o f2ea2a4db566d77d

Дима

156

– Борис, я не говорю о том, что надо следить. Это и не работало до сих пор. Передоверяя

эту функцию внешним силам, общество получало то диктатуры, то разруху. Я говорю, что

каждому человеку надлежит следить за собой самому. И критерий в ответственности,

которую каждый гражданин несёт, полностью осознавая, за свои действия и их последствия,

за собственную жизнь, за своё духовное здоровье. И уже из всех этих частных

ответственностей складывается общественная,

но не наоборот – сверху её не спустишь.

– Габи, снова утопия!

– Но всё именно к тому и идёт. Один за себя, и один за всех. Власть – вроде копирайта,

это устаревшее понятие, оно со временем будет изжито, ведь нет правительств и войск в

Интернете, а это новая форма мышления. Изжить необходимо только один принципиальный

момент. Я порой думаю, какой смысл говорить о прекращении войн, когда это естественный

элемент жизни даже мирного общества. В природе человека не зло, а – спор. Всего лишь

спор. Как мало, и как много. Мы доказываем свою правоту, каждый – допустимость только

своего разумения, своих границ. И не стесняясь в выражениях, поносим иноверцев.

Пожалуйста, пример – разделение эстетической власти в литературном сообществе или арт-

тусовке, казалось бы, где уж точно не место войнам – это же культурные люди, - Габи

смешно потрясла рукой и специально растянула, мыча, слово «культурные». – А какие там

битвы абсурдисткие, мелочные разворачиваются! Или борьба учёных друг с другом, их

противоречащих друг другу теорий? Как там слюни брызжут при спорах! Какой агрессией

всё это сопровождается, и фоном главная идея – кто-то прав, а кто-то не прав. А свою

правоту отстаивает каждый. Прав – я. Лицемерно говорить о недопустимости войн, когда

война везде, на любом общественном уровне: межклассовая, идейная, эстетическая,

эмоциональная, половая, расовая, поколенческая. И это всё завоевательные войны, каждый

хочет создать свою маленькую империю. И если мы хотим прекратить глобальные войны,

источник споров не в обществе, гораздо уже – в каждом конкретном человеке. Мы снова

возвращаемся к этому.

– Не знаю, искоренимо ли то, что в природе человека. И я крупно сомневаюсь, что

когда-нибудь в России буквально каждый гражданин начнёт нести ответственность за себя и

через свои поступки за ближних. Не тот менталитет.

– Мы говорим о людях нового типа, думаю, в будущем, даже национальный вопрос

снимут за ненадобностью, это погремушки прошлых веков. Но хорошо, вернёмся в наше

время. Во-первых, откуда вы знаете, как всё на самом деле обстоит в России? Можете

говорить абсолютно за всю страну, за всю великую махину? Сами же подметили – нельзя

никому

верить. Почему не предположить, что тема прогнившего русского народа – засланная

тема, и это кому-то выгодно? А я знаю массу самых достойных людей по всей стране, и не

исключаю, что народ ведёт гораздо более здоровую жизнь, чем люди, рассуждающие на

тему, какой же в этой стране чумной народ.

– Ну а во-вторых?

– А моё «во-вторых», Борис, удовлетворит наконец ваши русофобские настроения. Если

иммунная система отказывает – организм погибает. Что верно для физического организма, то

верно и для страны в целом. Значит, Россия погибнет, раз мы дошли до той точки, когда

клетки больше не хотят сопротивляться, не хотят жить. Если…

Илья проснулся среди ночи. Его сердце сильно билось, как от испуга, и сейчас сквозь сон

он слышал, что в их спальне, в полной темноте Вика с кем-то разговаривает.

Хотя в последние дни Вика вела себя отстранённо, в присутствии Ильи молчала и всем

телом напрягалась, спали они по-прежнему в одной кровати, достаточно просторной, чтобы

здесь уместились двое и при этом не соприкасались. Илья открыл глаза и увидел в темноте

светлое пятно Викиной спины – она сидела на кровати, спустив ноги на пол. С утра, когда

вместе с другими они стали свидетелями неудавшегося самоубийства местного мальчика,

157

Вика не произнесла ни слова. Илья пытался её разговорить, но это ничего не дало. Целый

день девушка просидела в доме с непроницаемым лицом, к пище не притрагивалась.

А сейчас она говорила. Сама с собой, не зная, что Илья проснулся. Он слышал её шёпот:

– … страна халявщиков, алкоголиков, шлюх, страна сифилитиков, старух, жалующихся

на свои болезни, страна у кого больше машина, страна взяточников, страна оборотней,

страна идиотов, инвалидов, нытиков, страна мудаков в правительстве, страна подражающих

обезьян, страна безбилетников, сталинистов, страна срущих и писающих в подъездах, страна

нацистов, черножопых, страна разрушителей, страна сплетников, муры на эстраде, муры по

телевизору, страна справочек, бумажек, перерывов на чай, страна ментов, страна

чиновников, тупой молодёжи, с 8 марта, с 23 февраля, с новым на хуй годом, с конституцией,

с на хуй победой, страна жополизов, воров, поломанных скамеек, облезлых домов, гнилых

соборов, сносимых памятников архитектуры, страна блядских москвичей, мэров-пердунов,

страна золотых зубов, метросексуалов, на хуй, страна, блядь, не налаженной

инфраструктуры, помоек возле дорог, страна гордого, блядь, великого народа…