Ножи Императора
Шрифт:
Котта надул щеки, покачивая головой при виде масштабов трудностей, с которыми они столкнулись.
– И, как я сказал, если с остальными тремя будет сложно…
Накануне, ближе к концу их встречи Эксцингус перевел разговор на Мортиферума, покачав головой от самой перспективы добраться до этого человека.
– Это вряд ли получится сделать, господа, потому что Несущий Смерть, это хитрое дерьмо, которым он, несомненно, является, скрывается в самом последнем месте на земле,
Марк и Скавр понимающе кивнули, обменявшись мрачными взглядами, но остальная часть компании в недоумении уставилась на него.
– Школа дакийских гладиаторов? Нет? Я вижу, мне придется объяснить. В Риме есть Арена, господа, о которой вы, возможно, слышали. Это Амфитеатр Флавиев, построенный императором Веспасианом сто лет назад, главная Арена в Империи, достаточно большая, чтобы шестьдесят тысяч человек могли наблюдать за играми, которые там проводятся. Тысячи гладиаторов сражаются на этой Арене каждый год, и каждый из них должен быть натренирован и подготовлен к своему моменту на песке, вот почему вокруг здания расположены четыре официальные школы подготовки гладиаторов. Там есть такая, которая называется Галльская школа, где выпускают тяжеловесов, бойцов с сетями, гоплитов и тому подобное; есть Утренняя школа, где мужчин обучают сражаться с дикими животными ...
– Почему Утренняя школа?
Информатор пожал плечами, глядя на Дубна с выражением раздражения, его тон был саркастичным.
– Возможно, это потому, что бои зверей обычно проходят по утрам?
Британец пожал плечами в ответ, сжимая массивный кулак.
– Хотелось бы мне немного позлоупотребить гостеприимством сенатора. Так что, не забывай, что я до сих пор помню вонь дерьма, стекавшую по твоим ногам, в тот момент, когда я промахнулся, чуть не убив тебя.
Эксцингус кивнул, и его улыбка внезапно озарила его лицо.
– Справедливое замечание, центурион, и блистательно описана. Можно мне продолжать?
Он подождал какое-то время, а затем возобновил свой рассказ.
– В Риме имеется имперская школа гладиаторов, которая включает в себя все более мелкие боевые специализации, копейщиков, возниц, бойцов с сетями и так далее, и, наконец, есть Дакийская школа. С таким названием, я полагаю, их специализация довольно очевидна: легко бронированные бойцы на мечах, первоначально дакийские пленники, когда Траян стал поставлять их на рынки рабов с только что завоеванной провинции. И если остальные три члена этой особой банды кажутся труднодоступными, просто подумайте, как трудно будет добраться до человека, который живет в камере рядом с еще двумя сотнями или около того таких же, как он, и все они боготворят его как самого смертоносного бойца в этом городе ...
Марк кивнул Скавру и взял со стола для завтрака еще один кусочек хлеба.
– Эксцингус, вероятно, вчера был прав, когда сказал, что добраться до гладиатора будет невозможно. Я думаю, что, наверное, лучше пока сосредоточиться на других и подождать, когда Фортуна предложит какой-нибудь способ добраться до этого Несущего Смерть.
Дубн заерзал на стуле.
– И если вы правы, то убийство первого из них предупредит остальных троих о том, что за ними кто-то охотится.
Скавр кивнул.
–
Бородатый тунгриец на мгновение уставился на карту.
– Похоже, что тогда нам придется сделать так, чтобы первые несколько смертей были похожи на несчастный случай или случайные происшествие, не так ли…?
Когда этим утром Марк отдал ключ своей жене, полученный от Эксцингуса, ее первой реакцией было ошеломленное молчание . Через мгновение он понял, что она заливается слезами.
– Это ключ от дома твоего отца в городе?
Реакция его жены была безмолвной, по ее щеке текла слеза, когда она боролась с самообладанием, и Марк мягко заговорил в тишине.
– А теперь, это расчетливое животное вроде Эксцингуса с улыбкой протягивает мне этот ключ. Интересно, что это означает?
Глубоко вздохнув, Фелиция смогла заговорить, ее голос дрожал от волнения.
– Сомневаюсь, что это выдержит какое-либо сравнение с тем, к чему ты привык, когда был е жив твой отец, но наш дом достаточно тихое местечко, и я так любила его до того, как мы покинули Рим. Я выросла в этом доме, и здесь я в последний раз виделась со своими матерью и отцом. Когда я вышла замуж за этого ублюдка Бассуса, он отобрал у меня ключ и передал его своему брату. Он сказал, что мы будем жить в нем, когда вернемся обратно в Рим, так что пусть там поживет его брат со своей семьей. Я почти забыла обо всем этом из-за всего, что произошло с тех пор, пока ты не вложил мне в руку этот ключ. Но интересно, как он попало к этому ужасному человеку?
Она снова замолчала, не находя слов из-за того, что у нее оказывается появился доступ к дому, который она давно покинула на руинах своего предыдущего брака. Марк покачал головой.
– Он мне не сказал, но я сомневаюсь, что за его услугой скрываются какие-то хитрости. Где находится этот дом?
– Это на Авентинском Холме.
Он вытер ее слезы и взял ее руки в свои.
– Я попрошу Котту, чтобы несколько ветеранов сопроводили тебя в город позже, и ты могла бы сходить и осмотреть это место и решить, что хочешь с этим делать. Полдюжины бывших солдат со шрамами на лицах должно быть достаточно, чтобы отпугнуть самых дерзких воров. Почему бы не взять Аннию с собой и не провести утро с пользой? В конце концов, по пути есть множество лавок, а ты говорила, что вам нужно найти одежду получше той, что вы носили последние несколько месяцев. Почему бы не побаловать ее и заодно не купить детям что-нибудь из новой одежды?
Покопавшись в сумочке, он высыпал на кровать между ними горсть монет, чем вызвал прослезившуюся улыбку у жены.
– Что ж, центурион, это прекрасная идея! А ты не боишься, что мы истратим все наши деньги, приготовленные на на экзотические мечи и модные шлемы…
Когда Марк попросил Котту одолжить ему несколько своих людей для сопровождения Фелиции и Аннии в город и объяснил настоящую цель их прогулки, ветеран отреагировал быстро и недвусмысленно.