О свободе
Шрифт:
– Всё, пошли. И ни слова, - Дарилла сурово посмотрела на мальчишку.
Тот поджал губы. Как будто ему охота получить нагоняй от хранителя!
С наагасахом Дарилла столкнулась в дверях. Вид у него был слегка растрёпанный, взгляд недовольный. У девушки едва хватило духу удивлённо протянуть:
– А что вы так долго?
– Разве?
– почти не разжимая губ, спросил Риалаш.
Неужели эта девочка думала обмануть его своей выходкой? Он живёт не первый век и прекрасно может почувствовать дуновение магии. И откуда это дуновение идёт,
– Да, очень долго. Я даже успел сделать свои дела, - Дарилла безмятежно улыбнулась.
Некоторое время Риалаш просто смотрел на неё, а потом не выдержал и широко улыбнулся.
– Тогда не будем задерживаться, - сказал он обескураженной девушке и махнул рукой в сторону выхода.
Дарилла осторожно, бочком, прошла мимо него и быстрым шагом направилась на выход. Риалаш шкодливо подмигнул мальчишке-помощнику и последовал за девушкой. Всё же интересно, зачем она сюда так рвалась?
– Что ты там стоишь?! Живо сюда!
Помощник испуганно вздрогнул от крика хранителя, отвёл взгляд от странных посетителей и бросился помогать в устранении беспорядка.
Ерха уже ждал их в таверне за накрытым столом. Перед ним стояла тарелка с тонко нарезанным копчёным мясом и бутылка сладко пахнущей наливочки. Дарилла было поджала губы и недовольно посмотрела на старика, но тот улыбнулся Риалашу и гостеприимно махнул на лавку.
– Милости просим, - благодушно протянул он.
– Отметим, так сказать, воссоединение.
И девушка расслабилась: дядя никогда просто так ни с кем выпивкой не делился. И тем более не наливал ей. А тут стояли три чарки.
Риалаш улыбнулся, хотя заподозрил неладное. Но спокойно подсел к старику, подождал, пока Дарилла опустится рядом, и взял с тарелки ломтик мяса.
– Как сходили?
– спросил Ерха.
– Хорошо, - вяло ответила Дарилла, но потом оживилась и, слегка подавшись вперёд, поведала: - Представляешь, на наагасаха стеллаж с книгами упал.
И насмешливо посмотрела на Риалаша. Мужчина нисколько не обиделся, а Ерха выдавил из себя улыбку: чуял он, что не без пособничества «племянника» этот стеллаж упал. Насторожил старика лукавый взгляд наагасаха, словно и для него не составляло секрета, почему его неожиданно погребло под книгами. Но молчит, девчонку ставить на место не спешит.
– Да что ж вы всё закусничаете да не пьёте?
– Ерха подлил себе наливочки и поднял чарку.
– За добрую дорогу.
Риалашу и Дарилле ничего не оставалось, как поднять свои чарки. Девушка даже не успела пригубить напиток, как дверь в таверну с грохотом отворилась, и внутрь ввалился пьяный бородатый мужик. Хозяйка всплеснула руками и горестно ахнула. Но молодой парень-вышибала не зря у неё кормился и пять медек в день получал. Поднял пьянчугу за шиворот и выволок за порог. Нечего всякому отребью в приличной таверне ошиваться. Здесь паломники останавливаются, незачем им смотреть на пьяные рожи.
Риалаш поставил на стол пустую чарку. Ерха встрепенулся и подлил ему ещё. Глаза старика довольно
Через четверть часа наагасаху понадобилось наверх. Он встал, слегка покачнулся. Дарилла запихнула мясо в рот и сделала вид, что любуется стенами. Высокая фигура наагасаха ещё раз пошатнулась. Риалаш приложил ладонь ко лбу, мотнул головой и всё же направился к лестнице. Дарилла тут же передвинулась к Ерхе. Старик молча полез в нагрудный карман, туда, где у него лежал кошель, и достал маленькую склянку.
– Щас спать ляжет и, как дитё, до самого утра, - довольно прошептал Ерха, а потом поморщился.
– Пять золотых на этого гада извёл!
Девушка смерила содержимое взглядом и не согласилась:
– Ну, ты не всё истратил...
– Пять капель, - горестно вздохнул Ерха.
– Пять?
– Дарилла возмущённо посмотрела на дядю.
– Ну так он же нелюдь, - развёл руками старик.
Хлопнула дверь. И Ерха, и Дарилла одновременно обернулись и замерли. Они успели увидеть спину наагасаха. Парочка покрылась липким потом, тут же представив, что им будет, если наследник престола нагов уснёт где-нибудь на улице и его там прирежут. Вскочили со своих мест они мгновенно.
– В следующий раз весь бутылёк выливай!
– прошипела Дарилла Ерхе прежде, чем выскочить на улицу.
Ерха задержался лишь на мгновение. Прихватив мешок, он последовал за девушкой.
Чернобородый вольный и его лысый товарищ стояли на другом конце улицы и посматривали на двери таверны, за которыми скрылся блондинистый красавчик со своими сопровождающими. Чуть поодаль, за углом дома, стоял и сам Низкан. Он прислушивался. За семнадцать лет слепой жизни все его чувства развились и обострились до предела. К тому же на улице было довольно тихо. Шумно было только один раз, когда чернобородый, притворившись пьяницей, вломился в таверну, чтобы узнать, чем занята эта компания.
Раздался хлопок двери, а затем лёгкие, но неуверенные шаги. Низкан повернул голову и призвал свой дар. Золотистые линии тут же сложились в стену дома, потом в его внутреннее убранство, а затем уже вольный различил высокую фигуру. Фигура слегка покачивалась, но как-то неубедительно. Словно человек шёл по корабельной палубе: качаться-то качается, но шаг пружинит.
– О, третий куда-то намылился, - лысый довольно улыбнулся, демонстрируя железные зубы с левой стороны.
– Вот пока его нет, мы этих голубчиков и накроем, - чернобородый в предвкушении потёр руки.
Низкан молчал, напряжённо наблюдая за удаляющейся фигурой. Опять раздался хлопок двери, а за ним ещё один.
– Эти-то куда?
– в голосе чернобородого прозвучала почти детская обида.
На улице действительно появились ещё две фигуры уже знакомых очертаний. Шли они вдоль стен домов, то и дело прижимаясь к ним. Как будто не хотели попасться на чьи-то глаза.
– За ними, - решил было чернобородый, но его остановил холодный голос Низкана.
– Оставайтесь на месте. Я один пойду.