Ножи Императора
Шрифт:
– Нет, я не могу вам ничего сказать, - трибун пожал плечами, - не узнав, чего вы от нас хотите, распорядитель! Но думаю, что твердо могу сказать за своих офицеров, что мы не будем участвовать ни в каком “конфискационном правосудии”.
Распорядитель криво улыбнулся.
– О нет, я не это имел в виду, у меня есть кое-что, что гораздо лучше подходит для ваших организаторских способностей.
– Он протянул руку своему секретарю за парой свитков. – Вот, взгляните!
Скавр
– Легат?
Клеандр ухмыльнулся ему.
– Я бы предположил, что это странное чувство, когда невыполнимая цель твоей жизни предлагается тебе в качестве альтернативы казни, причем человеком, к которому ты не испытываешь ничего, кроме презрения? А что в другом свитке?
– Он подождал, пока Скавр развернет его и прочтет второй приказ, ухмыльнувшись взгляду, которым трибун наградила его после минутного ознакомления с содержанием.
– И я думаю, что несколько беспокойной жизни твоего молодого коллеги, скрывающегося от преступлений своего отца, следует придать более существенную форму. Поэтому я решил назначить его трибуном, разумеется, под твоим командованием, легат Скавр, и тем самым подтвердить, что Марк Трибул Корв является доверенным слугой трона. Точнее, моим слугой. Его предыдущая жизнь будет нашим маленьким секретом и останется таковой до тех пор, пока вы оба будете обеспечивать императору и, что более важнее, мне, сочетание лояльности и эффективности службы. Он будет официально возведен в сенатское сословие и, таким образом, сможет нести службу в качестве военного трибуна под твоим командованием. Пока вы оба будете соответствовать моим требованиям, вы будете находиться под моей личной защитой. Но нсли вы не сделаете этого или проявите даже малейший признак укусить меня за руку, которая решила защитить вас, то ваше падение в немилость будет впечатляющим.
– Что ...
– Ты не находишь слов, легат?
Скавр покачал головой.
– Нет, распорядитель. Я уже давно перешел грань изумления, я просто собираюсь с мыслями. Что именно вы от нас хотите?
– В отдаленной и довольно теплой части Империи есть легион, Рутилий Скавр, который отбился от рук. Вы должны сменить действующего легата, принять командование и действовать так, как считаете нужным, чтобы без промедления восстановить римскую власть в зоне действия этого легиона. Наши границы игнорируются, легат, и я хочу, чтобы те люди, которые находят это забавным, открыто не демонстрировали свое презрение к нам. И их сородичам нужно будет показать пример, который не будет забыт в течение следующих пятидесяти лет.
Легат и трибун уставились на него в ответ, прежде чем Марк обрел дар речи.
– А моя семья?
– Твоя семья, трибун Корв, останется здесь, в Риме, под моей личной защитой и опекой. И в любом случае, ты и сам бы не захотел, чтобы они подались с тобой туда, куда ты направляешься.
–
– Что касается твоих людей, легат, ты можешь решить, что делать со своими тунгрийскими когортами. Отправь их домой, забери их с собой, для меня это не имеет значения, хотя я думаю, что иметь несколько надежных лиц за своей спиной было бы разумной идеей, учитывая глубину продажности, которой в последнее время поддалось ваше новое командование. Кто знает, какую форму примет их сопротивление твоему принятию должности легата? А теперь, господа, вам придется меня извинить. Император так не любит, когда я опаздываю на наши встречи. Я обязательно подчеркну ему, как я рад, что поручил это небольшое дело таким непревзойденным профессионалам. Он кивнул лидеру своей только что собранной группы Ножей.
– Сопроводите легата из дворца.
Скавра и Марка провели обратно по дворцовому лабиринту, и они снова оказались на ступенях Палатинского Холма. Оба мужчины некоторое время смотрели поверх трибун Большого Цирка во взаимном замешательстве, прежде чем Скавр заговорил ровным и бесстрастным голосом.
– Легат…
Марк посмотрел на него, увидев отвращение на его лице.
– У вас что, действительно есть выбор.
Мужчина постарше рассмеялся, но его смех был напускным.
– А что мне было делать? Подумай об этом немного, и ты придешь к другому выводу. Если я откажусь от этой чести, от этой вершины карьеры военного, от этой почти недоступной чести для человека моего класса, то я сделаю заложниками судьбы каждого человека в моих когортах. Ты будешь казнен, и не питай иллюзий на этот счет. Твоя семья ... - Он покачал головой, не желая произносить эти слова.
– А полторы тысячи человек, которых мы привели сюда? Я могу представить множество способов заставить каждого из них пожалеть, что он пошел добровольцем, и никто из них никогда больше не увидит свою родину. Ведь я не могу оставить их здесь, на милость офицеров, которым нужно заполнить пробелы в своих подразделениях. У нас обоих нет выбора, Трибул Корв. Я должен принять эту позицию и улыбнуться вкусу пепла, который она оставит у меня во рту, а ты должен принять реальность того, что ты, возможно, никогда больше не будешь публично произносить свое настоящее имя.
Марк кивнул, глядя на небо над ними.
– В таком случае, легат, я предлагаю пойти и сообщить хорошие новости нашим собратьям-офицерам. Как там сказал Клеандр? Отдаленная и довольно теплая часть Империи?
Конец седьмой книги