О чем молчат подростки..

БРАЙН АЛАН

– Я буду стараться..

– Я на это очень надеюсь.

Звонок на перемену спасает меня. Гиберсон, забыв про домашнюю работу, отпускает нас с урока.

– Что она тебе говорила? – спрашивает Чакки, который едва успевает бежать за мной.

– Ничего особенного: учись или я расскажу о твоей неуспеваемости твоим родителям. Бред! Я не маленький ребёнок!

– Это обязанность каждого учителя..

– Мне плевать,

Чакки, на их обязанности и вообще, чего ты за мной увязался? Ты же вчера строил из себя мачо, которому на всё пофиг.

– Я не увязался, просто хочу напомнить тебе, про ТВОИ обязанности. Мы всё ещё должны сделать тот плакат..

Я останавливаюсь. Меня берёт злость. Чувствую, если он скажет ещё хоть слово, его побью.

– Может быть ты не будешь мне напоминать про то дело, в которое ТЫ сам меня ввязал? Насколько мне не изменяет память, то я была против этого дурацкого дела!!

– Это единственный способ доказать Миллеру, что ты больше не употребляешь наркотики!!! – кричит он во всю.

Я разворачиваюсь и иду на него. Хватаю за руку и прижимаю к стене.

– Ты это специально?!? Чёртов ублюдок, ты это специально сейчас?!

– Что именно?!? – он начинает краснеть от нехватки воздуха.

– Какого чёрта ты орёшь так, чтобы тебя вся округа услышала?!

– Думаешь, что об этом никто не знает? Тут и без меня полно людей, которые только об этом и говорят!

Я смотрю на его лицо. Как же мне сейчас хочется в него плюнуть, но я ослабеваю руку. Чакки начинаешь шипеть и хвататься за горло.

– Хорошо, я приду делать этот плакат, но не для того, чтобы что-то доказать Миллеру, а для того, чтобы после того как его закончить, навсегда перестать с тобой поддерживать отношения!

Оставляю Чакки и ухожу на первый этаж. Вижу Ларри и Макса, подхожу к ним.

– Привет..

– О, привет!

– Не видели Алекс и Мэдисона?

– Нет.

– А ты, Ларри?

– Она вроде говорила, что плохо себя чувствует, но конкретной причины её отсутствия я не знаю.

– Понятно.

– Представляешь, наш Макс побывал в Италии!

– Серьёзно?

– Да, я даже тебе магнитик привёз с итальянской пастой.

Он достаёт из рюкзака магнит в виде тарелки с пастой, поверх которой написано "Italia!"

– Это так здорово, спасибо! Ты отдыхал с родителями?

– У него его нет, – говорит Ларри.

– ..прости.. я не знала..

– Ничего страшного.. Я ездил со своим опекуном. Он усыновил меня, когда мне было четыре. Он итальянец.

Так вот кого я видела тогда вместе с Максом! Я даже и подумать не могла..

– Да-а, у них там собственный дом и кафе за углом. Хорошо устроились, усатые черти!

– Ты просто мне завидуешь!

– Я тебе?! – Ларри заливается смехом. – Брось! Ты себя в зеркало видел, парень застрявший в 70-х?

– Ты выглядишь не лучше, парень из..

– Ну же, давай..

– Из..

– Знаешь почему ты ничего не можешь сказать? Потому что ко всему своему облику, ты ещё и очень тупой! – Ларри вновь начинает смеяться.

– Ларри!

– Да, крошка?

– Во-первых, я тебе не крошка, во-вторых, Макс твой друг!! Зачем ты с ним так?

– Знаешь кто настоящий мой друг?

– Кто же?

– Мой отец.

Я вспоминаю мистера Абрамса. Да-да, именно сейчас в лице Ларри я вижу его и по моему телу начинают бегать неприятные мурашки.

– Мистер Абрамс? Как наивно!

– Он с детства учил меня тому, что все вокруг могут предать, но только не он! Нас кинула даже родная мать с сестрой, в итоге я переспал с ней только из-за того, что не знал, кто моя мама и есть ли у меня вообще родня! А в начальной школе у меня был друг. Я считал его лучшим из лучших. Мы дружили четыре года, но всё прекратилось в тот день, когда ублюдки из шестого класса забили мне стрелу после школы. Знаешь, кого я увидел, когда пришёл на встречу с ними? Да, именно того мелкого подонка!!! Тогда меня спас только отец! А то, что произошло сейчас – просто нечто!

– Какой же ты ужасный всё-таки человек! Ты такой же, как и твой отец!!

Я убегаю вслед за Максом. Его путь был недолгим. Он убежал в мужской туалет. Забегаю и начинаю осматривать каждую кабинку. Все открыты, кроме одной, но из под неё не торчат ноги. Макс встал ногами на бочок.

– Макс, это я.. Открой..

– Нет.. Я не хочу, чтобы ты сейчас видела меня..

– Я видела людей в разных эмоциональных состояниях! Поверь, твоего я не испугаюсь.

Дверь отворяется. Макс сидит на бочке, по его щекам стекают слёзы.

– Ты что.. плачешь..?!

– А по мне не видно?

Захожу в кабинку.

– Ты это из-за слов Ларри? Я не думаю, что тебе стоит обращать на него внимания.. Он же конченный..

– Джина, ты не понимаешь.. я который год являюсь объектом для школьной травли, всё потому, что я не люблю девочек..

– Совсем?