Оазис
Шрифт:
– Ну, расскажите же! Интересно!
– попросила я. Глаза Леля горели огнем, он тоже хотел узнать, какой страшной участи ему удалось избежать благодаря моему участию в его жизни.
– Давайте, я расскажу. Как наблюдавшая это со стороны, - сказала Ренива, а Саграда кивнула.
– Так вот. В Тхаре существуют определенные традиции. У многих народов считается, что свадьба - самый прекрасный день в жизни жениха и невесты. В этот день с них пишут портреты, в их честь произносятся речи, их все поздравляют, дарят подарки, впрочем, чего я вам рассказываю, в Аэрте почти то же самое… Что мы сегодня и наблюдали.
– У нас в Аэрте, - патриотично заявила я, - вообще, как вы
– Да, - сказал Лельмаалат, мечтательно закрывая глаза, - мне, например, очень понравилось, как на меня смотрели эти сильные воительницы из Королевской гвардии. С таким восхищением!
– Если бы ты еще кинжал достал и помахал им, то они бы еще и передрались за право нести вахту у твоих покоев!
– сказала я.
– Я подумаю над этим, - почти серьезно сказал Лель, - но мы отвлеклись. Прости, Ренива.
– Ничего-ничего, сегодня ваш день! Самый счастливый день в вашей жизни, как считается у многих народов.
– Не преминула она нас поддеть, - а в Тхаре… Это день испытаний.
– Ну вот, опять испытания!
– сказал Лельмаалат, - Саграда же уже прошла испытания в Оазисе.
– То, что было в Оазисе, это ерунда, и, кроме того, у нас испытания проходят оба… Так что Тульчиниззу тоже пришлось побороться за мою сестру.
– Туль! Ты серьезно в Тхаре проходил испытания?
– уставился Лель на друга.
– Лель! Это не совсем то, что ты думаешь.
– Да, Лельмаалат, у нас не испытывают силу, ловкость и мастерство. В Тхаре сначала проходит Ритуал Терпения. Когда двоих, жениха и невесту приводят в зал голосов, где голоса убивают их любовь…
Это прозвучало очень мрачно… Я даже поежилась. Саграда и Тульчинизз стали необыкновенно серьезны. А Ренива продолжила рассказ:
– В Зале голосов очень хорошая акустика и голоса, звучащие там, проникают глубоко в душу. Именно к ней они и обращаются. Новобрачным задают вопросы. Вопросы могут задавать все. Более того, даже хорошо, когда это делают близкие люди, которые хорошо знают жениха и невесту и могут достаточно быстро повлиять на них и вызвать у них сомнения… Но будущие супруги никого не видят и никогда по голосам не смогут никого узнать, поэтому можно сказать, что на отношения с близкими это никак не влияет. Это испытание влияет только на отношения между будущими супругами. Голоса говорят и с женихом и с невестой одновременно, но они, хоть и находятся в одном помещении, слышат только то, что предназначено для их ушей. И не могут друг с другом разговаривать. А голоса… - Ренива внимательно посмотрела на нас с Лелем, - их задача рассказать всю правду о твоем избраннике, или то, что они считают правдой. Или найти то, что тебя в избраннике не устраивает или пугает. Цель вытащить наружу все страхи и сомнения, посеять неуверенность в принятом решении, рассказать обо всех недостатках и исказить достоинства. Голоса знают все, даже то, что ты бы сама никогда не заметила. Ритуал продолжается несколько часов. И жениха и невесту постоянно спрашивают, не передумали ли они, уверены ли в том, что они этого хотят. Голоса достают, заставляют сорваться и прокричать, чтобы все отстали, что ты уже ничего не хочешь! Но новобрачные должны оставаться безучастными,
– Ужас какой!
– выдохнул Лельмаалат.
– Но это еще не самое страшное!
– тихо продолжил Туль, - когда ты выходишь из зала, ничего не ответив голосам и не поддержав их в уничижении твоей любви, ты полон сомнений и способен видеть только плохое. Перед глазами стоит пелена чужих недостатков и проблем, и ты понимаешь, что тебе с этим жить и думаешь о том, что же наговорили твоей невесте про тебя…
– И вот тут, - подхватила Ренива, - начинается второй ритуал - Ритуал Любви!
– Я уже боюсь, - сказала я, - хотя никогда не думала, что слово ‘любовь’ может пугать…
– Сам по себе ритуал не страшный, плохо именно то, что он идет сразу после ритуала терпения. Итак, новобрачные покидают Зал голосов и проходят в Зал взглядов… В этом зале напротив присутствует очень много людей. Подбирают преимущественно незнакомых, но если кто-то специально изъявит желание, то может придти. Задача этих людей смотреть, буравить своими взглядами, передавать ими насмешку и превосходство. Мол, сколько бы вы нас сейчас не убеждали, а мы все равно не поверим в вашу любовь, особенно после Зала голосов… А жених и невеста должны признаваться друг другу в любви… И не банально и просто, а рассказывая в подробностях, что им друг в друге нравится, почему они считают что именно их избранник достоин идти с ними по жизни, что в нем особенного и важного именно для них. Они должны говорить красивые слова и вкладывать в свои признания всю свою душу, иначе любовь, сильно пострадавшая после Зала голосов, может и не вернуться… Впрочем, Тульчинизз и Саграда с честью выдержали испытания. Во всяком случае, любовь вернули довольно быстро. И после того, как они, взявшись за руки, стали говорить слова любви только друг для друга, наблюдающие все поняли и удалились!
– Я не знаю, сколько времени мы провели в Зале взглядов, - сказал Туль, - но помню, что вначале мне было очень сложно. Говорить о своих чувствах в присутствии целой толпы незнакомых людей… Это потом я решил, что разницы нет, наедине или перед всеми! Любовь есть и никуда не денется! После этого стало легко, я как будто в первый раз увидел Саграду во всем ее великолепии…
– А я благодаря этим испытаниям очень многое поняла, и про себя и про Тульчинизза, и если бы мне предложили повернуть время вспять и просто устроить свадебный пир безо всяких там испытаний, я бы, наверное, не согласилась… Несмотря на то, что это было тяжело и страшно, я бы прошла через это еще раз!
– Да, - подвел итоги Лельмаалат, - после такой свадьбы, никакие жизненные невзгоды уже нипочем!
***
Я наконец-то это заметил. Хотя не сразу понял, что вижу то, что вижу. Думал, что искристое вино виновато.
– Тульчинизз, ты что, обрезал волосы? Так непривычно… - Мне даже пришлось встать и обойти друга, чтобы полюбоваться на него сзади.
– Лельмаалат, все по канонам, только один человек в семье ходит с красивой прической. Как у вас, например, - и Туль задорно переглянулся с Саградой.
– А как же боевые танцы? Там волосы, как мы помним весьма необходимый элемент!
– Это не для меня. Ты же знаешь, что я не люблю танцевать. А чтобы познавать мир, мне не нужна коса на голове. Даже в Тхаре.
– Ренива, а ты танцуешь?
– спросила у княгини Арье.
– Нет, я больше люблю всякие боевые искусства. На танцы у меня терпения не хватает.
– Ничего, - похлопала ее по плечу Саграда, - если вдруг соберешься в Оазис за мужем, то твоих умений хватит на то, чтобы его завоевать!