Ножи Императора
Шрифт:
– М-м-м. Превосходно.
Повар поднял сжатый кулак с рычанием, которое было лишь отчасти игривым.
– Ты меня сейчас достанешь...
Крик из дальнего конца кухни предупредил их, что их уже заметили.
– Эй! Убирайтесь на хрен с моей кухни!
На этот раз повар всерьез поднял кулак, надвигаясь на них с умоляющим видом.
– Я сейчас их выпровожу. подожди!
Велокс сжалился над ним.
–
Позволив подмигивающему повару выпроводить их из кухни, четверо мужчин съели свои пироги, дуя на горячую начинку, пока они откусывали кусочки мякоти.
– Пойдем, мы доедим это на ходу. Следуйте за мной, и я покажу вам место, которое вы вряд ли захотите посетить еще раз.
Оказавшись за пределами обширных владений дома, Скавр приподнял бровь, увидев своего примипила.
– Ну, что, ты все подготовил, что нужно?
Юлий по очереди посмотрел на сопровождавших его мужчин, и старший из них довольно хмыкнул.
– Все в порядке, трибун.
Скавр мрачно кивнул, указывая на двух нищих, нагло развалившихся на следующем углу улицы.
– Хорошо. Начинайте как можно быстрее. Боюсь, у сенатора осталось очень мало времени.
– Ну что, Теттий Юлиан, я слышал, ты приготовил нам неплохое угощение в конце дня?
Прокуратор вздрогнул, услышав тихий голос в своем ухе. В то время как его внимание было приковано к привлекательной молодой женщине в компании одного из его коллег-сенаторов, императорский распорядитель покинул императорскую ложу, направился к сенаторскому подиуму, который располагался рядом с ней, и, бесшумно приблизившись, заговорил на ухо Юлиану.
– Да! - Его голос прозвучал пронзительно, и он проклял способность Клеандра заставлять его чувствовать себя виноватым даже в самых невинных ситуациях.
– Вчера к нам поступило трое новичков, бывших центурионов, и все они владеют мечами, как лучшие из моих гладиаторов.
– Неужели?
– Распорядитель выгнул бровь, явно наслаждаясь его замешательством. Так же хорошо, как Несущий Смерть?
Юлиан пожал плечами.
– Может быть, не настолько хорошо, но...
– Тем не менее, достаточно хороши, чтобы рисковать их жизнями против троих отчаявшихся военнопленных?
Юлиан слабо улыбнулся.
– Мой ланиста сказал мне ...
– Твой ланиста? Наверняка, как прокуратор императорской гладиаторской школы, ты проявляешь личный интерес к способностям людей, которых отправляешь на Арену? В конце концов, я уверен, вряд ли тебе нужно напоминать, что Цезарь сквозь пальцы смотрит на вещи, если видит, что людям, отправленным на песок его развлекать, не хватает необходимых навыков и храбрости, для этого. В конце концов, он искусен во владении любым оружием, которое ты мог бы назвать ...
– Клеандр поднял обе брови в шутливом вопросе. - Нам остается только надеяться, что
Он выжидающе подождал мгновение, а затем, в тот момент, когда Юлиан собирался заговорить, широко улыбнулся.
– Я просто шучу с тобой, прокуратор, не обращай на меня внимания. Я уверен, что твои новые игроки станут олицетворением внезапной смерти, как только столкнутся лицом к лицу с горсткой недоедающих даков. Удовлетвори мне мое любопытно — откуда взялись эти трое центурионов? Мне бы не хотелось думать, что солдаты, совершившие какие-нибудь проступки, стали бы искать убежища в твоей школе, какой бы рискованной ни была их альтернатива ...
Юлиан пробормотал ответ без какой-либо паузы, с облегчением обнаружив, что ступил на более твердую почву.
– Не волнуйтесь, распорядитель, с этим все в порядке! Один из них — легионер, числящийся погибшим — я попросил своего подчиненного свериться с военными записями, - а двое других - тунгрийцы, уволенные в отставку. Я проверил это лично у их трибуна, потому что я ...
Он замолчал, ожидая, пока заинтригованное выражение лица распорядителя обратится в речь.
– Тунгрийцы? Понятно. А тот легионер, как его зовут?
Прокуратор на мгновение напряг память.
– Как он себя называл … ах, да, его зовут Гораций.
Улыбка Клеандра стала шире.
– Скорее всего так оно и есть! А возможно и счастливое совпадение! Я слышал рассказы о центурионе с таким же именем, который всего пару недель назад продемонстрировал некоторым моим людям свои боевые навыки самым тщательным образом. Будем надеяться, что твой Гораций удивит нас своим мастерством, и, если он это сделает, нас будут ждать самые захватывающие выступления . А теперь продолжай любоваться изящно вывернутой лодыжкой вон той юной дамочки ...
Он похлопал Юлиана по плечу и повернулся обратно к императорской ложе, скрещенные копья стражников раздвинулись, пропуская его к императору. Прокуратор понял, что, несмотря на несезонный холод, он сильно вспотел, и его аппетит к тайному подглядыванию за городскими аристократками внезапно пропал.
Велокс вел друзей через прохладный полумрак туннеля, пол которого постепенно спускался вниз, прежде чем выровняться и пройти по всей длине Арены на восток, его стены были освещены горящими факелами, которые давали ровно столько освещения, чтобы можно было видеть. Знакомый привкус наполнил воздух, и их проводник глубоко вдохнул.
– Вот оно. Этот запах у меня ассоциируется с Ареной. Запах крови.
Туннель начал подниматься, и он указал на отверстие справа. Они последовали за ним и оказались в освещенном факелами помещении площадью около тридцати футов и высотой футов в десять, пол, которого был заставлен столами, достаточно большими, чтобы вместить труп человека.
– Это самый нижний уровень сполярия. Как только Харон разбивает им мозги, тела переносят сюда, чтобы снять с них снаряжение. Трупы вывозятся из здания на тележках для утилизации, снаряжение отправляется в оружейный склад для восстановления для следующих бойцов, которые ими воспользуются. Рационально, не так ли?