Обагрённые
Шрифт:
Найджел Кларк усмехнулся сквозь усы.
— Ну, за вашу работу, положим, вы получаете весьма неплохие деньги. Согласитесь. Наша программа это престиж нашей страны, а жизнь… Жизнь сложная штука. Избавьте меня от необходимости впадать в философствования на эту тему.
— Престиж страны? Профессор, вы, в самом деле, в это верите? Промышленные корпорации, завязанные на этом проекте, получают от государства заказы на миллионы долларов — колоссальную прибыль. Им плевать на какой-то там престиж страны, как и на нас с вами. Давайте будем откровенными сами с собой.
— Допустим. А что же в этом плохого, дорогой мой? — пожал плечами Кларк, пожёвывая кончик трубки.
— Плохого? — Роберт посмотрел на него с тоской. — Вы же учёный, Кларк! Мне самому давно кажется, что наша страна не движется вперёд, в будущее. Мы, как слепцы, покорно идём за такими же слепцами, которые пытаются вести нас куда-то. У нас нет будущего. Есть просто настоящее, перемешанное с прошлым. Разве вас, профессор, не душат такие же мысли? Разве вы не видите всего этого? А вот русские… У них как раз есть та самая активная и ясно видящая цель часть людей, которые всё время идут вперёд, показывая путь другим. Возможно, их и не так много, но они есть! Думаете, они садились на Луну, а теперь полетят к Марсу ради денег?
— Эх, дорогой мой! — Кларк потрепал Роберта за плечо. — Когда я был молод, как вы теперь, меня тоже мучили всякого рода сомнения.
— И что потом?
— Потом всё прошло. Живите настоящим днём, Роберт, и не стройте иллюзий на будущее.
Примечания:
1. Маунтин-Вью (англ. Mountain View — «горный вид») — небольшой город в округе Санта-Клара штата Калифорния, США, который получил своё название благодаря видам на горы Санта-Круз.
2. Центр Эймса — один из основных центров НАСА, расположен в Кремниевой долине. Центр участвовал во многих миссиях НАСА, он лидирует в астробиологии, малых космических аппаратах, роботизированных исследованиях Луны, технологиях для Constellation Program, а так же в поисках пригодных для жизни планет, суперкомпьютерах, умных и адаптивных системах, термозащите и воздушной астрономии.
3. Авиационно-космическая система «Спираль» — советская система космического назначения, состоящая из орбитального самолёта, который по технологии воздушный старт выводился в космос гиперзвуковым самолётом-разгонщиком, а затем ракетной ступенью на орбиту. Проект «Спираль», начатый в 1960-х годах, был ответом на программу создания США космического перехватчика-разведчика-бомбардировщика X-20 «Дайна Соар». В 1964 году в ЦНИИ 30 ВВС была разработана концепция, а летом 1966 года началась разработка проекта в конструкторском бюро ОКБ Микояна. С 1969 года по 1974 год проводились испытания сбрасываемых макетов; с 1976 по 1978 были проведены 7 успешных испытательных полётов Миг-105.11 (лётный дозвуковой аналог орбитального самолёта).
Программа «Спираль», в частности, корабли БОР-5 и Миг-105.11 дала начало американским разработкам в том числе программе HL-20, на основе разработок которой был создан космический корабль «Дрим Чайсер» и Х-37В. На дозвуковом аналоге орбитального самолёта Миг-105.11 проводили испытания лётчики П.Остапенко,
Запускавшиеся ракетой 11К65М-РБ, уже в рамках программы «Буран», космические аппараты серии БОР-4 представляли собой беспилотные экспериментальные аппараты на основе БОР-3, доработанные для целей создания орбитального корабля «Буран».
Часть 1. Глава 2
глава вторая
ЗАРЕ НАВСТРЕЧУ
Солнце пробивалось сквозь сомкнутые веки, щекотало ресницы, разгоняя остатки какого-то удивительно красивого сна. Виктору стало обидно. Он пытался ухватиться за тающие, как снег от солнечных лучей, образы, но ничего не получалось. Реальность окончательно брала верх над небытиём. Щурясь спросонья, он взглянул на часы, что висели на стене напротив.
Семь утра. Пора вставать, в самом деле, пора вставать.
Виктор пружинисто вскочил с постели, распахнул лёгкие шторы на окне и включил радио, висевшее прямо над тумбочкой, где, помимо всего прочего, лежала брошюра инженер-полковника Анатолия Китова «Электронные вычислительные машины», изданная массовым тиражом ещё в далёком пятьдесят восьмом Всесоюзным обществом «Знание». Для Виктора эта брошюра со студенческих времён стала настольной книгой.
«Доброе утро, товарищи!» — поприветствовало радио.
— Доброе, — отозвался Виктор, снимая со стены свой старенький эспандер.
«Приготовьтесь к выполнению гимнастических упражнений, — сообщило радио. — Выпрямитесь, голову повыше, плечи слегка назад и на месте шагом марш!».
Под бодрую музыку, Виктор распахнул балконную дверь, впуская в комнату свежий утренний ветер, и принялся маршировать на месте, растягивая пружины эспандера за спиной, вдыхая терпкие запахи лета, нёсшиеся с зелёной улицы.
Когда утренняя гимнастика закончилась, разлились призывные звуки фанфар и радостный юношеский голос прозвенел:
«Здравствуйте, ребята! Слушайте пионерскую зорьку!».
Виктор постучался в комнату брата. С другой стороны было тихо.
— Гешка! Вставай! Проспишь всё на свете, — сообщил Виктор, распахивая настежь дверь.
Музыка разливалась по квартире, набирая радостную мощь и удалой размах, а звонкий мальчишеский голос бросил гордый и отважный призыв:
А ну-ка, песню нам пропой, весёлый ветер,
Весёлый ветер, весёлый ветер!
Моря и горы ты обшарил все на свете,
И все на свете песенки слыхал…
— Вставай, лежебока! Тебе в школу не пора? — настойчиво повторил Виктор, стоя на пороге комнаты брата.
— Сейчас же лето, каникулы! Совсем тебя закрутили на этих твоих центрифугах, да?
Гешка хитро прищурился, протирая кулаками глаза, и радостно заулыбался.
— Евгений Бугров!
Виктор шутливо погрозил брату пальцем и беспечно пожал плечами:
— Ну, забыл, ну бывает. Что ж теперь поделать? У меня и так забот — во как! — Он провёл рукой под подбородком, подскочил к кровати и, тормоша брата, нестройно запел в унисон детскому хору: