Об истине
Шрифт:
Вианиша досадливо провела когтями по подоконнику, вспоминая момент, когда в зал вползли три нагини. Одной из них была госпожа Оисиша, а вот двух других оборотница видела первый раз. Обе хрупкие, с тёмно-синими хвостами, красноватыми глазами и длинными, лёгкими как пух белёсыми волосами. Уже потом Роиша объяснила ей, что это родственники со стороны дедушки Вааша. Госпожа Ашика являлась внучатой племянницей уважаемого наагалея, а вторая нагиня была её дочерью. Эта Риэшада сперва Вианише даже понравилась: тихая, робкая и очень нежная. Но потом она подсела к Низкану, а Роиша
Низкан, изначально ни с кем из родственников не общавшийся, сидел немного в стороне от остальных в окружении трёх деток: Шайлины, белокурого Ажена и более взрослого Рашилеша - внука наагариша Делилониса. Дети вели себя шумно, но бывший вольный словно этого не замечал и терпеливо с ними возился. Вианиша пробовала несколько раз к нему подобраться, но из-за этого проклятого наагасаха Вайриша ей это не удавалось.
Девушка заскрежетала зубами, в очередной раз вспомнив наглые и насмешливые чёрные глаза. Очень сильно хотелось вцепиться в кудри наагасаха и повыдёргивать их!
Но эту Риэшаду он пропустил спокойно. Даже не посмотрел на неё! Успокаивающие слова Роиши, что нагиня ещё маленькая - ей всего пятьдесят два года, - оборотницу не утешили.
К тайному злорадству Вианиши, Низкан вовсе не обрадовался нагине. Но ту это нисколько не расстроило. Что-то спросив у мужчины, она с готовностью отсела немного подальше и принялась развлекать детей. И через некоторое время мужчина начал расслабляться.
Вспоминая это, Вианиша ощущала смутное беспокойство. Влюбившись в Низкана больше из собственной прихоти, она вдруг начала находить всё больше и больше причин, чтобы привязаться к нему. Привязаться искренне.
Он был очень добрым, спокойным и честным. Его спокойствие притягивало взбалмошную Вианишу, а нежелание идти на сближение - раззадоривало. Вианише всегда казалось, что мужчины, которые слишком быстро поддаются чарам женщин, не так интересны и даже опасны: они с такой же лёгкостью могут поддаться не только твоим чарам. Другое дело - те, чьего внимания добиться сложно. Малоискушённая в любовных делах девушка строила свои представления, глядя на многочисленных мужчин своей семьи. Папа, дед и Вахеш всегда казались ей очень надёжными, и они плохо поддавались женским чарам. Дед и отец так вообще чарам других женщин не поддавались, хотя те пытались.
Низкан казался ей таким же. Очень надёжным, ответственным и спокойным. Он был цельным и очень привлекал этим Вианишу. Да и внешность его, за исключением щетины, девушке очень нравилась.
И вот сейчас, когда её привязанность начала укрепляться, Вианиша почувствовала первые признаки настоящей ревности. И страха. Она вдруг поняла, что может не успеть покорить сердце мужчины - другая может её опередить. И тогда она, Вианиша, окажется в числе тех женщин, чьим чарам Низкан больше не поддастся.
Девушка наконец поняла, что где-то ведёт себя неправильно. Низкан всегда напрягался в её присутствии, а рядом с этой Риэшадой расслабился. Если так пойдёт дальше, то нагиня подберётся к нему быстрее, чем она.
Закусив палец,
Усилием воли Вианиша заставила себя думать о Низкане. Звериная ярость улеглась, и внутри разлилось тепло. Удивлённо моргнув, девушка поняла, что её зверю эти мысли нравятся, и расплылась в блаженной улыбке. Ну вот, даже её неадекватная половинка любит Низкана!
Хихикнув, Вианиша радостно посмотрела на мокрую темноту за окном и начала раздеваться. Раз она не может подобраться к Низкану в своё разумном облике, значит, пролезет в зверином.
Наагалей Ссадаши возвращался в свои покои в весьма приподнятом настроении, когда мимо него неожиданно прошмыгнул небольшой белый зверёк. Круто развернувшись, наг успел заметить длинный белоснежный хвост, исчезнувший в распахнутом окне.
– Это что такое?
– подозрительно протянул он и, добравшись до окна, выглянул наружу.
Нашёл зверя он не сразу. Сперва привычно взглянул вниз - скальные коты предпочитали прыгать из окон на землю, - а уже потом начал осматривать стену и обнаружил справа, на узеньком парапете, зверя, за которым волочился мокрый от дождя хвост. Потыкавшись в окна, животное шмыгнуло на террасу и проскользнуло в приоткрытую дверь.
Ссадаши едва не вывалился из окна, наблюдая за ним. Выпрямившись, он напрягся и вспомнил, что терраса, на которую шмыгнул странный гость, относится к покоям наагасаха Низкана. И успокоился. Дверь всё равно вела в гостиную, а в гостиной спал наагасах Вайриш. Своего сына он сам как-нибудь убережёт.
Вайриш ещё не успел уснуть. Возбуждённый Дар долго метался из комнаты в комнату, не позволяя никому спать. Успокоился он только полчаса назад, наконец уснув под боком хозяина. Только после этого Вайриш смог позволить себе растянуться на ложе, которое он установил для себя в гостиной.
Когда дверь, ведущая на террасу, раскрылась чуть шире и шум дождя стал громче, Вайриш настороженно приподнялся на локтях. Внутрь скользнуло что-то белое. И живое. Незваный гость приглушённо заворчал и отряхнулся. По полу шлёпнуло что-то мокрое.
Наагасах щелчком пальцев запалил светляк и увидел шуганувшего от света небольшого зверька. Размером он был не больше собаки, мордой походил то ли на волка, то ли на лису. По полу за животным тащился мокрый хвост, до встречи с дождём, видимо, бывший куда пушистее.
– Это что?
– брови нага изогнулись в недоумении.
Зверь, заметив нага, подобрался, прижался к полу и оскалился. В глотке у него заклокотало рычание.
– Серьёзно?
– наг насмешливо фыркнул.
– Ты себя-то видел?