О свободе
Шрифт:
Храм Додрида располагался почти в центре города и представлял собой здание, формой своей напоминающее перевёрнутую чашу. Цвет стен его, желтовато-белый, говорил о почтенном возрасте храма. Немногочисленными украшениями для него служили ряд полукруглых окон, опоясывающих его по кругу, и большие ворота, украшенные выкованными из стали лентами-дорогами: всё же храм был посвящён Додриду - богу-покровителю странников. А на самом верху, в «донышке», зеленел небольшой садик. При взгляде на него возникало ощущение, что у храма имеется зелёная шевелюра.
Дарилла смело переступила порог, по привычке отёрла лоб
Навстречу им уже семенил низенький старичок в коричневом балахоне и деревянных башмаках - жрец.
– Светлых дорог вам, странники, - ласково поприветствовал он.
– Вы хотите испросить благословения на дальнюю дорогу?
– Долгой дороги, почтенный, - Дарилла поклонилась.
– Да, мы хотели бы помолиться. Нам предстоит долгий и опасный путь. А ещё мы хотели посмотреть карту прежнего города, что красуется на стенах этого храма. Её видел ещё мой отец и часто рассказывал о её потрясающей красоте.
– Проходите, проходите, - жрец приглашающе взмахнул рукой.
Странники прошли за жрецом вглубь хщрама и замерли, осматриваясь. Здесь биыло очень светло и просторно. Храм свостоял из одного-единственного помещения, в котором не было нкичего, кроме статуи-столба. Прямо по центру на каменном постаменте сидел, свернув ноги кренделем, бог Додрид. Изображался он в виде щупленького мужичка с тонкими усами и хитрой полуулыбкой. Статуя его не была расцвечена красками, ибо считалось, что бог принимает все цвета мира и ни один художник не в силах запечатлеть яркость его образа. За спиной статуи бога из постамента вырастал мощный круглый столб, который подпирал потолок. Здесь не было ни алтаря, ни столика для подношений, ни лампад... Только статуя бога и картины на стенах.
Стены были расписаны полностью, от пола до потолка. Местами краска слегка облупилась и выцвела, но в целом росписи сохранились превосходно. В основном были изображены сцены из легенд о боге и его последователях.
– Вот бог, - старик-жрец указал на статую, - а за его спиной и карта прежней Тораты.
После этого он удалился обратно к воротам. Там у старика стояло удобное плетёное кресло, в которое он и уселся.
Дарилла и Ерха переглянулись и преклонили колени перед статуей. Если Дарилла думала о том, чтобы побыстрее закончить молитву и посмотреть на вожделенную карту, то Ерха молился очень искренне, прося у бога покровительства в пути и извиняясь за беспокойство. Закончив, они встали и чинно проследовали за статую.
– Вот она!
– торжествующе прошептала Дарилла.
Перед ними была огромная карта Тораты, нарисованная почти десять тысяч лет назад. На ней были изображены сам город и его окрестности. Раньше Тората была куда больше, и храмы имелись не только в её стенах, но и за ними. Карта была действительно хороша. Яркие цвета - коричневые, жёлтые, зелёные - радовали глаз, а крохотные храмы вызывали улыбку: некоторые выглядели весьма забавно.
Дарилла неожиданно метнулась к краю карты, вытянула руку вверх и ткнула в один из храмов. Ерха, щуря глаза, присмотрелся.
– Оно?
– уточнил он.
– Да, - глаза Дариллы
– Храм богини Мирисы - богини сокровенного знания. Раньше он располагался здесь. Потом был отстроен уже в черте города, а прежнее здание, как и все храмы в окрестностях Тораты, было заброшено. Его изображение должно быть здесь!
– уверенно произнесла она.
Речь шла об артефакте Истины. Дарилла знала об этой вещице довольно мало, а Ерха, можно сказать, вообще ничего. Всё, что было известно девушке, - это несколько легенд и кое-какие мелочи из истории священного города Тораты. Артефакт Истины был создан богиней Мирисой. Если верить легендам, то при создании артефакт был наделён многими свойствами. Их перечисление могло бы занять не одну страницу. Но ни одно из этих свойств не было связано с истиной хоть сколько-нибудь. Почему артефакт назывался именно артефактом Истины, было неясно.
Тем не менее, этот артефакт считался символом богини Мирисы. Доподлинно неизвестно, где именно он хранился: жрецы всячески скрывали место его нахождения. Но много тысяч лет назад он неожиданно был утерян. Причины его исчезновения предлагались самые разные: богиня разгневалась за что-то и отобрала свой дар, один из жрецов поддался корысти и украл артефакт, а затем пропал вместе с ним... Версий было много. Но после пропажи артефакт перестали изображать в храмах наряду с другими символами богини. Постепенно облик его стал предаваться забвению.
Желая как-то произвести впечатление на наагасаха Риалаша, будучи в гостях у Таюны, Дарилла вспомнила историю перестройки Тораты. Она лихорадочно искала достойный объект для поисков. Когда Дарилла читала о переносе храмов в стены города, ей как раз запомнились несколько храмов, жрецы которых долгое время отказывались покидать прежние обиталища богов. Среди них были и жрецы Мирисы. Один из символов богини мелькнул в голове девушки, и Дарилла тут же ухватилась за него, выдав мнимую цель их с Ерхой дальнейшего путешествия. Хотя даже представления не имела о том, как артефакт должен выглядеть.
Можно было, конечно, наведаться в знаменитую библиотеку Тораты, куда пускали всех при условии, что сапоги у тебя чистые. Но после случая, что произошёл с Дариллой и Ерхой около двух лет назад, девушка с крайней настороженностью относилась к общественным библиотекам. Лучше уж найти заброшенный храм и поискать то, что нужно, там.
Дарилла лихорадочно зарылась в мешке и достала свёрнутую карту. Развернув её, девушка придирчиво сверилась с большой картой, изображённой на стене.
– Ага, - протянула она.
– Сейчас на этом месте густой лес. Храм должен быть примерно здесь.
Она царапнула карту ногтем, соскрёбывая чернила и оставляя черту.
– Всё, можно уходить из города, - довольно произнесла девушка.
– Мы управились даже быстрее, чем думали.
Ерха облегчённо вздохнул. Ему не терпелось покинуть это место. Старику казалось, что боги могут увидеть их замыслы и рассердиться на них.
Храм они постарались покинуть не спеша, как и положено почтенным паломникам. Но уже за воротами невольно прибавили шаг.
Жрец смотрел им вслед, хитро прищурив глаза и поглаживая невесть откуда взявшиеся тонкие усики. Усмехнувшись, он покосился на статую бога, на которую неожиданно стал похож он сам.