o f2ea2a4db566d77d
Шрифт:
заостряют, потому что считают, что люди произошли от собак| :понятия не имею, кто её
теперь остановит, но василиса и иван – это одна история| :а борис – это уже алёнушка шире
взяла| :и когда загрызла дину, то ведь тоже шажок в сторону был| :месть её отцу-чиновнику,
нагревшему руки на чьих-то бедах| :только вот я не знаю, как это поможет| :ну отняла она у
него самое дорогое| :а он ведь не видит, что это кара| :наоборот, считает себя жертвой||| :но
алёнушке
чьём-то месте я бы теперь очень боялась, ох как дрожала бы| :потому что эта сила вырвалась
на свободу| :и пока она не уничтожит то, что её породило – не остановится| :во^ :я тоже
падка до эффектностей, гага| :и, кстати, не ищи связи между рисунками серебрякова и
историей алёнушки| :ищи в деревянной комнате| :конец сеанса связи_
Яша и Илья оставили пререкавшихся женщин и прошли вперёд по одноколейке разведать
обстановку. На карте Карины Эдуардовны была отмечена неопределённая область возле
границы. Лебедев объяснил, что именно в этой точке одноколейка ближе всего проходила от
финской границы, здесь дорога делала поворот на Вяртсиля, и, по его словам,
опознавательным знаком им могло послужить озеро, расположенное в низине, с правой
стороны по направлению движения. Именно его Яша и увидел.
– Ничего не чувствуешь? – обратился он к Илье, стоявшему рядом на путях. Оба они
вглядывались в пограничный лес.
–
А что я должен чувствовать?
–
Ну головную боль там. Галлюцинации ещё не начались? – Яша хохотнул.
–
Да байки, наверное. Холодно и мокро, вот и всё.
– Слушай, тебе не кажется, что женщины постоянно втягивают нас в какие-то
нехорошие истории? – спросил Яков своего приятеля. – И мы покорно следуем на поводу у
их капризов. Вот чего нас сюда занесло?
–
А куда завели человечество мужчины, руководствуясь своей хвалённой логикой? –
ответил Илья.
К ним подошли мягко улыбающаяся Карина Эдуардовна и притихшая Вика.
– Ну вот ваш лес, - Яша махнул в сторону безучастного ельника. – Местность не
болотистая, авось прогуляемся без напрягов. Куда прикажите идти?
– Вперёд!
– с готовностью ответила старушка и первая сошла с одноколейки. Остальные
захватили вещи, покоившиеся на дрезине (мужчины – рюкзаки, Вика – ружьё), и
отправились следом.
Казалось, дикий еловый лес полон хрустальной чёткости и простоты, деревья стояли снизу
обнажённые, а покрытые иглами ветви начинались высоко наверху, что создавало иллюзию
177
пустых пространств между стволами и обещало лёгкое продвижение
Путешественники мгновенно убедились, что это обман. Во все стороны от елей тянулись
тончайшие веточки, покрытые чешуйками – они преграждали путь, хватали за волосы и
одежду, вечно норовили укусить в глаз. Как ни хотели люди двигаться точно вперёд, деревья
постоянно искривляли траекторию их движения. Лес метил путников незаметными
паутинками, комарино лакомился их кровью и досадой. И вместе с тем дарил им здоровый
аромат хвои и стелил под ноги мягчайший игольный ковёр, такой толстый здесь, что даже не
верилось в земной покров где-то там на глубине. Всё вокруг похрустывало, отвечая
движениям людей.
Они шли на просветы в деревьях далеко впереди и наконец достигли поляны. Тут и
замерли синхронно, поражённые открывшимся видом. Напротив, за пределами свободного
пространства, примерно в двух километрах ходьбы, высилась стена соснового леса.
Однотонная буро-красная стена, давящая своим фантастическим видом. Илье, снявшему
очки, когда он вышел из ельника, чтобы протереть стёкла, сперва даже показалось, что
далеко впереди расположено какое-то древнее строение из тёмно-красного кирпича. Но вот
он пригляделся через линзы и вместе со всеми убедился, что перед ними лес.
–
Какого чёрта? – удивился Яков.
Карина Эдуардовна как-то мечтательно вздохнула и ответила:
–
Радиация. Это мёртвый лес.
– И вы хотите, чтобы мы туда пошли?!
– Надеюсь, это не понадобится. Мы пойдём вон туда.
И женщина указала направо, где посреди поляны торчали бледно-бежевые руины
одноэтажного, каменного здания. Остались только части стены, виднелся проём окна и
огромная, выгрызенная в кирпиче дыра на месте бывшей двери.
–
Что здесь произошло? – спросил Илья у матери.
–
Я, как и ты, впервые тут. Честно признаюсь, никакой информации об этом месте у
меня нет.
– Это, типа, мини-Чернобыль, что ли? – Вика продолжала смотреть на погибший лес.
Никто ей не ответил. Следуя за Кариной Эдуардовной, компания постепенно двинулась в
сторону разрушенного дома и по мере того, как приближались к нему, стали различать
пёстрые узоры граффити, покрывавшие остатки стен здания внутри. Ещё несколько шагов, и
они увидели нарисованного там симпатичного бобра с крестиками умножения вместо глаз.
Рядом со стилизованным зверем в белом облачке были написаны слова, которые он якобы
произносил: «Эти дрова мои», и стрелочка, указывающая вниз. Когда путешественники