги на пол, а потом задула свечу.