Новый мир. Синергия. Том 4

Первым делом я позвонил своему отцу, и попросил его забрать девочек на ближайший курорт для Жнецов. Марк Вестер высказал все, что обо мне думает, но согласился.

Сразу после этого я занялся разработкой мимического дополнения. С помощью заранее прописанные скрипта создал поля телекинеза, которые воздействовали на мягкий силикон лица манекена и предавали определённые выражения. Теперь мимика моего клона будет выглядеть более живой.

После этого я потратил ещё какое-то время на то, чтобы покрыть

его тело аналогом латекса полностью. Теперь даже если ему придётся проходить медосмотр или кто-то случайно ранит его и прорвёт одежду, то истинная личность не вскроется.

А теперь хорошо бы навестить уже знакомого мне педагога и поговорить.

— Я не знаю, кто это может быть, — сказал Михаил Сергеевич. — Эти люди вышли на меня через посредников, вы должны понимать, что такие заказы никто не будет отдавать напрямую.

— Хорошо, тогда как вы связывались с ними?

— Я не связывался с ними — это они сами находили меня

— Хорошо, если кто-то из них появится, снова позвоните по вот этому телефону, — я протянул ему карточку с номером Юстаса.

В последнее время Юстас выполнял много поручений, в том числе касательно безопасности или разведки. Пускай займётся этим, если возникнут какие-то подозрения, а ещё бы лучше проследит за этим скользким типом, но я так понимаю, это пока невозможно.

Общение прошло идеально — Сорокопуд не понял того, что с ним общаюсь не я, а мой клон.

На выходе из Вознесенки меня поджидал мужчина, отдалённо похожий на обоих Брюсовых и на мелкого пакостника, который пытался портить мне кровь, и на старшего сына, который учился в кадетском корпусе, а теперь находился в дисбате.

— Вижу, у тебя хватило наглости заявиться сюда, подлец, — сказал Брюсов старший.

Теперь ясно, в кого у них старший сын — узнаю манеру общения точь-в-точь второй отец.

— Ну, чего молчишь? сказать нечего? Или понял, что натворил и теперь страшно? — продолжил Брюсов старший.

Как же его зовут, он же ведь мне писал письмо… Хотя какая теперь разница?

— Ты чего-то хотел? — спросил я.

— Каков щенок! Как у тебя хватает наглости так разговаривать со старшими?! — рявкнул Брюсов старший. — Тебя следует поучить хорошим манерам немедленно, прямо сейчас! Я уже писал тебе вызов на дуэль, откажешься и бежишь, как трус? Или будешь сражаться как мужчина? Впрочем, чего я спрашиваю у подлеца?

Вокруг нас постепенно начала собираться небольшая толпа. Все старательно отводили взгляды и делали вид, что идут прочь по своим делам, но в, то, же время всем было интересно о том, чем закончится наш разговор.

Пара моих охранников, которые с недавнего времени всегда находились рядом со мной, двинулись в сторону Брюсова.

— Ну вот, сразу видно, что ты трус даже охрану спустил, — презрительно скривил губы Брюсов старший.

От злости у меня начали чесаться кулаки. Дядя, а ты часом ничего не

перепутал? Это я-то подлец? Ты сейчас пытаешься спровоцировать меня думая, что я не способен постоять за себя, и при этом, не стесняясь в выражениях, клевещешь, и ты после этого ещё называешь меня подлецом?

— Кого здесь следует получить хорошим манерам, так это тебя. Ты прекрасно знаешь, что в том, что случилось, виноваты, только твои дети, а ещё ты знаешь, что у меня травма чакр, и провоцируешь меня на дуэль, надеясь, легко победить. После этого подлец — это ты.

Брюсов старший побагровел, его лицо покрылось красными пятнами. Бешенство забурлило его в маленьких поросячьих глазах.

— Ах ты! — рявкнул он. — Теперь ты точно ответишь за эти слова.

— Хорошо, пошли на арену.

— Папа, а ты не перегнул палку? — спросил Брюсов младший. — Он ведь действительно по слухам был ранен, и к тому же он умелый боец.

— Замолчи и не позорь меня, — процедил сквозь зубы Брюсов старший. — У тебя не хватило сил справиться с калекой — позор.

Брюсов младший скривился, но ничего не сказал.

Я шёл впереди довольный собой. Конечно, это парочка несколько меня вывесила, да и к тому же больно чести было много уделять внимание подобным личностям, но с другой стороны никто не распознал во мне клона, и я смогу провести его испытание прямо сейчас. Просто замечательно.

— Я настаиваю, чтобы его обыскали, — надменно произнёс Брюсов старший у нашего бессменного судьи сухонького старичка. — Этот подлец не мог победить моего сына, у него явно при себе какие-то артефакты.

— Пожалуйста, вы сдержитесь от своих комментариев, и держите своё мнение при себе, — ответил ему сухонький старичок

Я пожал плечами.

— Мне все равно, если этот господин так хочет, то можете осмотреть меня.

Судья, внимательно меня поглядел, а потом сказал:

— В этом нет абсолютно никакой нужды. Просто вы сейчас переоденетесь в спортивную форму, а в ней не просто невозможно спрятать никакого оружия, никакого допинга и никаких приспособлений.

Брюсов старший довольно ослабился

— Это и вас тоже касается уважаемый, — сказал ему судья.

Брюсов старший помрачнел и даже стал немного багроветь, явно испытывая гнев, но бросив на меня ещё один, уничтожающий взгляд не стал спорить. Развернувшись, двинулся к своей раздевалке.

— Папа, а ты точно хочешь сражаться с ним? — спросил Брюсов-младший отца. — Если вспомнишь, он уже дважды справился со мной, хотя был гораздо слабее, и справился с твоим вторым сыном. Кроме того, он теперь герой войны. Пытаться ссориться с ним несколько опасно.

— Он был героем войны, — уточнил Брюсов старший. — А, теперь он просто инвалид с дорогими артефактами, с помощью которых надрал тебе задницу. Если уж вы со своим братом такие дебилы, что не смогли справиться с ним, то тогда это придётся сделать мне. Мне уже и так многие иногда высказывают, что думают обо мне и о тебе.