Нюма

Кобринский Арон Ефимович

– Нюма, попрощайся с нашей соседкой, - выкрикнул дядя (колебания на шейном штативе прекратились)...

Племянник продвинулся чуть ближе.

Усопшая...

Изнурительная болезнь облагородила черты, разгладила морщины обескровила. Белый платок был надвинут почти до бровей, но щеки были белее платка... От этого покойница смотрелась моложе своих лет (две дочки, стоящие у изголовья, казались ее сестрами)... Младшая держалась более мужественно... Она не плакала - пальцы прикасались к материнскому

платку, будто пытались запечатлеть устойчивую форму складок.

К изголовью протиснулась Света - их двоюродная сестра - громко зарыдала, открыла сумочку, что-то вытащила...

– Проглоти!
– сказала требовательно - сунула в ладонь.

Старшая дочь усопшей сунутое загипнотизированно поднесла к губам...

– Мама-ка-ма, мама-ка-ма, - запричитала, проглотывая (очевидно, таблетку) - проглотила и после короткой заминки вернулась к прежнему причитанию, мамочка, мама, мамочка.

У входа появился Николай... Капризное выражение одутловатых щек делало его похожим на большого ребенка. Если бы не нос!.. Этот выступ был испещрен синими прожилками.

Нюма посмотрел на Николая и вспомнил, что пять минут тому назад видел его. Николай стоял в коридоре с какой-то женщиной. Нюма приметил ее потому, что она старалась держать на виду взволнованные руки (на безымянном пальце блестело золотое кольцо). "Это его жена... Зачем он привел ее?.. Наверно настояла"...

Николай, стараясь не смотреть на футляр, двинулся к изголовью. Его плечо стало похожим на кухонный нож. Оно рассекало толпу бывших родственников так, будто это был слоеный пирог. Пальцы бывшей жены перебежали от складок к платку...

– Сним-ммм-ите эт-ттт-от пла-ттт-ок... у ннн-ее ввволосы б-б-были крас-сссивыми, - Николай заикался сильнее, чем обычно.

Воцарилась неожиданная тишина...

Бывший посмотрели на вторженца так, будто он бросил на покойницу горсть колючек.

Дядина голова перестала дергаться.

– Положено с платком,

– Положено с платком, - подхватили женские голоса.

Рыдание возобновилось.

Рядом с Нюмой стояла его мама. Он искоса глянул на нее - глаза сухие!.. Наклонился.

– Я буду на улице, - шепнул, протиснулся к выходу, подумал: "Мешпуха!"

7

– Ты заметил, что гроб намного больше стандартного?
– спросил Адольф,

– Я, Адик, не обратил внимания, - сказал Нюма (муж "мамаки-ма" не любил своего имени) ...

– Найди своего папашу - он руководит этим погребением - скажи, что нужно срочно поехать на кладбище... Пусть не забудет прихватить лопаты...

– Зачем?

– Могилу расширить, - сказал Адольф и, злобно посмотрев на Нюму, добавил, - и тебе не мешает свое здоровье приложить!

"У Адольфа с нервами не все в порядке, - улыбнулся: родственники

считали Адольфа чуть ли не Эйнштейном, - а что если гроб действительно нестандартный?"

С этой мыслью он спустился на первый этаж... Открыл парадную дверь. Заметил седую шевелюру - она всплескивалась - что-то доказывала. У собеседника на мизинце висели ключи - покачивались... "Шофер", - определил Нюма, направляясь к отцу.

Группа престарелых женщин...

Одна из них бросила на асфальт папиросу, придавила каблуком и решительно направилась к племяннику.

– Видел Адика?
– спросила она, выпятив неймановский подбородок.
– Зол как пантера. Его хотели послать в Хельсинки на семинар физиков. Сам ректор ходатайствовал. Документы на проверку отправили... Не подошел... Я думала, думала... Это у них наша Софья симпатию вызывает. Ты понимаешь, о чем я говорю, Нюма?

– Бася, тетя Рива зовет, - это был маленький человечек (дальний родственник): он жмурился от солнца - лицо морщилось - такое выражение бывает в тот момент, когда освобождают желудок.

– Зачем я ей нужен?
– спросила тетушка и неймановский подбородок у нее выпятился до отказа.

– Насчет стола посоветоваться...

Тетушка тут же пошла к подъезду... Маленький человечек вслед... "Он как гусь на привязи... Стол!.. Странные похороны... О каком столе идет речь?"

– Ты был наверху?
– спросила седая шевелюра, останавливаясь около сына.

– Был.

– Как мама?

– Держится... Адик говорит, что гроб нестандартный...

– Все может быть!

– У Софьи и так прединфарктное состояние, - сын сделал паузу.
– И дядя Зенон на пределе... Каково им будет видеть, что гроб не входит. Нужно заранее поехать на кладбище, чтобы расширить яму.

– На месте расширят... Это секундное дело, - сказал отец: махнул рукой и озабоченно пошел к арке.

Из подъезда повалили родственники. Во дворе появилась какая-то женщина (внешность привлекала внимание) - скуластость, пиджак серого цвета и траурная повязка на рукаве.

– Стройтесь в колонну... Лучше, если с венками будут девушки, - крикнула она, посматривая на часы.

Мама вздрогнула - она перебирала венки... Нашла!.. "Мане от Мотиной семьи", - прочитал Нюма на черной ленте.

...граница, соприкасавшаяся с воздухом, была ослеплена солнцем... Грянул Шопен.

...нивелированный звук не достигал ушей...музыканты талантливо изображали квакающих лягушек...

Улица...

Здесь шествие распадалось, сосредотачиваясь у стоящих вдоль бордюра машин...

Голоса, брошенные вслед:

– Ее путь был усыпан цветами, - типичный.

– От подъезда до арки, - анти... (тоже типичный) ...