О пользе проклятий

Панкеева Оксана

– А что, я произвожу впечатление тяжело больного человека?

– Иногда, – серьёзно сказал Торо. Он хотел ещё что-то добавить, но Эспада вдруг резко вскочил, чуть не опрокинув стул, поймал стул на лету и пододвинул к столу.

– Прошу вас, – сказал он.

Кантор оглянулся. Азиль, как всегда, подошла совершенно бесшумно. Даже он не услышал.

– Спасибо, – сказала она и села, с откровенным любопытством разглядывая мистралийцев. Эспада оглянулся и утащил стул от соседнего стола. Господа за соседним столом неодобрительно

проследили за уходящим стулом, затем остановили взоры на причёске Эспады и дружно уткнулись в тарелки, сделав вид, что ничего не заметили.

– Здравствуй, Азиль. – Кантор снова улыбнулся и поставил мороженое на стол. – Как поживаешь?

– Неплохо, – ответила она. – А ты? Ещё не надумал?

– Почти, – кивнул Кантор. – Но не сегодня. Ты познакомишь меня со своей подругой? Я её только что видел здесь, в зале.

– Здесь? – Азиль завертела головкой, разыскивая подругу. – Точно, вон она. Да здесь вся библиотека… Надо ей сказать, чтобы домой уходила.

– Почему? – удивился Кантор. – Что-то не так?

– Ты же видел Казака? Ты его знаешь?

– Немного. А ты видела, что он сделал?

– Видела. Есть у него такое милое заклинание собственного сочинения. «Стань собой».

– Ой-ой… – тихо сказал Кантор. – представляю, что начнётся в кабаке, когда все станут собой… Это пока трезвые ещё ничего, а как выпьют… А ты что же не уходишь?

– Мне это не страшно, я всегда остаюсь собой. А вот Ольгу надо спровадить, а то будет скандал. Я вижу, чепчик она уже сняла, значит, началось.

– А при чём тут чепчик?

– Она его не любит, – улыбнулась Азиль. – Носит, потому что положено, и ругается всё время по этому поводу. А она по сути своей – бунтарская душа, и, став собой, она начнёт бунтовать против всего, что ей не нравится. И будет скандал.

– Постой, – попросил Кантор. – Познакомь меня с ней, и мы вместе уйдём. У нас ещё есть время?

– Есть. – Азиль снова оглядела его товарищей. Внимательно и пристально.

– Выбираешь? – спросил Кантор. – Или просто так заглядываешь? Нравится кто-то?

– Выбери меня! – не удержался Ромеро. – Я очень хочу!

– Хоти в тряпочку! – осадил его Кантор. А нимфа, с улыбкой посмотрев на него, сказала:

– Нет, ты мне не нужен. – Потом перевела взгляд на Торо и сказала: – А тебе не нужна я.

И остановила взгляд на фехтовальщике.

– Ты мне нравишься. Хочешь, я приду к тебе сегодня?

Эспада слегка оторопел и вопросительно посмотрел на Кантора.

– Что ты мнёшься? – улыбнулся Кантор. – Соглашайся.

– А где?

– Ради такого случая сними отдельную комнату. У тебя деньги есть или тебе дать?

– Есть, конечно… А что я ещё должен делать?

– То же, что и обычно. Что ты, как маленький.

– Просто я никогда не встречался с нимфой.

– Не бойся. Я подойду к тебе чуть позже, – засмеялась Азиль и повернулась к Кантору. – Ты умеешь танцевать

фламмо?

Кантор прислушался к музыке и в очередной раз одарил присутствующих ослепительной улыбкой.

– Какой же мистралиец не умеет танцевать фламмо?

– Потанцуешь со мной?

– Ну, конечно!

Они одновременно подхватились со стульев и вприпрыжку направились в центр зала. Эспада проводил их взглядом и спросил:

– Ну что, вы уйдёте или останетесь?

– Мне-то все равно, – пожал плечами Торо. – Не думаю, что я настолько двуличен, чтобы бояться этого заклинания. И мне до смерти интересно, что же ещё кроме танцев отмочит Кантор, став собой.

– Не знаю, – вздохнул Эспада. – Не знаю, что отмочит Кантор, а вот мне надо уходить поскорее, потому, что меня начинает одолевать сильное желание вызвать кого-нибудь на поединок.

– И чего я сюда пришла? – ворчала Клара – Что интересного в том, чтобы поесть, выпить и поплясать? Я вообще плясать не люблю. Лучше бы я почитала книжку дома. Или пошла в гости к Жаку. Он такое рассказывает… Он стольким интересным вещам научился от переселенцев, с которыми он работает. Я тоже хочу работать с переселенцами. Это интересно.

– А я хочу замуж, – вздохнула Лаура. Её кавалер тоже обречённо вздохнул.

– А я не знаю, чего хочу, – сказала Ольга. – Зато точно знаю, чего не хочу. Не хочу ходить в этом траханом чепчике и в этом платье. И не хочу, чтобы каждая засранка, которой бог ума недодал, хихикала тут непонятно над чем. И вообще думаю, не надрать ли ей задницу.

– Ты имеешь в виду Зиану? – уточнила Клара. – Она, конечно, вредная, но драться некрасиво. И ругаться такими словами тоже. Пусть себе пляшет со своим младшим писарем. А ты не хочешь потанцевать?

– Я не умею, – вздохнула Ольга. – Я ваших танцев не знаю. А Зиана, кстати, танцует, как корова. Я бы на её месте и не выходила позориться. Ты посмотри на Азиль.

– Ну, нашла с чем сравнить. По сравнению с ней мы все коровы. А посмотри, какой у неё кавалер!

– Да, он красивый, – согласилась Ольга.

– Не сказала бы, чтобы он уж такой был красивый, но танцует здорово. И как Азиль не боится с мистралийцами связываться?

– А ей-то чего бояться? Она же, наверное, затем и подошла к ним, чтобы найти себе мужчину на ночь. Да и в любом случае, кто же обидит нимфу?

– Всякие бывают люди, – наставительно заметила Клара.

Музыка сменилась, и пары стали возвращаться на места. Азиль со своим кавалером направилась почему-то к их столу, издали махая рукой.

– Ольга! – крикнула она, приблизившись. – Подойди сюда.

«Значит, это всё-таки он, – подумала Ольга, выбираясь из-за стола. – И она хочет нас познакомить».

– Привет, – сказала она, кивая подружке.

– Здравствуй, – улыбнулась нимфа. – Вот, познакомьтесь. Это Ольга. А это Кантор.