O(r/d)dinary
Шрифт:
Город снизу очаровывал и вдохновлял. Город сверху удостаивался только косого взгляда и появлялся на рисунках очень редко.
Ян Ален любил одиночество и тишину, которую оно дарило.
Однако теперь в его маленький тихий мир ворвался посторонний, который ничего об этой иллюзии спокойствия не знал.
***
Даже несмотря на распространяющуюся вокруг Алена угрожающую ауру, близость с ним давала странное ощущение защищённости. Тот факт, что вчера он, кажется,
Изящная рука Яна плавно выводила на листе линии. Её уверенные движения успокаивали, создавали иллюзию, что всё в мире – легко и просто. Вот линия, вот вторая. Собрались в фигуру, заштриховались, стали единым целым. Если не стали, их стерли, вновь сделав лист белым.
Рука, на которую Ликс засмотрелась, протянулась в ее сторону, подставляя ладонь.
Её обладатель на нее не глядел – этот жест скорее наполняла безысходность. «Раз уж тебя на меня повесили, придется няньчиться» – буквально было написано на лице Алена, хотя на первый взгляд оно и не выражало никаких эмоций.
Ликс ничего не оставалось, кроме как ухватиться за эту приглашающую сесть рядом руку и взобраться на парапет.
– Так, откуда ты вообще взялась? – Ян вернулся к рисованию и добавил к городскому пейзажу летящую птицу.
Уже с первой его фразы Ликс поняла, что ничего хорошего от предстоящего разговора ожидать не стоит.
– Наверное, меня случайно подобрали, – только и оставалось ответить ей. Она и сама-то не знала, как это сложилось.
Кажется, Ян такое объяснение не оценил.
– М-м-м, – протянул он. – Какие планы на будущее?
– А под планами ты имеешь ввиду?...
– Ты нам не подходишь.
Сказал, как отрезал.
Не находись Ликс в десятках метрах над землей, она бы, наверное, постаралась настоять на том, что Ян не прав, да только толку от этого все равно бы было никакого. Она ведь и сама не считала, что в клубе найдется для нее место.
Так что получилось только задать вопрос – очень глупый и детский:
– Почему я вам не подхожу?
– У нас слишком опасная работа для взбитых сливок вроде тебя.
– Понятно, – Ликс улыбнулась. Она-то думала, что тут дело в личной неприязни, а всё оказалось гораздо проще.
***
Ален покачал головой. Заложив карандаш за ухо, он, наконец, перевел глаза с рисунка на Ликс.
Девушка сидела с низко опущенной головой и, похоже, была намерена прямо сейчас пуститься в бега, раз уж доставляет столько неудобств.
Случай, прямо скажем, безнадежный. И у этого случая, кстати, очень милые веснушки.
Почувствовав на себе взгляд, Ликс посмотрела на Яна. Ее поразительно-яркие глаза вдруг обожгли Алена светом.
Закат постепенно таял за горизонтом. Ветер переплетался с прядями волос.
Что прячется в этих зеркалах души? Какая история
Ян понятия не имел, как и не знал, зачем задается этими вопросами.
– Какая встреча. Чего вы тут? – вырвал его из размышлений голос Джерри.
Кой черт ее сюда принес?
Ян как-то уж очень тяжело вздохнул. Едва воцарившаяся вокруг него спокойная атмосфера вновь сгустилась, переплетаясь с нотками раздражения. «Черт» тоже обнаружился – Алекс стоял рядышком с Джерри.
Кот всегда знает, где найти его при необходимости – шутки, что причина этого в том, что они с Аленом в свое время выползли из одного мрачного ужастика, все еще были актуальны.
***
– Рин вчера удачно оказался под дверью, неужто не разболтал? – тон Яна звучал опасно спокойно. Ликс кожей чувствовала накаляющуюся атмосферу.
– Да разве из него хоть слово вытянешь, если не хочет говорить? Ты же знаешь, его можно в разведку отправлять работать. Ну, так что? – Фэй, кажется, очень любила забавляться с манерой Алена злиться по любому поводу.
Ян сделал жест, обведя шею пальцем:
– Ты что, не видишь это?
– Что? – Часовая сделала вид, что приглядывается. – Это что, невидимая петля?
Кот со скукой посмотрел на Ликс и немного удивился.
– Ага. Из красной нити, да еще и на бантик завязана.*
– Я имел ввиду ошейник. – Ян притворился, что не услышал в словах Алекса подкола.
– О! Так Снежик теперь сторожевой пёс? – восхитилась Джерри.
– Гав.
– Да какой из него пёс, – Алекс похлопал Яна по плечу. – Так, сторожевой хорёк. Хорьки не гавкают и ошейники не носят, но зато воруют птичек.
Фэй согласно закивала.
– Точно. Так что хватит тут крутого строить. Если встречаетесь, так и скажите.
Ликс залилась краской. Что в голове этой Часовой? Ален бросил на нее такой взгляд, что Ликс стало совершенно ясно – не будь сейчас рядом с горе-шутницей Кота, она бы уже доживала последние мгновения своей жизни. Что до самой Ликс, она не знала, как ее саму, сидящую на расстоянии вытянутой руки, еще не отправили считать этажи.
– Пора домой, – Ян бросил скетчбук в сумку и вновь поднял Ликс, теперь уже за шкирку, чтобы «вернуть туда, откуда взял».
И пока Ликс пыталась понять, откуда в изящных руках Алена столько силищи, ее уже схватили за запястье и потащили к ведущей в здание двери.
– Эй, Ян! – Фэй все не унималась. – Почему уходишь от ответа? Вот какие у тебя вкусы, оказывается?
Ликс почувствовала, как пальцы на ее запястье сжались сильнее. Но их обладатель, будто опомнившись, и вовсе их расслабил, позволив руке высвободиться, и предоставляя Ликс возможность самой семенить следом.
За спиной Ликс услышала голос все той же Часовой, обращающейся к Коту: