Ной Буачидзе
Шрифт:
С улицы в контору беспрепятственно пускали всех, кто заходил. Заглянул казачий офицер — пожалуйста, и ему нашли место. Выходить, конечно, никому не позволяли. Операция длилась три-четыре часа. Одного «Манифеста» напечатали несколько тысяч экземпляров. Закончили, вышли, заперли за собой наружную дверь.
Во Владикавказе поднялся невероятный шум. Один из «очевидцев» — казачий офицер — сообщил репортерам, будто в типографии распоряжалось не менее тридцати вооруженных до зубов, с масками на лицах злоумышленников.
Наказной атаман Терского казачьего войска — начальник области — лично допрашивал Казарова. Даже этого крупного и ловкого дельца, владельца двух газет, нескольких типографий,
Дольше оставаться во Владикавказе было нельзя. Слишком уж часто Буачидзе ловил на себе быстрые, изучающие взгляды подозрительных любителей прогуливаться по грязной, заболоченной Ильинской улице. Они заглядывали и во двор дома № 27, где Ной снимал комнату в квартире Осиповых. Один господин даже любезно посоветовал хозяйке забить вторую калитку, выходившую на пустынный берег Терека: дескать, как бы жулики не забрались к жильцу — он, кажется, поздно возвращается.
Знакомые ингуши проводили Ноя через горы в Грозный. Но и оттуда надо было убираться побыстрее. Только что полиция произвела обыски у учителя Бакрадзе и инженера-путейца Каракашвили. Ничего предосудительного не нашли, но обоих арестовали. Почему обоих сразу? Очевидно, нащупали следы грозненской группы большевиков. Пришлось пробираться в Ростов и оттуда в Москву.
В известную в Москве книжную лавку «Сан-Ремо» заглянул приехавший с юга молодой состоятельный господин, князь Иван Самсонович Абуладзе. Он искал какие-то редкие, очень важные для него книги и заранее заручился рекомендательным письмом. Оно было адресовано не самому владельцу лавки, а продавщице Розе Шабалиной. Ее хорошая знакомая, сестра грузинского поэта, курсистка-медичка Варвара Гаприндашвили просила не оставить без внимания впервые приехавшего в Россию симпатичного земляка.
Роза Шабалина, изящная черноглазая девушка, приложила максимум усилий, но в тот день нашлись всего две книги. Молодой грузинский князь просил ее не слишком тревожиться, он охотно зайдет еще. Когда? Завтра к вечеру.
Понадобились еще более редкие книги. Господин Абуладзе познакомился с владельцем лавки, стал постоянным клиентом. Иногда он разрешал себе принести коробку конфет, букет цветов. Нежное лицо Розы вспыхивало. Иван Самсонович всегда был весел, много шутил и безмятежно смеялся, вовсе не подозревая, что над ним уже нависла угроза. Она притаилась пока в папке светло-салатового цвета, запертой в столе отдельного корпуса жандармов ротмистра Кулинского.
На обложке в верхнем углу господин ротмистр пометил красным карандашом: «Совершенно секретно»— и дважды подчеркнул. Листов в деле № 168 тогда было еще немного.
Журналистка, деятельница политического Красного Креста и, наконец, просто обаятельная женщина, Анна Серебрякова сообщила, что ее журфиксы стал посещать приехавший откуда-то с Кавказа князь Абуладзе. Он активен и очень скрытен. Умеет держаться, располагает к себе окружающих.
В результате двадцати лет тайного сотрудничества с Серебряковой московская охранка знала: на журфиксах красавицы Анны в ее квартире в одном из переулков Арбата,
17 января пошел запрос в Кутаис: «Телеграфьте срочно, кому выдан паспорт Кутаисским уездным полицейским управлением 17 февраля 1905 года номером 94».
Ответа пока не было. Все же ротмистр Кулинский принес на подпись начальнику отделения полковнику Климовичу бумагу:
«М. В. Д. Срочно
Отделение
по охране общественной безопасности
и порядка в Москве
25 января 1907 г.
ПРИСТАВУ 2 УЧАСТКА
№ 1274 ПРЕСНЕНСКОЙ ЧАСТИ
Охранное отделение просит ваше высокоблагородие с получением сего произвести, руководствуясь утвержденной 19 августа 1900 года инструкцией по производству следственных действий, самый тщательный всесторонний обыск у князя Ивана Самсоновича Абуладзе, имеет жительство в доме № 9 Егорова по Владимиро-Долгоруковской улице. Причем обратите особое внимание на бесцензурные издания, переписку, фотографии и визитные карточки и адреса.
Все эти предметы по просмотре должны быть опечатаны и с протоколом обыска препровождены в отделение.
Обыскиваемый подлежит безусловному задержанию.
На следующий день помощник пристава Пресненской части Пажель произвел обыск. В протоколе он указал: «…У вышеупомянутого князя было обнаружено 4 рукописи и 4 номера газет. Все это отобрано, и Абуладзе арестован».
Пришла и ответная телеграмма из Кутаиса: «№ 2053. 17 февраля 1905 года билет № 94 никому не выдавался. Выдан 12 мая Георгию Николаевичу Марджанишвили. Управление Кут. уезда Гецадзе».
Ротмистр Кулинский не замедлил вызвать из тюрьмы князя Абуладзе. Ротмистр привычно писал:
«Протокол № З/о. с.
1907 года февраля 1 дня, в г. Москве, я, отдельного корпуса жандармов ротм. Кулинский, на основании ст. 21 Положения о мерах к охранению государственного порядка и общ. спокойствия, допрашивал нижепоименованного в качестве обвиняемого, который показал:
Зовут меня Абуладзе Иван Самсонович,
Лет от роду — 25.
Вероисповедание — православное.
Звание — князь.
Занятие — без определенных занятий.
На предложенные мне вопросы отвечаю: я действительно Абуладзе, родина моя местечко Багдады Кутаисской губернии, приехал в Москву 11 января с целью поступить слушателем на Коммерческие курсы. Паспорт мой безусловно настоящий, не поддельный. В м. Багдады меня может удостоверить полиция и мои однофамильцы. Родных и родственников у меня нет.
От подписи отказался».
Папка светло-салатового цвета приютила и Постановление № 71.
«1907 года, февраля 4 дня, я, московский градоначальник, свиты его величества генерал-майор Рейнбот, получив сведения, дающие основание признать князя Абуладзе И. С. весьма вредным для порядка и спокойствия, постановил: означенного Абуладзе заключить под стражу при Московской пересыльной тюрьме. Дело направить господину прокурору Московской судебной палаты».
…Варвара Гаприндашвили явилась в книжную лавку «Сан-Ремо» с печальной вестью — страшное недоразумение. Князь Иван арестован. Он в Бутырках. Но невесте, если очень хлопотать, свидание могут разрешить.