O(r/d)dinary
Шрифт:
– Вот только странные люди знают, что большая сила равна большой ответственности. Страх же в сердцах обычных заставляет их совершать гнусные поступки. Они устраивают слежки, собираются в целые организации и истребляют тех, кто от них отличается. Те же, кому, предположим, везёт больше, проживают свою странную жизнь в постоянном недопонимании и гонениях. Со временем они смиряются с этим и остаются совсем одни посреди толпы. Бывает, конечно, и ещё хуже. Некоторые оказываются лишними даже среди одаренных.
Ликс, шагая по бордюру, рассматривала банку
Заметив, что Ликс улетела в дали раздумий, Ян решил перевести разговор в другое русло.
– Не слишком думай обо всём этом. Мысли, знаешь ли, не помогают – помогают только действия. А мы не можем заставить их признать нас, так что...
– Нет, Ян,– прервала его Ликс. – Я думаю не об этом... Скорее о том, что каждый из нас уже прожил жизнь, хоть пока и короткую, но полную лишений. Я знаю пока обо всех понемногу, но даже этого уже достаточно, чтобы посочувствовать.
Ян не мог не согласиться. Пустая банка летит в мусорную урну.
– Бин из-за своих сил могла остаться в камере до конца дней. Джерри бы поймали и насильно заставили быть предсказательницей, Алекс бы наверняка погиб в перестрелке, Рин бы умер в больнице и они с Черри никогда бы не встретились. Ликс бы так и оставалась одна всю жизнь. Да и если бы Джесс изначально не выдержал давления – этого всего бы вообще могло не быть.
– А Ян? – Спросила у самого Яна Ликс.
– А Ян бы не встретил Ликс.
– Ален, это не ответ! – щеки Ликс опалила краска.
– Опять я Ален. Прям как в старые добрые! – смеётся Ян.
И Ликс понимает, что это правда. Они так сблизились, что она уже стала забывать эту свою старую манеру уважительного обращения. Сейчас она и ей самой казалась очень странной и забавной.
– Ты можешь рассказать, как жил, пока не вступил в Клуб? – делает она новую попытку.
– Полагаю, весьма печально. В общем, как и все, добавлять особо нечего, – но собеседник так упрям, что на него нет никакой управы.
– Пожалуйста, Ян.
Ян расплывается в довольной улыбке. Но всё равно покачивает головой.
– Я стараюсь поменьше вспоминать об этом. Та жизнь осталась в прошлом – толку вспоминать о ней в настоящем?
Наверное, всё же, бередить его раны не стоило. Сам расскажет, когда посчитает нужным. Но Ликс хотя бы попыталась.
Как и ожидалось от ее максимальной невезучести, Ликс оступилась. Но, к большому удивлению, не упала. Заранее подставленные руки Яна подхватили, и он с нежностью прижал ее к себе.
– Солнце, будь осторожней. Пожалуйста.
В это мгновение мир вокруг замер. Все звуки отключились. Остались только тёплое дыхание на покрытой веснушками щеке и пытающееся вырваться из грудной клетки сердце.
Обнимающие руки всё не желали отпускать. Ликс поймала себя
Весна всё же соизволила наступить. Деревья цвели и засыпали лепестками улицы и прохожих.
Ликс заметила несколько запутавшихся в красных прядях. И осторожно их стряхнула.
Ян в ответ забрал у Ликс банку, открыл и вложил обратно ей в руку.
Потрепал по волосам. И, переплетя с ней пальцы, зашагал к месту их сегодняшнего дозора.
Хотелось наслаждаться жизнью. Думать о завтрашней миссии не хотелось.
Акт LXXXVI. Орден Драконов
Правило клуба O(r/d)dinary №83: Вера обращается в крылья. Если веришь – обязательно взлетишь
Ян многое бы отдал, чтобы утро не наступало. Он лежал с Ликс в обнимку, считая часы до рассвета.
Минуты бежали слишком быстро. Предыдущие бессонные ночи давили на веки слишком сильно. А с Ликс было тепло.
Тепло просочилось под кожу, тепло захватило его чёртову ледяную душу.
"Ян, как ты жил до этого?"
А как он жил? Кем он был? Кто тот ребёнок, который смотрел на себя в зеркале, нацепив отцовскую корону и привстав на носочки, чтобы казаться выше?
Всё, что осталось от того Яна – отцовская зажигалка, книга сверхъестественных существ да красноглазые твари, приходящие к нему по ночам. Даже спустя столько лет они смеются над ним своими зубастыми пастями и разрывают тело отца на мелкие кусочки. Пока он сам следует безоговорочному приказу – спасать свою жизнь.
Ян снова слышит в ушах их вой вперемешку со смехом. И проваливается в тяжёлый сон.
Ликс не спит. Ликс чувствует, что ему снится кошмар. И впервые осознанно даёт волю своей способности услышать мысли Яна.
***
Но ещё были крылья.
***
– Иллюзию-реальность нельзя использовать во зло. Значит, это сила для создания чего-то хорошего?
Ян озадачен. Ему пока слишком мало лет, чтобы полностью осознавать слова отца. И отец это знает – просто такие вещи как раз и следует вбивать в голову будущему наследнику способности с детства.
– Верно. С ней ты можешь создать что угодно. И спасти множество жизней.
Ян слушает внимательно. На нём всё ещё тренировочная форма – отец выловил его сразу, как только у мальчика закончились занятия с учителем боевых искусств.
Ян правда пока ещё слишком мал. Сил ему не хватает, зато стремление, с которым он каждый день рвётся в бой, чтобы научиться новому, выше всяких похвал. Он никогда не жаловался, не ленился и не капризничал, как частенько делали его ровесники. Потому что, пусть пока ещё и детским умом, но понимал, что на него возлагают надежды. И он старался их оправдывать.