Обещание

Пиколт Джоди Линн

— Да, — призналась она, поворачиваясь лицом к его подмышке. От него пахло сладким дезодорантом, п'oтом и возбуждением.

— А что, если, — сказал он, приподнимая ее лицо, — я тебя сначала поцелую?

— Просто поцелуешь, — позволила она.

— Пока всего лишь поцелуй. Об остальном не думай.

Эмили улыбнулась ему в губы.

— Ладно.

Губы Криса впились в ее губы.

— Приласкай меня.

Он провел языком по контуру ее губ, потом стал целовать ей шею. Эмили чувствовала, как дрожат его руки, когда Крис залез

ей под рубашку, и ей тут же стало легче — от осознания того, что Крис, как и она, нервничает.

Потом время, как всегда в подростковом возрасте, стало одновременно и тянуться невообразимо медленно, и лететь слишком быстро, Эмили осознала, что она уже без одежды, а ее кожа покрылась мурашками. Она видела, как Крис натянул презерватив, и с удивлением обнаружила, что находит его член красивым, а не незнакомым или уродливым. Она позволила Крису устроиться сверху, его грудь обжигала ее грудь, его тело уютно устроилось у нее между ногами.

— Как думаешь, будет больно? — в панике прошептала она.

Эти слова остановили Криса.

— Не знаю, — ответил он. — Думаю, что должно быть больно. Но чуть-чуть.

Он лег сбоку от Эмили и, поглощенный собственными мыслями, погладил ее бедро.

— В чем дело? — спросила Эмили.

— Ни в чем. — Он встретился с ней взглядом. — Дело в том, что я совсем об этом забыл.

— Уверена, что все не так плохо, — подбодрила Эмили. — От секса еще никто не умирал.

«Что я говорю? — тут же подумала она. — Зачем его подстегиваю?»

Крис улыбнулся и убрал волосы у нее со лба.

— Если бы я мог не причинять тебе боль, никогда бы не причинил, — пообещал он. — Лучше уж пусть больно будет мне!

Эмили коснулась его плеча.

— Как мило, — произнесла она.

— Нет в этом ничего милого, — возразил Крис, — обычный эгоизм. Я знаю, что могу вытерпеть свою боль, но не уверен, что смогу пережить, если больно будет тебе.

Эмили протянула руку и обхватила пальцами член Криса, отчего у того сперло дыхание. Он взобрался на нее, перенеся груз своего тела на локти.

— Если будет больно, ущипни меня, — сказал он. — Чтобы больно было нам обоим.

Она почувствовала его прикосновение, почувствовала что-то влажное и поняла, что эта влага из нее, потом он раздвинул ей ноги и остановился. В голове у Эмили пронеслось воспоминание о том, как они в детстве собирали картинки-пазлы из тысячи частей, как Крис пытался вставлять кусочки головоломки туда, куда они совершенно не подходили.

— Эм, — прошептал он, на лбу у него выступили бисеринки пота, — ты этого хочешь?

Она поняла, что если бы покачала головой, то Крис остановился бы. Но она решила, что ее желания и желания Криса неразрывно переплелись, а Крис хотел этого больше всего на свете.

Заметив ее легкий кивок, Крис нежно вошел внутрь.

На секунду стало больно, и она впилась ногтями ему в спину. Потом боль отпустила. Было необычно чувствовать, как тебя растягивают изнутри,

но не больно. Она почувствовала, как бедра ее задрожали, когда Крис начал толкать и стонать, быстрее и быстрее. Ее спина скользила взад-вперед по дощатому полу карусели.

Когда он закричал, она широко распахнутыми глазами смотрела в брюхо лошадки, впервые заметив, что карусель местами не покрашена.

Крис скатился с нее, его грудь тяжело вздымалась.

— Господи! — воскликнул он, распластавшись на спине. — Мне кажется, я умер. — Через секунду он прижал ее к себе. — Я люблю тебя, — прошептал он, касаясь пальцем ее виска. — Но я заставил тебя плакать.

Она покачала головой, лишь сейчас осознав, что слезы струятся по щекам.

— Ты заставил меня… — Ее голос замер, она не закончила фразу.

«Это всего лишь игра», — убеждала она себя, открывая дверь в мужской туалет в Макдоналдсе. К ее удивлению, здесь было точно, как в женском туалете, за исключением двух писсуаров на стене. И воняло тут больше. Одна из кабинок была занята, Эмили видела мужские ноги. Парализованная от стыда (а что, если он заметит, что ее туфли — обувь девятилетней девочки?) она застыла у раковины. Спустили воду, дверь кабинки распахнулась. Там стоял Отморозок, его одежда воняла жиром и дезинфицирующим средством.

— Ну-ка, кто тут у нас? — усмехнулся он.

Эмили почувствовала, как дрожат ее ноги.

— Я просто… должно быть, ошиблась дверью, — запинаясь, произнесла она.

Повернулась и направилась к двери, но он схватил ее за руку.

— Правда? — Его голос обволакивал, словно дым. Он притянул ее к себе. — А с чего ты взяла, что ошиблась?

Он прижал ее к двери, не давая возможности никому войти. Поднял ее руки над головой и залез рукой ей под рубашку.

— Сисек нет, — констатировал он. — Наверное, мужчина. — Потом он засунул руку под ее эластичные трусики и потер пальцами между сжатых ног. — Хотя и члена тоже нет.

Он наклонился ближе, настолько близко, что она почувствовала его дыхание.

— Нужно удостовериться, — сказал он и засунул палец ей внутрь.

Ее охватила паника, все тело напряглось, а изо рта, хотя она мысленно и кричала, не доносилось ни звука. Так же быстро, как и схватил, Отморозок отпустил ее. Когда он ушел, Эмили упала на коричневый кафельный пол, ощущая, как внутри все горит от его вонючих рук. Ее вырвало прямо на пол, потом она встала и сполоснула рот. Поправила одежду и вернулась за стол, где ее ждал Крис.