Об истине
Шрифт:
Риалаш выругался.
– Ты хочешь сказать, что женился на матери против её воли?
– разъярённо просил он.
– Нет, - взгляд у отца был наглым и честным.
– Но Бошр может сказать обратное. Твоя мать, конечно, будет всё отрицать.
Тейс серьёзно кивнула, подтверждая это. Если понадобится, она и Бошра съест за «клевету».
– Но с этим я разберусь, - успокоил сына Дейш.
– Слухом больше, слухом меньше... Мало ли что может сказать убитый горем отец. Но наказанием Донгеши я буду заниматься сам.
Риалаш скрипнул зубами,
– Так какие проблемы ты ещё нашёл?
– напомнил о цели заседания Дейш.
– Вайриш дома?
– вместо ответа спросил Риалаш.
Наагашейд нахмурился.
– Нет, я отправил его на Вилэшшскую заставу.
– Пусть возвращается. Я привёз его сына.
В кабинете воцарилась оглушающая тишина. Лица Дейша и Тейс занемели, перестав отражать хоть какие-то эмоции. Несколько секунд они молча смотрели на сына, а затем лицо наагашейда исказилось, и он разъярённо прошипел:
– Какого ещё сына?!
– Слепого!
– раздосадовано ответил Риалаш.
Тейс ошарашенно моргнула и пересела на хвост сына, уставившись на него требовательным взглядом.
– Та женщина, которая бросила нашего Вайриша, оказалась гетекарийкой, которой для получения жреческого сана нужно было родить ребёнка. Ребёнок родился.
– Ты уверен, что его отец - Вайриш?
– нетерпеливо спросил Дейширолеш.
– Нет, но между мной и Низканом есть родственная связь. Не самая близкая, но и не далёкая, - Риалаш сам был бы рад, если бы родство не подтвердилось и этой проблемы не существовало.
– Низкан...
– тихо повторила Тейсдариласа. Она словно пробовала новое имя на вкус. Облизнув губы, наагашейдиса слегка улыбнулась. Видимо, вкус ей понравился.
Риалаш чуть удивлённо посмотрел на маму. Отец выглядел разъярённым, и ему явно не хотелось верить в существование неучтённого родственника. Хвост его яростно метался по полу, а когти барабанили по столешнице так, что на ней уже начали появляться щербинки. Мать же казалась куда спокойнее. Глаза её были задумчиво прищурены, а руки скорее невольно, чем осознанно поглаживали Риалаша по хвосту.
– Тёмные!
– Дейш от души ударил хвостом в стену.
– Я убью этого поганца! Почему он не предохранялся?
– Спросишь у него, когда он вернётся.
– Сколько ребёнку лет?
– мрачно поинтересовался наагашейд.
– Тридцать два, может, уже и тридцать три.
– Не так уж и много, - проворчал Дейш.
Риалаш прищурился, но решил не говорить отцу, что в случае Низкана и двадцать лет было бы уже слишком много.
– Он слеп, - продолжил наагасах.
– В пятнадцать лет мать лишила его зрения, чтобы он стал полноправным гетекарием, после чего он сбежал из общины и несколько лет бродяжничал, а затем прибился к вольным. Среди них он пробыл около пятнадцати лет.
Дейш протяжно зашипел
– Вайришу очень повезёт, если этот мальчишка всё же окажется не его сыном, - мрачно пообещал он.
– Росший вне лона семьи, ослеплённый бродяга и вольный... Круг наагаришей может вскинуться и потребовать изгнания Вайриша. Правящая семья должна быть примером ответственности для остальных нагов!
– Мы что-нибудь придумаем, - попытался успокоить его Риалаш и сам предполагавший такое развитие событий.
– А как мальчик отнёсся к этому известию?
– Он ещё не знает. Думаю, ему не понравится, - Риалаш был убеждён, что точно не понравится.
– Он... весьма своевольный.
– Это семейная черта, - недовольно проворчал Дейш, уже начиная смиряться с наличием незапланированного правнука.
– Ты привёз большую проблему. Авторитет нашей семьи непоколебим, и именно поэтому отдельных её членов народ может требовать судить по всей строгости, даже если они не нарушили никаких законов: гнилью не место рядом с отборными яблоками. Ввести мальчика в семью без шума не получится. Слухи в любом случае пойдут. А тут ещё твоя Донгеша!
– Она не моя!
– огрызнулся Риалаш.
Дейш крепко задумался, и сын решил пока его не трогать. Мама же вообще не выглядела взволнованной. Напротив, на её лице блуждала лёгкая полуулыбка; Тейсдариласа казалась умиротворённой.
– Донгешу казнить не будем, - наконец решил Дейш.
– Что?!
– Риалаш разъярённо вскинулся.
– Если её отец начнёт распускать слухи или вдруг... неожиданно умрёт, то на фоне введения тридцатитрёхлетнего мальчика в семью будет сложно замять недовольство народа. Когда слух один, его можно списать на происки недоброжелателей. Но когда их несколько, у народа начинают возникать мысли, что дыма без огня не бывает. Донгеша будет наказана, но не так.
– Меня это не устраивает!
– не согласился Риалаш.
– Меня тоже многое не устраивает!
– огрызнулся в ответ Дейш.
– Но приходится изворачивать ситуацию под себя, - и, смягчившись, добавил: - Донгеша будет хорошо наказана, не переживай. Я уже придумал, что с ней сделать. Просто не лезь и не мешай мне.
Риалашу только и оставалось, что закатить глаза от бессилия и прошипеть затейливое ругательство.
– А теперь покажи нам нашего правнука, - потребовал Дейш и чуть слышно проворчал: - Одна почти немая, другой слепой... Что за семейка!
Риалаш мстительно усмехнулся и поднялся.
Низкана Риалаш искал по запаху, не зная, где именно его устроили. Добравшись до покоев, за дверьми которых ощущалось присутствие бывшего вольного, наагасах ненадолго замер, прислушиваясь к звукам, а затем решительно распахнул двери. Момент для визита они подгадали что надо.
Низкан оказался в гостиной и в данный момент был очень занят. Малыш Дар, радостно хлопая крыльями, перескакивал с одного предмета мебели на другой, а его хромающий хозяин пытался поспеть за ним.