Оазис грез

Шелби Филип

– Чем же занимаются мужчины, которых мы встретили?

– Думаю, что их можно назвать старейшинами. Когда могут, они помогают таким распавшимся семьям.

– А кто же оплачивает их одежду и питание, заботится о том, чтобы им было где спать? – спросила Катя, пристально глядя на Майкла.

– Вы немного познакомились с тем, как я расходую свои деньги, – ответил он. – А теперь разрешите показать вам, как я их зарабатываю.

Через полчаса Катя шла вдоль причалов пятой гавани, где расположены наиболее важные пристани бейрутского порта. Нефтеналивные танкеры, контейнеровозы,

торговые суда и зерновозы выстроились вдоль берега насколько хватал глаз, принимали в свои трюмы грузы, которые подавались навесными кранами, огромными десятиколесными погрузчиками и целой армией портовых грузчиков. Здесь тоже Майкл, казалось, был как у себя дома. Его встретил бригадир и повел вместе с Катей в огромное помещение склада, заполненное мешками пшеницы и муки.

– Кое-что из этих грузов поступает из моей долины Бекаа, – с гордостью заметил Майкл, потом добавил с ухмылкой: – Да, Катя, человек, который вас обожает, – фермер. Не разбивайте ему сердце и не отвергайте его только потому, что он такого скромного происхождения.

Катя нервно засмеялась, шокированная такими словами.

– Когда-нибудь я покажу вам долину Бекаа, Она служит хлебной корзиной для Ливана со времен до прихода сюда римлян. Жители этой страны настолько богаты, Катя, что могут себе позволить экспортировать продовольствие тем, кто в нем нуждается. Я не отрицаю, что получаю от этого выгоду. Я бы был глупцом или плохим бизнесменом, если бы не делал этого. И хотя я, может быть, не пачкаю свои руки о саму землю, я забочусь о том, чтобы эти богатства распределялись как можно шире. Вот такие дела, Катя. Вчера вы были так любезны, оказав мне доверие. Сегодня я решил показать вам, что ваше доверие не напрасно. Надеюсь, вы не разочаровались.

– Разве это могло со мной случиться? – прошептала Катя, оглядываясь вокруг.

Она была настолько ошеломлена, что ей казалось, она не уловила более глубокий смысл выражения лица Майкла. Он тоже раздумывает о чистеньких, набожных студентах Христианско-арабского колледжа. Один из его наиболее смелых и ловких ходов заключался в том, чтобы развратить этих молодых людей, превратить их в торговцев героином. В конце концов, кто заподозрит торговцев наркотиками в человеке с золотым крестом на шее? А дети?.. Даже теперь два старика, его подручные, выстраивают их для осмотра перед каким-нибудь дегенератом сирийцем или иракцем, которым для удовлетворения их похоти нужны маленькие мальчики с упругими попками.

Он чуть не рассмеялся, когда понял, какое огромное впечатление на Катю произвело все, что она увидела вокруг себя. Пшеница действительно была его, так же как и поля, на которых ее вырастили. Но Бекаа давала гораздо более ценный урожай, чем этот. В мешках с зерном, отправлявшимся в Африку и Нью-Йорк, был запрятан опиум наивысшего качества, который только существовал на земле.

Майкл привел ее в небольшой ресторан, где, к удивлению Кати, смеющиеся арабские мальчишки подбрасывали тесто для пиццы чуть ли не до потолка.

– Здесь самая лучшая пицца к востоку от пиццерии Рея на Седьмой авеню в Нью-Йорке, – торжественно произнес Майкл. – Некоторые даже утверждают,

что эта лучше.

Катя рассмеялась:

– Не может быть!

Она смотрела, как Майкл скрылся в толпе возле стойки и через несколько минут появился с двумя бумажными тарелками в руках, на которых дымились ломти пиццы с сыром.

– Привет, Катя.

– Дэвид! – Вздрогнув, она взглянула в его холодные, невозмутимые глаза. – Не думала увидеть вас здесь…

– Разрешите присесть?

Не ожидая согласия, Дэвид сел и обратил свое внимание на Майкла, который с пиццей в руках подошел к столу.

– Вы, наверное, Майкл Саиди. Меня зовут Дэвид Кэбот.

Майкл медленно поставил на стол тарелки, вытер пальцы и протянул руку.

– Да, знаю, – холодно подтвердил он. – Ваша репутация и репутация вашей организации «Интерармко» опережают вас.

– Кое-что я слышал и о вас, мистер Саиди.

– Надеюсь, хорошее.

Эти слова Дэвид никак не прокомментировал.

– Вы уехали из Ливана сразу же после смерти отца, так ведь?

– Меня тут ничего не удерживало.

– Похоже на это. В Америке дела у вас пошли хорошо.

– Вы знаете, что говорят об этом, мистер Кэбот. Америка – страна больших возможностей.

– А что же заставило вас вернуться сюда, мистер Саиди?

– Бейрут, Ливан, здесь мой дом, мистер Кэбот.

«Что же все-таки происходит? – спросила себя Катя. Потом в ее голове мелькнула другая мысль. – Откуда Дэвид узнал, где меня можно найти?»

Катя посмотрела в открытую дверь на площадь. Там, наполовину скрытый в толпе, стоял белый «роллс-ройс». С каждой стороны машины стояли как изваяния в текущем людском потоке двое очень крупных мужчин, которые, казалось, смотрели на нее прямо в упор. Они следили за ней!

Катя резко поднялась, ножки стула царапнули по полу из плитки.

– Майкл, извините, но мне надо идти. Я позвоню вам позже.

– Катя, что случилось?..

– Простите!

Пошатываясь, Катя бросилась из ресторана вон на улицу.

– Черт возьми, что происходит? – воскликнул Майкл.

– Ничего такого, что касалось бы вас, мистер Саиди, – ответил ему Дэвид.

Когда Дэвид догнал Катю, ее возмущение прорвалось наружу.

– Какого лешего вы тут делаете?

– Только не так. Катя, – мягко сказал он, беря ее под руку. – Только не на улице.

Она вырвалась:

– Кто дал вам право следить за мной? Дэвид открыл заднюю дверь «роллса»:

– Катя, пожалуйста.

Она неохотно села в машину, которая тут же тронулась, как только он скользнул на сиденье рядом с ней.

– Арманд сообщил вам о человеке, который передал вашему отцу информацию, которая, возможно, относилась к растрате в «Мэритайм континентале», – начал Дэвид.

– Да, он это сделал, но какое…

– Полиция в Э-ан-Провансе сегодня утром обнаружила его тело. Вначале все выглядело как несчастный случай. Любимым занятием этого человека была орнитология. Поднимаясь и спускаясь по крутым склонам холмов, осматривая глубокие лощины, всякий подвергает себя опасности. Но когда обследовали труп и установили, как была сломана шея, то сомнений не осталось: его убили.