Обережка
Шрифт:
— Сколько тебе лет, Радмила? — спросил Лиар. Неужели я рассуждала вслух?
— Мне пятнадцать, я только окончила школу. А Вам?
Решила держать дистанцию и не переходить на "Ты".
— Мне двадцать. Я выучился в военном училище на государственного служащего. Брату тридцать пять. Ты знаешь кто он?
Я помотала головой, обозначая, что нет и жду от него ответа.
— Он служит в тайной канцелярии, только должность озвучить я не могу. Не бойся нас, даже если не сможешь помочь, ничего плохого мы вам не сделаем.
Это очень вовремя он сказал. Внутри я была очень напряжена. Не хотелось доставлять проблем себе и отцу.
— Ты уже выбрала профессию, на кого хочешь выучиться?, — спросил Лиар.
—
— Очень разумно, — вдруг сказал Горандар.
— Значит ты не принимаешь поспешных решений и ответственна, — задумчиво протянул он. Мне было приятно такое слышать. Надеюсь, что это не пустые слова утешения. Окончания обеда я ждала с нетерпением. Папа тоже был напряжён, хоть и не подавал вида.
— Вы ведь не из столицы? Приехали по делам или просто развлекаться? — спросил он отца.
— У меня здесь дела. Но и дочь порадовать очень хотелось, раз есть такая возможность. Она здесь впервые.
— Какие дела? Вижу, что Вы из военных.
— Вы правы, только не думаю, что могу рассказать Вам о них. Завтра пойду к военачальникам короля с донесением и отчётами, — ответил он. Горандар кивнул и не стал расспрашивать подробности.
Глава 8. Помощь и его последствия
После обеда мы вместе пошли в комнату старшего нага. Большая просторная спальня в коричневых и бледно-желтых тонах. Мне было неловко находиться здесь и я снова покраснела. Зеркала все осмотрела, ничего не почувствовала.
— Вы спите не только здесь, — прошептала я.
Он внимательно посмотрел на меня и задумчиво кивнул.
— Прошу ещё пройти в мой кабинет, — ответил он.
Если спальня была просторная и как будто пустая, несмотря на наличие мебели, то в кабинете была видна жизнь. Бумаги с пометками, прикрепленные к доске на стене; документы, разбросанные на столе, в порядке, понятном только ему; полки с явно магическими камнями; диванчик с маленькой бледно-жёлтой подушкой и такого же цвета пледом. Я осмотрелась. Здесь совершенно нет зеркал. Но внутри что-то царапало, не давая вот так уйти. Я прошла вглубь и стала расхаживать по комнате, в поисках источника неприятных ощущений. Мой взгляд остановился на столе. Если со стороны входа было незаметно, то сейчас я увидела прямо на рабочем месте маленький портрет мужчины в стеклянной рамке. Если смотреть на него со стороны окна, то он блестел и отражал все, точно как зеркало. Со стороны рабочего стула — это обычный портрет. Подозвала жестом Горандара, поставила его на своё место и указала на портрет-зеркало. Лицо мужчины сначала вытянулось от удивления, а потом приняло злое жищное выражение. Я отшатнулась от него и поспешила прижаться к отцу. Наги в злости очень опасны и вспыльчивы. Горандар резко поднял на меня взгляд, не меняя выражения лица. Я себя почувствовала зайцем, на которого сейчас нападет большой голодный змей. Не могла не то, что пошевелиться, а даже вздох сделать. Меня начало мелко трясти. Отец приобнял за плечи, пытаясь успокоить, а наг продолжал за мной следить. В голове стали мелькать образы, как я бегу по лесу от стаи змей, которые вот-вот меня погубят. Я бегу не оборачиваясь по знакомым тропам, чтобы скорее оказаться дома, но никак не могу выбраться из леса. Сзади слышалось шипение и звуки ползающих тварей. Что происходит? Помогите! От страха перед глазами появились точки и сознание уплыло в темноту.
Очнулась с громким криком, резко садясь с положения лёжа и тяжело дыша. Ко мне тут же подлетел отец и крепко обнял. Были
— Я не могу прочитать твои мысли даже с магкамнями, — прошипел Горандар. Папа был просто в ярости и зло смотрел на него.
— Мы уходим, — уверенным тоном сказал он.
— Нам обещали не причинять зла, но, видимо, в этом доме слова хозяев пустой звук. Довели девочку до обморока. Кто позволил читать её мысли? Ни она, ни я, как отец, не давали такого согласия! Мы пришли помочь по вашей просьбе, а что получили в ответ? Я не позволю обижать свою дочь даже властьимущим.
На этих словах он поднял меня на руки и быстрым шагом вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Я прижималась к нему, пытаясь успокоить и себя, и его. Зачем Горандар это сделал? Я не могла ясно мыслить и анализировать ситуацию.
— Постойте, прошу!, — послышался голос Лиара сзади. Папа шел смотря ровно перед собой, он был на грани оборота. Медведь злился и хотел броситься наказать обидчиков.
Перед нами возник Лиар и остановил, широко расставив руки вперёд ладонями.
— Прошу, дайте объясниться!
— Разве ТЫ что-то сделал? Нам не нужны ТВОИ объяснения. Вообще ничьи не нужны! Ваше истинное лицо мы увидели, больше не попадайтесь на нашем пути!
Отец обошел его и понес меня в сторону гостинки. Лиар не стал больше пытаться остановить и начать разговор. Вечер провели в саду при гостинке, а ночью разошлись по комнатам. Всю ночь я крутилась и спала обрывками. Мне казалось, что за мной то бегут, то следят, пытаются схватить. Что этот наг со мной сделал? Утром проснулась разбитая и уставшая. Еле выдержала завтрак и, проводив отца по работе, пошла в комнату. В воде развела немного сушёной одолень-травы и положила соль. В ванной облилась очищающей и оберегающей водой от макушки до пят, читая молитвы. Стало легче. После этого, уже лежа в кровати, вспоминала всё, что вчера произошло. Что могло настолько вызвать гнев мага? Все равно непонятно, какие только версии не рассматривай. Ладно, пусть будет так. Я хотела помочь — я помогла. При чем и его брату, и ему. Остальное на его совести. На этих мыслях уснула. Спала на этот раз спокойно. Проснулась от ощущения пристального взгляда, но никого в комнате не обнаружила. Решила, что пора встать и перевести себя в порядок.
Хотела уже выйти из комнаты, чтобы спуститься в столовую, как раздался стук в дверь.
— Радмилушка, это папа, — услышала голос отца. Открыла дверь и впустила его внутрь.
— Как ты, моя маленькая?, — обнял он меня.
— С утра на тебя было больно смотреть.
— Все хорошо, батюшка, я смогла отдохнуть. Как твои дела? Все успел сделать?
— Документы передал, жду ответа до ужина. Если вопросов не возникнет, то завтра утром можно будет уехать. А ещё узнал про Горандара. Он, оказывается, глава тайной канцелярии и, при необходимости, имеет право читать мысли любого, не спрашивая разрешения. Если хочешь, можем довести дело до короля, пока мы здесь.
— Не стоит. Я не хочу лишнего внимания и разборок. Думаю, пора возвращаться домой. Соскучилась, — ответила я. На самом деле мне ещё не приходилось уезжать из дома никуда. Мне хотелось поскорее очутиться в родных стенах дома. Я действительно очень домашняя. Мы вместе пообедали и решили прогуляться возле реки. Там красиво обустроенная береговая, это место называют Прибрежный. Здесь можно было покататься на лодках, покормить лебедей, купить сувениры и сладости, послушать уличных музыкантов. Время пролетело незаметно, я отвлеклась от произошедшего и отдыхала. Уличные музыканты играли на струнных инструментах похожих на большую удлиненную балалайку (папа сказал, что это гитара) и барабанах. Один набивал ритм на них прямо ладонями, другой тонкими палками. Песни были как веселые, так и грустные. Молодые оборотни и маги подпевали и танцевали, поддерживали артистов аплодисментами.