О свободе
Шрифт:
Наагасах раздражённо дёрнул за поводья. Они не смогли преследовать эту троицу ночью: был риск, что лошади на камнях переломают себе ноги. И возобновили погоню только к утру. А Риалаш больше не мог ждать. После заката он неожиданно почувствовал запах Дариллы. Её настоящий запах! И всё его лелеемое спокойствие снесло желанием увидеть девчонку немедленно. Но горы словно смеялись над ним и выставляли одно препятствие за другим. Путники были вынуждены делать большие крюки, чтобы объезжать встающие на их пути скалы. Всё говорило о том, что они не успеют перехватить Дариллу до того, как
Риалаш ударил лошадь пятками в бока и двинулся вперёд. За его спиной многозначительно переглянулись Миссэ с Доашем. Миссэ успел поделиться с братом темой разговора, который возник между ним и наагасахом о любви. И теперь братья с большим интересом следили за своим господином.
– Чую, натворякает Дар чего-нибудь в городе, - Ерха тоскливо воздохнул.
– Кабы платить за погром не пришлось...
Риалаш недовольно посмотрел на старика через плечо.
– Заплачу, - процедил он сквозь зубы.
– Не обеднею.
– Постойте!
– на обеспокоенный голос Низкана обернулись все.
Мужчина смотрел назад, и лицо у него было взволнованным.
– Что такое?
– не выдержал Доаш.
– За нами следует отряд из девяти всадников, - сообщил Низкан.
Наступило напряжённое молчание.
– Я все эти дни назад не смотрел, - в голосе бывшего вольного прозвучали нотки вины.
– Не до этого было. Так что не знаю, как давно они там едут.
Наги втянули воздух. Риалаш помрачнел, братья тихо выругались. Запаха не было.
– Этого только не хватало...
– недовольно протянул Миссэ.
Лореса давно терзали мысли, что он неправильно предположил причины метаний путников. Сперва они неслись вперёд сломя голову через леса, потом едва тащились по тракту, затем опять сорвались и начали петлять между скалами и кряжами. Они словно преследовали кого-то. Именно так поступал сам Лорес, следуя за путниками.
Подобраться ближе Воинтар не решался: Тёмные знают этих искателей, вдруг они оборотни. Неясные подозрения терзали Лореса по поводу расовой принадлежности этих мужчин.
И тут ещё в небе постоянно мелькали драконы. На них можно было бы и не обращать внимания, но дело было в том, что пути крылатых рептилий и искателей уже по крайней мере два раза пересекались, что было очень странно. Вот и сейчас высоко в небе в сторону севера пролетели восемь драконов. А в ту же сторону направлялись и искатели артефакта...
До Додины девушки добирались почти полтора часа. Город вырос перед ними неприступной стеной, горделиво выпятив крепкие стены и красуясь многочисленными штандартами и флагами, что реяли на его шпилях. Островерхие крыши башен возвышались над стенами и посматривали на прибывающих путников со снисходительным радушием. Одного взгляда хватало, чтобы понять: городу уже не одна тысяча лет, он пережил многое и пережил с достоинством, не утратив ни своего величия, ни великолепия.
До распахнутых железных ворот девушки добрались, можно сказать, из последних сил. Дарилла-то ещё чувствовала себя довольно бодро, она была более привычна к различным невзгодам, что подстерегали путника в дороге. А вот Нарена под тяжестью вещей совсем обессилела. Но тем не
Страже Дарилла сказала, что они с сестрой несут заболевшего брата к лекарю. Мужчины осмотрели её с ног до головы, ухмыльнулись, но, взглянув на арбалет, висевший на спине Нарены, ничего говорить не стали. Дарилла и так всё поняла без слов: амулета-то на ней не было, а стражники - оборотни. Наверняка учуяли всё, что ей хотелось бы скрыть. Ну да и боги с ними!
Постоялый двор Дарилла выбрала недалеко от торговой площади. Вышло не очень дешево, но зато место оказалось более-менее приличным. Они с Нареной сразу ушли в комнату, где Дарилла тут же уложила Рийгана на кровать, стянула с него сапоги и как следует завернула в одеяло. Нарена же, совсем обессилев, села прямо на пол.
– Вроде тёплый, - с сомнением протянула Дарилла, трогая лицо мальчишки.
– А почему он не приходит в себя?
– чуть слышно спросила Нарена.
– Да я ж не лекарь...
– с досадой ответила Дарилла. Вспомнилось, что она обещала пойти в ученики к лекарю, если её товарищи оправятся после травм, полученных при обвале. Совсем она про него забыла...
Девушка оставила своих попутчиков в комнате, а сама спустилась вниз и заказала обед и горячую воду. Нужно привести всех в порядок перед тем, как идти к дяде Нарены. А то их в таком виде на порог приличного дома не пустят.
Дарилла решила, что просто проводит этих двоих к первоначальной цели их путешествия и больше ничего делать не будет. В конце концов, то, что случилось с мальчишкой, её не касается. Ей заплатили за похищение и услуги проводника. А она уже и так потратила часть оплаты на их путь. Хватит и этого. Хотя внутри что-то свербело. Девушка успела немного привыкнуть к своим наивным попутчикам, и ей было жаль их. Ну не верила Дарилла в то, что дядя Нарены с пониманием отнесётся к дружбе племянницы с безродным мальчишкой. Даже если эти двое умолчат о своей любви друг к другу.
По возвращению в комнату Дариллу ждал сюрприз: Рийган очнулся. Радостная Нарена хлопотала вокруг него, предлагая то воды, то еды, то ещё одно одеяло.
– С пробуждением, герой, - проворчала Дарилла, усаживаясь рядом с мальчишкой на кровать.
Несмотря на сердитое выражение лица, она была рада, что Рийган пришёл в себя. Но сейчас следовало показать мальчишке, что она очень и очень недовольна, чтобы он охотнее ответил на все её вопросы.
– Рассказать ничего не хочешь?
Лицо Рийгана было серовато-бледного цвета, веки едва приоткрыты, губы дрожали, но после вопроса Дариллы в его глазах мелькнули беспокойство и страх.
– Давай, рассказывай, - подбодрила девушка.
– Ты и так уже раскрылся.
– Может, потом...
– жалобно протянула Нарена.
– Он же только очнулся.
– Нет, сейчас, - жёстко ответила Дарилла.
– Мне нужно знать, с кем я имею дело. Даже ты ничего про него не знаешь.
Щёки Нарены порозовели. Ей было неловко оттого, что она такая наивная и доверчивая. Девушка понимала, что это не доведёт её до добра, но пока никак не могла заставить себя относиться к другим людям с подозрением.