О любви

Гичко Екатерина

– Мы не ревнивые, - не согласился с ним Риалаш, - мы просто предусмотрительные. И стараемся ограждать своих женщин от различного рода соблазнов. К тому же...
– он перевёл взгляд на консера, - вам ли упрекать нас в ревности? До нашего княжества доходили слухи о вашей просто невероятной ревнивости в более молодые годы.

Отец всегда хохотал, когда читал донесения из Салеи, если там было что-то о личной жизни сперва просто господина Хеша, а потом уже консера Хеша. Злорадствовал.

Замечание попало в точку: консер перестал улыбаться

и скривился.

– Моя жена чем-то похожа на вашу невесту, - кисло заметил оборотень, - и обществу мужа частенько предпочитает шатание по окрестным лесам.

Ханеш тоже скривился. Видимо, его жена тоже огорчала его подобным же образом.

Последнее заявление заставило Дариллу с удивлением посмотреть на консера. Такой влиятельный мужчина, а с собственной женой справиться не может! Но размышления об отношениях консера с женой вылетели из головы девушки, стоило ей посмотреть на руки оборотня. Рукава немного оголили его запястья, и Дарилла увидела множество точечных шрамов, похожих на следы зубов. Взглянув выше, на шею мужчины, она заметила подобные шрамы и там.

Девушке стало нехорошо, когда она представила, сколько боёв этому мужчине пришлось вынести, чтобы доказать свою силу и усмирить всех, кто смел выступать против него. Улыбка консера сразу перестала казаться ей такой уж добродушной.

– Я слышал, у наагашейда родился ещё один ребёнок, - консер с любопытством посмотрел на наагасаха.

– Да, у меня родилась ещё одна сестра, - весьма сдержанно ответил Риалаш, хотя его просто распирало от гордости. Как и любого нага, его очень радовало то, что в их семье столько женщин. Даже несмотря на то, что они доставляли много головной боли.

Господин Хеш прицокнул и протянул:

– Никогда бы не подумал, что у наагашейда будет больше одного ребёнка. А тут надо же, оброс семьёй и стал отцом восьми детей. Удивительно...

Дарилла вспомнила наагашейда и согласилась с консером. Ей было сложно представить этого нага в роли любящего и заботливого отца.

Риалаш же загадочно улыбнулся, не став комментировать слова господина Хеша. Тот продолжил:

– До меня дошли слухи, что среди детей наагашейда пять дочерей.

– Это так, - подтвердил Риалаш.
– Трое из них, к огорчению отца, уже замужем.

– Как ему несказанно повезло, - вздохнул Хеш и посмотрел на сердитую Вианишу.
– А в нашей семье всего одна-единственная девушка. Видите ли, у моего отца Шереха всего девять сыновей. У меня и у всех моих братьев тоже одни сыновья. И у наших сыновей тоже одни сыновья. Кроме Ханеша. У него у единственного есть дочь. И за какие заслуги тебе так повезло?
– консер с завистью и в то же время с гордостью взглянул на сына.

Тот усмехнулся и ответил:

– Наверное, потому, что вы с дедом у жён своих согласия на брак не спрашивали. А я на моей дорогой супружнице женился с её полного одобрения.

Консер прищурился и ехидно улыбнулся.

– Хитростью, поганец, взял.

Ханеш

улыбнулся в ответ и не стал опровергать слова отца.

Разговор с семьи плавно перетёк на обсуждение государственных проблем. Дарилла сначала пыталась прислушиваться к беседе мужчин, но с досадой отметила, что смысл большей части разговора для неё непонятен, и вернула своё внимание трапезе. Тем более она была голодна.

Через четверть часа Дарилла обратила внимание, что Вианиша делает ей какие-то знаки. Наверное, эта немая пантомима с размахиванием рук была направлена на то, чтобы что-то незаметно сообщить Дарилле, но в итоге оборотница привлекла внимание почти всех. Заметив это, Вианиша сердито зашипела и буркнула уже для гостьи:

– Можно тебя на пару минуточек?

– Конечно, - Дарилла радушно улыбнулась и перевела взгляд на наагасаха.

– Что?
– Риалаш вопросительно изогнул брови.

– Хвост, - коротко обозначила проблему девушка.

Наследник недовольно нахмурился, но его хвост всё же медленно освободил её стул и утянулся под стол.

Девушки чинно прошествовали в уголок, где Вианиша возбуждённо зашептала на ухо Дарилле:

– Слушай, а вон тот - правда твой брат?
– она осторожно кивнула в сторону стола.

Дарилла прищурилась и поняла, что девушку заинтересовал Низкан.

– Ой, Вианиша, не трогай его, - весьма искренне попросила девушка.
– Он женщин...
– она запнулась, но всё же решила не говорить «боится», - ...совсем не любит.

– Совсем-совсем?
– расстроилась Вианиша.

– Совсем, - решительно подтвердила гостья.
– К тому же он был сегодня покусан одним из твоих братьев, что не добавляет ему любви к вашей семье.

– Убью Рейша!
– угрюмо пообещала оборотница.

– И Низкан гетекарий, а гетекарии все слепые. Он даже не сможет оценить твою красоту.

– Правда?
– Вианиша почему-то очень сильно воодушевилась, и глаза её сверкнули огнём.

Дарилла покосилась на неё с опаской.

– О-о-о, - оборотница возбуждённо переплела пальчики, - это будет такая сложная любовь! Он - гетекарий, ненавидящий женщин и не способный оценить мою красоту! Я - та, кто полюбит его сильнее жизни и отдаст ему всю себя!

– Полегче-полегче, - Дарилла по-настоящему испугалась.

– Ты не представляешь, как мне надоели мужчины, которые пускают слюни на мою фигурку и симпатичное личико!
– с запалом продолжала Вианиша.
– А для него моя внешность не будет иметь значения, и он полюбит меня за мою душу!

У Дариллы рот открылся сам собой. Она была не в силах произнести ни слова. Её просто поразила невероятная уверенность девушки в том, что её обязательно полюбят.

– Я добьюсь его!
– оборотница решительно сжала кулаки и развернулась к столу.

Дарилла испугалась, что та ринется в бой прямо сейчас, но Вианиша только вперилась взглядом в Низкана и предвкушающе улыбнулась.