О чем знаешь сердцем
Шрифт:
ВНИМАНИЕ!
Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.
Любая публикация данного материала без ссылки на группу и указания переводчика строго запрещена.
Любое коммерческое и иное использование материала кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта
Джесси Кирби
О чем знаешь сердцем
Оригинальное н азвание:
Jessi Kirby – Things We Know by Heart , 201 5
Джесси Кирби – О чем знаешь сердцем, 2015
Автор перевода: Cloudberry ;
Переведено для группы :
http://vk.com/loveinbooks
Аннотация
Потеряв своего парня Трента, погибшего за год до окончания школы, Куинн обращается к реципиентам его донорских органов в надежде собрать воедино свою разбившуюся на осколки жизнь. Ей отвечают все, кроме одного – того, кто получил его сердце, орган, в котором по убеждению Куинн, заключена суть человека. Быть может, найдя сердце Трента, она наконец-то обретет покой?
Чтобы примириться с воспоминаниями, Куинн предпринимает рискованный шаг и разыскивает девятнадцатилетнего Колтона Томаса, которому и был сделан этот бесценный дар. То, что началось со случайной встречи, постепенно превращается в нечто большее, в обоюдное притяжение. Куинн не хочет поддаваться этому чувству – в особенности потому, что Колтон не знает, как именно они связаны, – но рядом с ним она ощущает себя живой. И как бы сильно ее не влекло к Колтону, каждый удар его сердца напоминает ей о том, что было потеряно в прошлом... и о том, что под угрозой сейчас.
Общение с реципиентами помогает смягчить боль утраты… В целом, обмен мыслями и эмоциями идет на пользу как семьям доноров, так и реципиентам, а также их родственникам и друзьям… дар жизни… Некоторым требуются месяцы и даже годы на то, чтобы решиться написать и/или получить такое письмо. А некоторых вы не увидите никогда.
Центр поддержки семей доноров
Глава 1
Четыреста дней
Четыреста.
Я провела этот день в одиночестве, потому что не представляла, как вынесу встречу с его матерью и отцом. А еще потому, что крохотная частичка меня втайне надеялась: вдруг, ну вдруг, если я буду одна, то случится чудо, и он вернется, ему исполнится восемнадцать, и все запустится заново с того момента, где прервалось. Мы вместе закончим школу, подадим документы в один и тот же колледж, сходим на выпускной, а после вручения дипломов подбросим наши академические шапочки вверх и, пока они будут падать с неба на землю, поцелуемся в сиянии солнечных лучей.
Когда чуда не произошло, я завернулась в его свитер, который, если то была не игра воображения, все еще хранил его запах. Завернулась туго-туго и загадала желание. Я пожелала, чтобы мне не пришлось проживать все это без него. И мое желание сбылось. Последний школьный год прошел, как в тумане. Я не отправила документы в колледж. Не пошла выбирать платье на выпускной. Я забыла о том, что есть солнечный свет и небо, созданное затем, чтобы под ним целоваться.
Дни тянулись один за другим непрерывной, нескончаемой чередой. Но эта обманчивая бесконечность могла исчезнуть в мгновение ока. Как разбившаяся о берег волна.
Как биение сердца.
У Трента было сердце атлета: сильное, с размеренным сердцебиением на десять ударов медленней моего. Бывало, мы лежали, обнявшись, грудь прижата к груди, а я старалась дышать его дыханию в такт, чтобы обманом успокоить и сердце. Не выходило, ни разу. Даже три года спустя мой пульс разгонялся просто от его присутствия рядом. Но мы нашли нашу собственную синхронность. Его сердце стучало ровно и медленно, а мое заполняло тишину в интервалах.
Четыреста дней. А сколько ударов сердца? Не счесть.
Четыреста дней в мире без Трента и всего несколько мест, где он остался существовать. И до сих пор никакого ответа из одного из них.
Сзади сигналят. Гудок выдергивает меня из мыслей в реальность, отвлекая от нервной тошноты в животе. Водитель в зеркале заднего вида костерит меня, обгоняя – кулак сердито воздет в воздух, рот через стекло выплевывает вопрос: «Какого черта ты делаешь?»
Садясь в машину, я спрашивала себя о том же. Я понятия не имею, что именно делаю, но знаю, что иначе я не могу. Я должна увидеть его – из-за того ощущения, которое подарили мне встречи с другими.
Первой из реципиентов с родными Трента связалась Нора Уолкер. Мы знали, что и реципиентам, и семьям доноров можно в любой момент найти друг друга через трансплантационного координатора, и все же ее письмо стало для нас полной неожиданностью. Мама Трента позвонила мне на следующий день после того, как оно пришло, и попросила прийти. Мы сели вместе в светлой гостиной, в доме, где было столько воспоминаний, включая самое первое – о том, как я в пятый раз бежала мимо него и надеялась, что сегодня меня заметят.